Чтение онлайн

— Будем считать это разминкой, — решил Малиэль. — А теперь давай всерьез, в полную силу — идет?

Вместо ответа Кадар только поманил его раскрытой ладонью — подходи, мол.

Ну тот и подошел. Да так подошел, что комья земли взвились в воздух за его спиной. В сравнении с началом поединка скорость эльфа возросла многократно — Кадару только и оставалось, что отступать и защищаться, отбросив все мысли и полностью отдавшись инстинктам.

Давно он не махался всерьез с таким впечатляющим противником. Обычно магия высшего давала ему солидное преимущество в любом бою, которым он умел распорядиться с максимальной выгодой — причем даже без боевой формы. Но этот неуязвимый ублюдок двигался и атаковал с такой скоростью и ловкостью, что даже Кадару только и оставалось, что защищаться.

И ведь боевую форму сейчас хрен примешь — стоит замереть на долю мгновения и клинок эльфа не заставит себя ждать, раз за разом обрушиваясь со всех сторон. Значит придется без нее.

Кадар сцепил зубы и, улучив мгновение, контратаковал. Его меч скользнул вдоль лезвия клинка противника и связал его круговым движением. Рванув вбок, высший вырвал оружие из пальцев Малиэля — все-таки в скорости и ловкости он тому уступал ненамного.

Если вообще уступал.

Обезоружив противника, Кадар хлестнул его по груди возвратным движением меча. Крутанувшись на месте, взвился в воздух и врезал эльфу ногой в лицо. Голова того запрокинулась и Малиэль сделал несколько шагов назад. Высший рванулся к нему и прыгнул ногами вперед, метя обеими в живот и грудь. Крылья хлопнули за его спиной, придав Кадару дополнительного ускорения.

Малиэль, охнув от мощного удара, кому другому переломавшего бы все кости, покатился по земле. Высший черной тенью метнулся следом и налетел на распростертого эльфа, на миг закрыв крыльями солнечный свет. А когда крылья исчезли, его лучи заблестели на лезвии меча, приставленного к шее Малиэля.

— Знаешь, если бы я умел убивать одним касанием, ты был бы давно мертв, — не удержался от ухмылки тяжело дышащий Кадар.

В глазах эльфа он без труда уловил отблески растерянности, раздражения и досады — небось давно ему не приходилось оказываться в подобном положении.

Положении проигравшего.

— В таком случае хорошо, что ты этого не умеешь, — наконец отозвался тот после секундного замешательства.

Кадар хмыкнул и, выпрямившись, протянул Малиэлю руку.

— Хорошо то, что мы на одной стороне, — произнес, демонстративно отбросив меч.

Эльф выдавил из себя натужный смешок и вцепился в раскрытую ладонь высшего. Поднимаясь, словно бы невзначай сжал ее до хруста костей.

«Нет, ну это просто таки вопиющая незрелость,» — мысленно закатил глаза Кадар а вслух произнес лишь язвительное:

— Я победил тебя без всяких кинжалов, к слову.

— Ага, я заметил, — кисло усмехнулся Малиэль и отряхнул штаны. — На этом пожалуй закончим на сегодня. Впереди много дел — некогда ерундой заниматься.

— Конечно, как скажешь, — отозвался Кадар, с тенью улыбки на губах глядя в спину удаляющемуся эльфу.

***

Постреливая глазами по сторонам Кадар неспешно шагал к королеве Эристинии.

Та восседала на Лиственном троне — в отличии от Костяного, этот был всего лишь искусным творением смертных мастеров и символом переходящей власти. Никакой божественности в нем не было ни на толику, так что трепета либо благоговения он естественно не вызывал. Визуально впечатлял, да — роскошное нечто в виде распустившегося цветочного бутона, лепестки которого заменяли широкие листья, собранные из множества маленьких изумрудных листочков, скрепленных мастерством ремесленников и капелькой эльфийской магии.

В отличии от демонической, что призвана была в первую очередь именно разрушать и уничтожать, магия эльфов способна была созидать — все Горьколесье тому один сплошной пример. Имей Край в союзниках тех, кто на подобное способен, его возвышение ускорилось бы в разы.

Эристиния восседала на троне, ожидая Кадара. Одетая в роскошное платье небесно-голубого цвета, которое выгодно подчеркивало нежность бледной кожи королевы и мягкость ее черт, она как всегда производила неизгладимое впечатление живого воплощения богини леса со всеми этими изумрудно-зелеными вкраплениями украшений, белоснежным водопадом мягких, блестящих волос и трогательной улыбкой на губах.

«Хоть сейчас начинай молиться,» — хмыкнул про себя Кадар, приближаясь к трону.

— Вирран Кадар, — обратилась к нему Эристиния, когда высший замер у подножия трона. — Я безмерно польщена вашим сегодняшним визитом, хоть и не вполне понимаю, чем он вызван. Помнится, мы с Владыкой обсудили все еще в Уртаге и он ясно дал понять, какой линии будет придерживаться Край в отношениях с Горьколесьем. Вы же здесь как его уполномоченный представитель, верно?

— Верно, — кивнул высший, старательно поддерживая игру. Каждый здесь присутствующий понимал, что все происходящее сейчас не более, чем игра и есть — но при этом понимал и то, что ее правил следует придерживаться, иначе вся партия обратится в неконтролируемый хаос. А хаос способен сыграть на руку лишь тому, в чьи планы он входил изначально. — И как уполномоченный представитель Края демонов и лично его Владыки Фурио я намерен донести до вас определенные сведения.

В глазах Эристинии мелькнуло плохо скрываемое беспокойство — их с Фурио изначальный план ведь якобы не предполагал ничего подобного. Кадару отводилась в нем строго определенная роль, в чем был твердо уверен в первую очередь Малиэль и которая не предписывала высшему приходить сегодня сюда, в Резиденцию Дома Розы.

Но ведь он теперь не придерживается «их» плана, верно?

— Что же это за сведения? — Эристиния всем своим плохо скрываемым волнением давала понять, что искренне не осознает, что ее ожидает в ближайшие минуты.

— Видите ли, Ваше Величество, какое тут дело, — Кадар говорил громко, выразительно и не скрываясь — работать на публику он умел как никто. Слишком много масок за жизнь перемерил и отлично знал, какую и когда следует натянуть. — У меня вот здесь имеются кое-какие бумаги, присланные не далее, как вчера из самой Уртаги.

С этими словами высший извлек из внутреннего кармана конверт и взмахнул им над головой, привлекая внимание присутствующих. Кроме них с королевой в зале имелись два десятка стражников Дома Розы и несколько эльфийских дворян, притаившихся по углам и во все глаза наблюдавших за происходящим спектаклем.

— В них, бумагах этих, содержатся исчерпывающие инструкции касательно того, что и как мне следует делать дабы претворить в жизнь ваши с Владыкой планы, — продолжал высший.

— Наши с Владыкой? — переспросила Эристиния, беспокойно оглядывая зал и словно кого-то в нем выискивая. — Не понимаю о чем вы, вирран Кадар. Владыка Фурио ясно дал понять, что предпочитает остаться в стороне от Горьколесья и его дел, разве нет? Для того, чтобы засвидетельствовать это вы и прибыли сюда с льессаром Малиэлем, если не ошибаюсь.

Ну да, она ведь не могла открыто говорить при всех о том, как все якобы обстояло на самом деле. Что в противостоянии ее и Малиэля Владыка встал на сторону последнего и не пожелал протягивать самой королеве руку помощи. Ведь никакого противостояния между ними и условными фракциями, которые они представляют как бы и нет — хоть все и так знают, что есть и еще какое.

Вот и приходится изворачиваться, дабы не сболтнуть ненароком лишнего. Ну ничего, уже скоро ей не придется об этом беспокоиться.