Чтение онлайн

Она не виделась с Йонасом больше восьми лет. Старый друг, с которым она вместе тренировалась в академии Охотников. Он был талантливым магом, но потом… просто исчез. Ни слова, ни письма. И вот теперь он объявился с загадочным посланием: «Приходи одна. Это важно».

Зара нашла нужное здание. Старый многоквартирный дом, фасад облуплен, окна темные. Она поднялась на третий этаж, нашла квартиру номер семнадцать.

Дверь была приоткрыта.

— Йонас? — позвала она, толкая дверь.

Внутри было темно. Только слабый свет фонаря с улицы проникал через грязное окно. Зара шагнула внутрь, и дверь за ней захлопнулась.

Пространство изменилось.

Квартира исчезла. Вместо тесных комнат вокруг раскинулся огромный зал. Стены были черными, будто высеченными из ночного неба. Пол отражал несуществующие звезды. Воздух был холодным, пропитанным магией.

Лисара мгновенно взяла контроль над телом Зары. Глаза девушки вспыхнули золотым пламенем, воздух вокруг накалился.

— Иллюзия, — прорычала богиня, создавая пламенный светоч в руке. — Хоть и очень добротная.

Она швырнула светоч в воздух. Пламя взорвалось, заливая зал ярким светом. Иллюзия затрещала, начала рваться по швам. Черные стены потускнели, пол перестал отражать звезды.

Через мгновение пространство свернулось, превращаясь обратно в обычную квартиру. Но теперь в центре комнаты стоял мужчина.

Йонас. Но не тот, кого помнила Зара. Его лицо осунулось, глаза ввалились, на коже проступали странные узоры, похожие на татуировки. От него исходила аура силы, которой раньше не было.

— Лисара, — прошептал он хриплым голосом. — Прости. Я не хотел тебя обидеть. Просто… я боялся, что кто-то следит. Иллюзия была необходима.

Лисара сощурилась, пламя в ее глазах не погасло.

— Говори быстро, смертный. Почему ты призвал меня? Откуда знаешь, что Зара — мой апостол?

Йонас медленно поднял голову. Его глаза были нечеловеческими. Они светились тусклым серебром, отражая что-то древнее и чужеродное.

— Потому что меня послал мой покровитель. Терминус, бог сумеречных пределов.

Лисара застыла. Имя заставило ее напрячься.

— Терминус? Но он исчез после войны с Энигмой?

— Да, — кивнул Йонас. — Он прятался, понимая, что в прямом столкновении ему не выжить. Все это время. Но теперь… теперь он вынужден действовать.

Аура вокруг Йонаса изменилась. Серебристый свет стал ярче, заполняя комнату. Фигура мужчины размылась, будто его тело стало полупрозрачным. Голос изменился, стал многослойным, гулким.

— Лисара, древняя прародительница пламени, — произнес бог устами своего апостола. — Я приветствую тебя.

Богиня огня сжала кулаки, готовая атаковать. Зара же оставалась рядом пусть и не могла контролировать происходящее.

— Терминус. Мы думали, ты погиб в бою с Энигмой. Что тебе нужно?

— Предупредить тебя, — ответил бог. — Энигма не мертв.

Лисара замерла. Пламя вокруг нее дрогнуло.

— Что ты сказал?

Йонас, контролируемый Терминусом, достал из кармана фотографию. Протянул ее богине.

— Мой апостол был атакован неделю назад. Существо, которое чуть не убило его. Я успел вмешаться, и мы сбежали. Но я запомнил эту энергию. Она принадлежит Энигме.

Лисара взяла фотографию. На ней была размытая фигура в черной маске. Качество снимка плохое, будто сделано на бегу.

Но богиня узнала эту маску. Она видела ее раньше.

— Это тот самый, — прошептала она, — кто напал на здание «Последнего Предела». Кто едва не убил меня, Хлою и Брину.

— Этот человек — апостол Энигмы. Или на то, что от него осталось. Бог пожирания должен был умереть тысячу лет назад. Но он каким-то образом выжил.

Лисара медленно опустилась на диван, не в силах поверить.

— Но как? Мы видели, как Феррус нанес ему смертельный удар. Мы чувствовали, как его энергия рассеялась.

— Энигма — бог поглощения. Он питается смертью других богов. Возможно, он поглотил часть энергии Ферруса в момент своей смерти. Возможно, он спрятал фрагмент своей сущности где-то. Увы, я не знаю, что там точно произошло. Но он жив. И действует, реализуя свои планы.

Богиня огня закрыла глаза, обдумывая слова.

— Если Энигма вернулся — это катастрофа. Он будет охотиться на нас снова. Убивать апостолов, поглощать их силу, расти. А потом и нас…

— Именно поэтому я обратился к тебе, — продолжил Терминус. — Нужен Конклав Богов. Срочно. Мы должны собраться, обсудить ситуацию, инициировать Восхождение.

— Восхождение? — Лисара открыла глаза. — Ты хочешь открыть Храм Вознесения?

— У нас нет выбора. Апостолы слабы и это не их поля боя. Они не смогут противостоять ни Энигме, ни Феррусу, если тот тоже восстановится. Нам нужны сильнейшие смертные, закаленные в боях, способные выжить в настоящей войне богов.

Лисара задумалась. Восхождение было древним ритуалом. Храм Вознесения, искусственный мир, созданный богами как полигон для испытания смертных. Там апостолы сражались друг с другом, доказывая свою силу, получая благословения или умирая.

— Это опасно, — сказала она. — Многие апостолы погибнут.

— Но те, кто выживут, станут достаточно сильны, чтобы изменить исход войны.

Богиня огня встала, пламя вокруг нее вспыхнуло ярче.

— Хорошо. Я созову Конклав. Но ты должен присутствовать лично, Терминус. Если хочешь, чтобы тебе поверили, покажись сам.

Серебристое свечение вокруг Йонаса начало гаснуть. Бог отпускал контроль над телом апостола.

— Я приду, — пообещал Терминус. — И расскажу все, что знаю. Но будь осторожна, Лисара. Энигма охотится, как всегда, действуя из тени. И ты можешь стать его следующей целью.

Свечение исчезло. Йонас рухнул на пол, тяжело дыша. Лисара вернула контроль Заре, девушка моргнула несколько раз, возвращаясь в себя.

— Что… что произошло? — спросила она, глядя на друга.

— Многое, — ответил Йонас, медленно поднимаясь. — И все плохое.

Аурелия Мерсер сидела в своем кабинете, просматривая финансовые отчеты. Цифры складывались удачно. Инвестиции приносили прибыль, новые контракты заключались, клан процветал.

Воздух в комнате изменился. Стал тяжелее, плотнее. Аурелия подняла голову и замерла.

Перед ней стоял мужчина. Высокий, в богатых одеждах золотистого цвета. Его лицо было красивым, но холодным. Глаза сияли, как расплавленное золото. От него исходила аура невероятного богатства и власти.