Меченые Проклятием
Шрифт:
Солнце ослепительно сверкало в безоблачном небе. Дул знойный ветер. Но Гвин вдруг стало зябко.
«Ты уходишь от ответа».
«А точнее сказать, я твой руководящий гений», – задумчиво продолжал Голос.
«Руководи кем-нибудь другим, – мысленно закричала Гвин. – А я еду домой в Долину, и ты меня не переубедишь! Навредив Булриону, ты только утвердишь меня в моем решении. Как только будет подписан договор, я умываю руки!»
Тут раздался крик Ордура. Они были у основания пологого холма. Тибал, который уже было скрылся с другой стороны, возвращался назад. Он погонял лошадь, как-то странно скособочившись в седле. Гвин пришпорила Утреннюю Звезду. Лошадь галопом рванулась вперед. Мгновение спустя ее обогнал Ордур. Вот уж отменный наездник!
Ордур едва успел удержать сползавшего с седла Тибала. Их лошади норовили встать на дыбы. Гвин натянула поводья и соскочила на землю. Но плохо рассчитала и упала, подвернув руку, разбив колени, ударившись грудью о плиты дороги. Подскакали остальные, помогли ей встать, подхватили Тибала. Все возбужденно кричали. Коротышка Панг Твоо с силой, которой в нем никто не подозревал, принял Тибала на руки и положил его на землю.
– Тибал! Что случилось? – воскликнула Гвин, опустившись рядом с ним. Она все еще не могла как следует вздохнуть.
Глаза Тибала выкатились из орбит, лицо посинело, губы дрожали.
– Не могу, – с трудом пробормотал он. – Ну и пусть!
– Что «ну и пусть»? Объясни же, в чем дело. Панг поддерживал голову Тибала.
– Я не знаю, как ему помочь, садж. Не понимаю, что с ним.
– Тибал! Ну объясни же, в чем дело!
– Ну и пусть… Плевать… – бормотал Тибал. Гвин с трудом разбирала его слова. – Должен… тебя предупредить, Ниен… Я так не могу…
Гвин похолодела.
– Предупредить о чем, Тибал?
Глаза Тибала закатились, потом он на миг сумел сосредоточить на ней взгляд.
– Не могу причинить тебе такое горе… Должен предупредить… Там засада… Измена.
– Засада?
«Булрион попал в засаду!»
– Судьбы! – проговорил Ордур. – Он предсказывает будущее! Пытается его изменить!
– Булрион! – закричала Гвин, с трудом поднявшись на ноги. – Надо предупредить Булриона!
Она оглянулась в поисках Утренней Звезды. Лошадей держала Джасбур. Гвин заковыляла к ней, ухватилась за седло больной рукой. Булрион в опасности!
И вдруг ее, точно снежное одеяло, окутало спокойствие. Паника и ужас испарились. Если Булриона и его людей поджидает засада, надо их предупредить. Но она их предупредить не сможет: она сильно ушиблась, упав с лошади. Кроме того, засада, возможно, и затеяна-то против нее. Она повернула назад только по счастливой случайности, потому что встретила принца. Ехать туда, где ей грозит гибель, просто неразумно.
Гвин понимала, что не способна так хладнокровно рассуждать: на нее воздействует муолграт Баслин. Это его работа. Безобразие! Надо приказать ему перестать. Он обязан ей повиноваться.
Баслин был уже в седле.
– Задержите ее здесь! – крикнул он. – Я поеду предупредить Булриона!
Он развернул лошадь и пустил ее галопом.
Остальные спокойно смотрели ему вслед, пока он не проскакал шагов сто. Тут все очнулись. Возион и Джукион вскочили на лошадей и поскакали вслед за Баслином.
Ордур обхватил Гвин одной рукой, другой закрыл ей рот. Она сопротивлялась изо всех сил, брыкалась, пыталась его укусить.
– Послушай, – сказал он ей на ухо. – Баслину там самое место. Ему никто не может причинить вреда. И он не хуже тебя сумеет предупредить Булриона. Если я тебя отпущу, обещаешь, что не станешь отдавать нам приказаний?
Гвин дергалась у него в руках, но Ордур был невероятно силен. Потом она увидела Тибала, который без сознания лежал на земле. И заставила себя расслабиться.
Ордур выпустил ее.
– Он умирает, – сказал Панг. – Еще дышит, но я не могу привести его в сознание.
Гвин подошла к Тибалу.
– Тибал! Тибал Фрайнит!
Глаза Тибала были приоткрыты, но он не видел ее. Изо рта шла слюна, губы и язык шевелились, но издавали только мычание.
– Он ничего не понимает, – сказал Панг. – И не может говорить. Он попытался изменить будущее и потерял все свои воспоминания. Превратился в идиота. Это я вылечить не могу.
«Тибал! Что ты наделал, Тибал!» «Голос! Что с ним?» Голос не отвечал.
– Разве можно изменить будущее несколькими словами? Ивилграт пожал плечами:
– Несколько слов могут много значить, госпожа Председательница. Я видел такое в Рарагаше. Видимо, он изменил всю свою жизнь. Поэтому он ничего не понимает. И ничего не знает. Его мозг умер.
Гвин схватила Тибала за плечи и встряхнула его:
– Тибал, дурак ты этакий! Почему ты ничего не сказал
раньше? Зачем ждал до последней минуты, жалкий трус!
– Садж! – одернул ее пораженный Панг.
– Он позволил Булриону и другим уехать, зная, что их ждет засада! – закричала Гвин. – Он обрек их всех на гибель!
– Но он же шуулграт, госпожа! Изменить будущее для него равносильно самоубийству.
– Ну и что? Одна жизнь за шестерых, да еще кавалеристы! Он должен был предупредить нас раньше! – Она озиралась в поисках помощи, но на всех лицах видела только такой же ужас и растерянность, какие переполняли ее самое.
Панг протянул руку и схватил Гвин за поврежденную кисть. От его руки в нее потекла облегчающая прохлада. Но его глаза источали еще больший холод.
– Полагаю, что все обойдется, – сказал он. – Раз Тибал так плох, значит, ему удалось изменить будущее. Баслин успеет предупредить Булриона.
«Голос, это правда?» Ответа не было. «Голос!» Молчание.
– Может быть, и так, – сказала Гвин. – Но может быть, повернув назад, он изменил только свое будущее. Но не наше.
«Не Булриона».
Неужели, решив отказаться от своей судьбы, она погубила мужа?
Тибал что-то пробормотал.
– Что ни говори, а это был мужественный поступок, – упрямо сказал Паинг Твоо.
Гвин увидела в кармане Тибала тетрадь. Это, конечно, его дневник. Он всегда носит его с собой. Она раскрыла ее. Тетрадь была почти полностью исписана мелким аккуратным почерком. Только в конце осталось несколько незаполненных страниц. Гвин стала читать то, что было написано на первой странице.
Тибал Ал6ор Фрайнит
Рарагаш.
Просьба посторонним не читать!
28 день Поуль, год 96.