Чтение онлайн

«Да, но какие предания, если в Библии все сказано! И если кто прибавит к тому что или отбавит что, у того отнимет Бог участие в книге жизни…» — ссылаются баптисты на Откровение (22:19). Так ли это, что в Библии обо всем уже сказано?

В послании Иуды (1:9) мы читаем о споре Архангела Михаила с диаволом о теле Моисея. Подстрочно идет сноска на параллельный текст Ветхого Завета, но мы нигде не найдем, ни в Ветхом, ни в Новом Завете параллельных мест. Откуда же, как ни через устное предание (или письменное вне Библии) знает об этом апостол?

Так, в своем послании к Коринфянам Апостол Павел писал: «Хвалю вас, братия, что вы все мое помните и держите предания так, как я передал вам» (1 Кор. 11:2). Апостолы не столько были писателями, сколько проповедниками. Но то, что они говорили и о чем говорили не менее важно, чем то, о чем они писали. Надо учесть еще и тот факт, что не все апостольские писания дошли до нас, но могли сохраниться в сочинениях их преемников или же в церковной практике, что видно из послания к Колоссянам, где Апостол Павел говорит: «Когда это послание прочитано будет у вас, но распорядитесь, чтобы оно было прочитано и в Лаодикийской Церкви, а то, которое из Лаодикии, прочитайте и вы» (Кол. 4:16). К нашему сожалению, прочесть послание к Лаодикийцам мы не можем, т. к. оно затерялось. Да только ли оно? Особенно если учесть, что эти послания писались в одном экземпляре, а не тысячными тиражами, а язычники, как известно, жгли не только христиан, но и их храмы, и уничтожали их книги. Поэтому живая традиция и предания древней Церкви для нас также важны, как и послания святых апостолов.

Итак, предания утверждались Соборами. Посему, отвергая предания, надо отвергнуть и авторитет Соборов. Но ведь первый Поместный Собор был уже у апостолов. «Апостолы и пресвитеры собрались для рассмотрения сего дела» (Деян. 15:6).

Православие ничего не придумало для себя. Все в нем имеется или непосредственно из Священного Писания, или из того, что было устно заповедано апостолам и вошло в церковную практику. У Розанова есть интересное повествование о том, как однажды на пароходе разговорились два пастыря — лютеранин и православный священник. Они долго беседовали обо всем понемногу, но вот речь зашла о христианских преданиях, передаваемых в устной форме. Православный священник после долгой беседы спросил протестантского: «Так Вы совсем не признаете преданий?» — «Ну разумеется нет», — ответил последний. «Простите, а вот ваш слуга, он кто по вероисповеданию?» — «Он — лютеранин», — был ответ. «А можно мне у него спросить, почему он именно лютеранин, а не католик, например?» Протестантский пастор не нашелся что ответить, смутился и надолго задумался.

Отвергая Предания Апостольские, ЕХБ руководствуются, однако, своими. Оставив чинопоследование православных богослужений, они составили свои, а, отказавшись от православных молитвословий и песнопений, ввели свои сборники духовных песен, употребляемые при совершении обрядов (таинствами ни крещение, ни брак, ни хлебопреломление ими не признаются).

Евангельские христиане — баптисты отрицают и не употребляют в своей богослужебной практике иконы и любые знаки христианского значения.

Когда изображаем Спасителя на иконе, то изображаем не естество Его Божества, но начертываем Богочеловеческий образ Его, в нашем подобии явленный и апостольскими руками осязаемый. Как и говорит ап. Иоанн Богослов: «Мы слышали, что видели своими очами… и осязали руки наши» (1 Ин. 1:1). Поклоняясь образу, мы воздаем честь не веществу, а его Божественной Сущности, ибо, как говорил святитель Василий Великий, честь образа на первообразное восходит.

Приводят заповедь: не сотвори себе кумира, сказанную Богом Моисею, но посмотрите на самого Моисея, который делает изображение херувимов, о чем свидетельствует апостол: «А над ним херувимы славы, осеняющие чистилище…» (Евр. 9:5). Но и самый алтарь и скиния, и Святая святых служит «образу и тени небесного» (Евр. 8:5). Святые иконы не страшатся назвать идолами, выбросить их из дома. Некоторые доходят до крайности, когда, «чтобы другие в соблазн себе не подобрали», топором рубят их и топят ими печи. Представьте, вы берете монету, показываете ее государю и спрашиваете: «Чей образ отчеканен на монете?» Получаете ответ государя: «Мой». Тогда вы демонстративно бросаете монету в пыль или попираете ее ногами. Скажите: вас подвергнут казни за попранный металл или изображение на нем? Так вот, если за обесчещенный царский образ — образ смертного и тленного человека — сподобитесь такой участи, то какая казнь ждет тех, которые попирают образ Сына Божия и Пренепорочной Его Матери?

В дискуссии по данному вопросу нужен краткий и убедительный «блиц — криг». Предварительно необходимо выслушать все доводы вашего оппонента до конца не перебивая, даже если он пускается в пространные рассуждения по данному вопросу. Когда он закончит, то надо сделать небольшую паузу (окружающие думают, что Вы уже погребены под обломками столь «убедительных аргументов»), и негромко задать вопрос: «Скажите, может ли Священное Писание противоречить Самое Себе?» «Разумеется нет», — получаете ответ. Тогда Вы открываете Исход (20:4) и читаете: «Не делай себе кумира и никакого изображения того, что на небе вверху, и что на земле внизу, и что в воде ниже земли. Не поклоняйся им и не служи им». На лице Вашего оппонента и его окружения торжествующая улыбка. Задаете еще вопрос: «Где обитают херувимы?» Открываете и читаете 3 Царств (6:29): «И на всех стенах храма кругом сделал резные изображения херувимов и пальмовых дерев и распускающихся цветов, внутри и вне…» Задаете очередной вопрос: «Скажите, поклоняющийся капищу, поклоняется его идолам?» Получаете ответ: «Конечно, это идолопоклонник». Тогда торжественно читаете Псалом 5 стих 8: «А я, по множеству милости Твоей, войду в дом Твой, поклонюсь святому храму Твоему в страхе Твоем». Значит Давид, поклоняясь храму Божьему и, следовательно, изображениям в нем, был идолопоклонником? Всю эту последовательную цепочку проследите по Священному Писанию и приводите эти доводы не торопясь, не путаясь, но, главное, не громко и убедительно. Замешательство оппонента станет очевидным.

Продолжая последовательное рассмотрение темы об иконопочитании, рассмотрим все это на материале Библии, так как иные источники для аргументации евангельскими христианами — баптистами не признаются.

Как только повелел Господь устроить для странствующих евреев скинию, т. е. первый походный храм или святилище земное (Евр. 9. 1–2), то тогда же для главнейшей части храма — Святое святых — повелено было сделать из дерева ситтим и обложить золотом Ковчег Откровения (Исх. 26:33; 25:10–11. Втор. 10. 1–3). Ковчег Откровения, не смотря на то, что был сделан руками человеческими (Исх. 25:10), считался самой Великой Святыней, пред которой даже священник не мог являться более одного раза в году (Лев. 16:2–34), и был образом Самого Бога. Поднимают Ковчег и путь, Моисей говорит: «Восстань, Господи!»; останавливают Ковчег, Моисей говорит: «Возвратись, Господи!» (Числ. 10:35–36). Когда Мелхола укоряет Давида, что скачет и пляшет пред Ковчегом (2 Цар. 6:16), святой пророк Давид говорит: «Пред Господом… играть и плясать буду» (2 Цар. 6:21). Да, первая рукотворенная Святыня — Ковчег Откровения — была образом Божиим. Кроме того, вся скиния была в изображениях херувимов: два на Ковчеге (Исх. 25:18), множество — на всех стенах скиний, сделанных из покрывал (Исх. 26:1), и на завесе, отделявшей святилище от Святого святых (Исх. 26:31–33).

Следует заметить, что херувимы были сделаны из золота (Исх. 25:18), из крученого виссона и червленой шерсти (Исх. 26:1:31), т. е. из материала земного и тленного. И, наконец, херувимы имели изображения лиц (Исх. 25:20). Соломон вместо скиний соорудил великолепный храм (3 Цар. 6:2–38). В первый раз (без особого на то повеления Божия) на всех стенах храма, на дверях и в Святое святых на разных предметах были вырезаны и изваяны (3 Цар. 7:36) изображения херувимов из масляничного дерева и обложены золотом (3 Цар. 6:21–35. 2 Цар. 3:7:10). Из них особенно замечательны Два, стоявшие посреди Святого святых, вышина каждого десять локтей, ширина обоих — двадцать локтей (от стены до стены); лицами своими они были обращены к храму, так что всякий молившийся в храме, лицом обращался к ним (2 Цар. 3:10–13). Не смотря на то, что все это было вырезано и изваяно из дерева и золота человеческими руками, а важнейшие работы выполнены даже иноземными язычниками (3 Цар. 5:7; 7:13–40), Господь освятил сей храм, чтобы пребывать Его имени там во век (3 Цар. 9:1–3). Образец второго храма показан был Богом пророку Иезекиилю. Здесь образы (Иез. 43:10–11) были на стенах внутри и снаружи (Иез. 42:17), на дверях и во всем храме кругом, так что куда молящийся ни поворачивался, везде имел пред собою священные изображения, в том числе и лица человеческие (Иез. 41:19). Иногда спрашивают: «Почему в храме не было других изображений кроме херувимов, показывающих Божию силу?» Ответ один: просто Бог иначе и не являл себя, как только в образе кетубим (ангельского существа). Вспомним случай с Авраамом: в каком образе явился ему Бог? В образе ангельском. Поэтому евреи почитали этот образ, доступный им на чувственном уровне. Весь храм был расписан изображениями херувимов, образ которых Бог принимал на Себя. А мы, христиане, разве не исповедуем, что помимо ангельского Бог принимал образ человеческий?

Уподобился человеку во всем, кроме греха, и пребывал как Богочеловек тридцать три года! Мы, христиане, чтим, подобно евреям, образы, которые Бог принимал на земле и расписываем ими свои храмы. Как же Спаситель отнесся к Иерусалимскому храму? Во — первых, Он сказал: «… дом Мой домом молитвы наречется для всех народов (Мк. 11:17). То есть подтвердил необходимость его и на все дальнейшие времена, имея в виду и все последующие (христианские) храмы, которые после разрушения Иерусалимского восприняли преемственность Новозаветного Богослужения. Во — вторых, Господь зашедши в храм и осмотрев в нем все (Мк. 11:11), частью Сам устранил (Мк. 11:1516), а частью потребовал устранить (Ин. 2:16) то, что в нем было неприлично и нехорошо; но против бывших там священных изображений не сказал ни слова (Мф. 21:12–13. Мк. 11:11–18. Лк. 19:45–46. Ин. 2:13–17).

Значит признал их достойными быть в храме. Наконец, по словам Апостола Павла, в христианских храмах даже и до Второго Пришествия Христова будут предметы, которые у верующих называются «святыня», а день тот не придет, доколе не будет отступления и не откроется человек греха, сын погибели, «превозносящийся выше всего, называемого Богом или святынею, так что в храме Божием сядет он, как Бог, выдавая себя за Бога» (2 Фес. 2:4). Значит, храм с его святынями остается до Пришествия Иисуса Христа. В то время, как в отношении кумиров заповедано: не поклоняйся им и не служи, пред рукотворенными священными изображениями в храме Бога Израилева и поклоняются и служат: возжигают светильники, кадят фимиам, приносят жертвы.

Вспомним Исход (3:5): «И сказал Бог: не подходи сюда; сними обувь с ног твоих, ибо место, на котором ты стоишь, есть земля святая». Почему земля стала святой? Может быть изменился ее химический состав? Нет. Она осталась такой же. Но стала она святой, потому что через нее (или другую материю) Господь особым, благодатным образом проявляет Себя. Тогда священные образы указывают на первообразы; зримое — на незримое; чувственное возносится к духовному.

Из Библии видно, что изображения, связанные с Ветхозаветным культом, были у еврейского народа после Синая, когда Господь произнес заповедь о кумирах или идолах. Некоторые сектанты, опираясь на эту заповедь, пытаются из Новозаветного культа отвергнуть некоторые священные изображения, применяемые в Ветхозаветной практике. Однако их взгляды на эту проблему, в т. ч. иконопочитание, являются разрозненными и противоречивыми и не имеют прямого отношения к законным священным изображениям. Это то же самое, как заповедь «не прелюбодействуй» не имеет отношения к законному и честному браку.