Чтение онлайн

Выстрел был практически беззвучным и смертельным. Молодой военный осел на пол, даже не успев понять, что уже мертв.

– Есть еще желающие высказаться?
– невменяемость Влада была уже очевидна.

Каменные лица антур отразили все отвращение к бессмысленному насилию. Почему Влад оказался здесь? Я же прекрасно понимаю, что он больше всего бесится из-за меня. А с другой стороны, будет лучше, если антуры собственными глазами увидят, с чем пришлось столкнуться, а не по моим предостережениям. Вот такая моя раса во всей своей красе. Часто бессмысленно жестокая, жадная до чужих ресурсов и упряма в своей слепоте.

Один из ученых, не выдержав напряжения, стал постепенно пробираться по стеночки в нашу сторону, но не сделал и трех шагов, как стал следующей жертвой. Кровавый след как клякса остался на стене. Карьен вздрогнул всем телом и отшатнулся. Почему антуры ничего не делают? Шок? Невозможность ответить насилием на насилие? Или они не предусмотрели вариант, в котором стрелять будут в кого-то другого, а не в них.

Военные, совсем недавно бывшие за Струдова, перенаправили дула своего оружия на капитана, но выучка не позволяла выстрелить в офицера, пока угроза напрямую не будет направлена на них лично.

Тем временем Влад водил пистолетом, выискивая новую жертву.

– Вы предатели, дезертиры!!!
– орал он, прицеливаясь в Саяра.

– Влад, - заговорила я, огибая Ирвана и погладив его по руке, безмолвно прося не вмешиваться.
– Возможно, ты прав в своих суждениях, вот только ты не учел одно важно обстоятельства.

– Что же это?
– а потом словно потеряв интерес к этой теме, продолжил.
– Стоило начать с твоих приятелей, которые только что мишени на лоб не приклеили, и без оружия пошли на меня. На меня!!! Без оружия? Я даже обижен.

– Антуры не приемлют насилия в любом виде.

– Слабаки. И что они тогда могут сделать? Я сейчас перестреляю всех нахрен и тебя в том числе, подстилка скандинавская.

– Ты не учел того, что в отличие от своих сопровождающих, как ты недавно заметил, я - человек.

Ирван был прав, когда говорил, что если имеешь уверенность в том, что делаешь и в свои возможности, то все легко. И потому очень четко понимая, что именно делаю, я шагнула вперед, выбрасывая руку, в которой медленно для меня, и быстро для людей стало образовываться оружие. Я четко видела в своих мыслях, как рука сжимается вокруг холодного металла, появляется плазменный блок, вытягивается дуло. Еще мгновение и палец плавно спускает курок.

Я знаю, что щелчок от такого выстрела едва слышен, но для меня он прогремел словно взрыв. Нас в военной академии учили дублировать свои действия для верного результата, но заставить себя сделать контрольный выстрел я не смогла. Лишь подошла ближе, чтобы убедиться, что входное отверстие прошило сердце.

Не глядя на всех тех, кто окружал меня в этот момент, я стояла над телом капитана Струдова и не способная оторваться смотрела в его распахнутые глаза. В них не было ни злости, ни страха, только удивление. А чему ты удивляешься, Влад? Мы с тобой люди, а значит, способны на любую подлость. Именно поэтому я так не люблю наш вид, и не раз тебе об этом говорила. Зря ты не слушал. Ты наверняка, интуитивно чувствовал, что жители этой планеты не несут опасности, именно поэтому целился исключительно в людей, не учитывая того, что мое присутствие здесь не сделало меня полноценной антурой. Ты понял это слишком поздно. Да и я только сейчас осознала, что антурой мне и не стать.

Вот такой печальный конец вышел в этой истории. План соблюсти не удалось. Мы получили три трупа, и один из них на мой совести. А я получила пищу для размышления: кто я?

Глава 18

Сколько длилась тишина вокруг меня, я не знаю. Минуты, может быть часы. Я все глубже погружалась в себя, ища ответы на вопросы которые роились в моей голове. Можно ли было избежать крови? Стоило и выждать, когда все уляжется или наоборот действовать раньше, не выжидая, когда ситуация накалится до взрывоопасного состояния? И что делать теперь? Как мой поступок воспримут антуры? И главное, как к этому отнесется Ирван?

– Спасибо, - тихо, но четко сказал Саяр.

– Спасибо, - неровным строем повторили те, кто недавно был мишенями.

Я подняла на них тяжелый взгляд и не увидела ни капли осуждения. Они еще не понимали, где оказались и пока не знали, что здесь такую благодарность не поймут. А сама сейчас я не была способна чувствовать что-то помимо тяжести оружия в моих руках и смутного ощущения потери. Я теряла что-то важное, наверное, часть себя. Позволив растаять плазменному пистолету я, не оборачиваясь к Ирвану, шагнула в тоннель, возвращаясь в тело. Множество сложных вещей становятся простыми на фоне действительно важных решений.

Очнувшись в кресле погружения, я сморгнула вдруг набежавшие слезы. Не стоило расслабляться, всегда же знала, что покой не для меня. Только будучи одиноким можно быть уверенным, что никто не придаст и не отвернется, когда оступишься ты сам. Склонив голову на бок, всматривалась в черты лица Ирвана. Стоя там, среди толпы людей, я так и не осмелилась посмотреть ему в глаза. Что он обо всем этом думает? Увижу ли я неприязнь в его глазах? А возможно я зря терзаюсь сомнениями? Когда стреляла в человека, у меня было больше уверенности. Меня кольнуло отвращение к самой себе, надо же убить - легко, а вот столкнутся с последствиями, побоялась и теперь трясусь как загнанный кролик в ожидании вердикта.

Тяжело поднимаясь с кресла, наклонилась над спящим телом мужчины и ласково провела по его скуле пальцами. Попробовала вкус его губ, как будто в последний раз, очень боясь того, что действительно последний. Втянув его запах, выпрямилась и твердой походкой вышла из зеленой комнаты. У меня тряслись колени, но я не позволю себе, поджав хвост прятаться в углу.

Выйти я не успела, врезавшись в широкую мужскую грудь. Первым порывом было отстранится, но этого мне не позволили.

– Далеко собралась?
– ровный, ничего не выражающий голос.

– Тебя искать, - честно ответила я, но так и не подняла головы. Трусиха.

– Уже нашла.

Странная манера озвучивать очевидное, но раньше она меня не раздражала.

Каждое слово било по нервам.

– Совершенно определенно, - поймала себя на том, что тяну время. Это не свойственно мне и не стоит вводить это в привычку.

Вздох и поднимаю глаза. Отвращения и брезгливости нет и на том спасибо. Удивило то, что он тоже что-то искал в моих глазах. Вот только что?

– Как ты?
– ласково.

– Не очень. А ты?

– Я?
– кажется, я его действительно поставила в тупик своим вопросом.
– Не очень.

Странное признание и улыбка очень грустная вышла.

– Не я, а моя женщина, которую я должен оберегать взяла на себя всю тяжесть единственно-правильного решения. Вот теперь гадаю, примешь ли ты меня после этого?

От облегчения закружилась голова, и, уткнувшись лбом в его грудь, я приглушенно проговорила.

– Я не отказываюсь от своих слов и приму тебя любого без всяких условий. Но сможешь ли ты принять мою человеческую суть? Ты сам видел, насколько мы другие и это, как мы успели сегодня выяснить, неизменно. И как бы я не пыталась быть одной из вас, я навсегда останусь человеком.