Чтение онлайн

В данный момент она не знала, как поступить: уйти, чтобы не попадать на зуб еще и неизвестной бабусе, которая тоже собираясь посетить обитель Андреевых, или все-таки остаться и с достоинством выдержать все предстоящие испытания, чтобы только Аркашка не обиделся…

Пока она таким образом размышляла над создавшимся положением, в дверь позвонили. Она побледнела, но отступать было поздно:

– Если хочешь, я открою, – предложила она, намереваясь сразу если не вызвать огонь на себя, то хотя бы предупредить о своем присутствии.

– Да, пожалуйста, – сразу же согласился мальчик, одарив ее благодарной улыбкой.

„Странно, обычно он такой неприспособленный, – отметила про себя Людмила, – а тут такую инициативу проявляет“.

– Ой, уморилась я, – прямо с порога начала жаловаться запыхавшаяся старушка. – А ты, Людмилка, тоже здесь? – подняла она глаза.

Девочка только кивнула в ответ и круглыми от удивления глазами смотрела на гостью, которая совершенно свободно чувствовала себя в чужой квартире. Сама она всегда очень стеснялась той чопорной чистоты, которая царила в доме Андреевых, поэтому всегда вела очень скованно. Зато старушка успела сунуть свой любопытный нос не только в визитные карточки, разложенные веером на подносе, но и заглянула в гостиную и даже в ванную.

– А где Аркашка? – между делом спросила она. – Чегой-то не видать его?

– Евдокия Тимофеевна, проходите сюда, – раздался из кухни знакомый голос.

Баба Дуся открыла дверь и ахнула: в где-то в клубах дыма мелькал силуэт Аркашки. Люда просто потеряла дар речи – еще пару минут назад все было в порядке, и вот… А случилась вещь довольно банальная и вполне даже предсказуемая: привыкший к трепетному отношению со стороны родителей мальчик понятия не имел, что уровень жара в микроволновке можно регулировать, а уже разогретые продукты желательно оттуда вынимать.

Зато Бабуся взялась за дело очень энергично и через несколько минут остатки дыма от подгоревших блинчиков покидали дом через открытую форточку. Аркашка, несмотря на сизый дым, успел представить гостей друг другу и теперь просто обреченно сидел за столом, подперев щеку рукой, и виновато улыбался:

– А я Вас удивить хотел…

– Ну, и хорошо, ты нас и так уже удивил, – Евдокия Тимофеевна незаметно подмигнула девочке, которая едва удержалась от смеха. – Не расстраивайся даже, – начала утешать мальчика баба Дуся. – Я вас сейчас такими пирожками накормлю!

Евдокия Тимофеевна тут же привела в исполнение свою угрозу и достала из сумки пакет с пирожками. После первого же Аркашка даже обрадовался, что магазинные блинчики, заботливо припасенные Мариной Аркадьевной для гостей, сгорели. „Ни в какое сравнение не идут“, – вспоминал он их несколько искусственный насыщенно-ванильный вкус.

Домашняя выпечка нравилась ему гораздо больше еще и потому, что пробовать ее приходилось не часто: мама предпочитала не тратить много времени на приготовление пищи, если в любом магазине запросто можно было купить любые съедобные полуфабрикаты.

И еще он с восторгом заметил, что скромница и тихоня, его Людмила, ничуть не стесняясь разговаривает с малознакомой старушкой и даже смеется. Такое мальчику приходилось видеть не часто. Конечно, среди своих сверстников девочка вела себя более раскованно, но при родителях Аркадия или других взрослых она обычно предпочитала помалкивать. „Это Евдокия Тимофеевна так на нее действует“, – решил он, вспомнив и свое первое впечатление на старушку.

„Похоже, она тоже ничего не знает, – вздохнула баба Дуся, глядя на Людмилу. – А он уедет скоро в ихнюю заграницу. когда еще свидятся? Да и вообще, придется ли?“, – мучали ее тяжелые мысли. Но при всем этом она ни на минуту не забывала о том, с какой целью она пришла в этот дом.

– А где ж родители-то? – обратилась она к Аркашке.

– Папа все время где-то пропадает, – отмахнулся он, – а мама на счет предстоящих похорон хлопочет. По-моему, все упирается в то, что пока никто не знает, где именно его хоронить будут. Нам уже разрешили деда забрать из морга, но мама попросила пока его там подержать, чтобы лишний раз не перевозить. Теперь вот носится, оформляет какие-то бумажки, – спокойно объяснил мальчик.

– А чего ж она меня не спросила? – удивилась Бабуся. – Я ей как раз посоветовать хотела… Ну, ладно, – старушка быстро перевела тему разговора, – а когда приедет, не сказала?

– Н-не знаю, вроде бы, не говорила, – засомневался подросток. – Кстати, – внезапно вспомнил он, – а как там Стас поживает? Он дня два назад в гости собирался приехать, а сам почему-то до сих пор даже не позвонил.

Не успела баба Дуся придумать приличествующую случаю историю, как все неожиданно услышали скрежет ключа о замочную скважину. Она и раньше уже успела понять все отношения в семье, но по лицу Аркашки обо всем могли догадаться даже люди непосвященные и весьма недалекие, потому что там промелькнули все чувства, которые он испытал, заслышав эти звуки.

„Все ясно, надо девчонку спасать“, – решила Бабуся, твердо принимая позицию двух влюбленных сердец. В „любовь до гроба“ она, конечно, не верила, но были в душе Евдокии Тимофеевны такие потаенные уголки, о которых она вспоминала именно в такие моменты. Сейчас она заметила, как вжалась в стул Людмила и как засуетился Аркадий: с одной стороны, он обрадовался раннему приходу мамы, но, с другой стороны, этому мало обрадовалась его девушка. Да и сама Марина Аркадьевна вряд ли восприняла бы приход девушки как подарок судьбы.

Разрубила Гордиев узел Евдокия Тимофеевна:

– А мы тут чаевничаем, – сообщила она, поздоровавшись.

– Как хорошо, что Вы к нам зашли! – воскликнула Марина Аркадьевна, заметно повеселев. – Мне так много всего спросить у Вас надо…

Бабуся заметила, что по лицу женщины пробежала едва заметная тень, и поняла причину. Но Андреева быстро взяла себя в руки и с улыбкой ответила на приветствие девочки:

– Здравствуй, Людочка. Что-то ты давно у нас не была.

Когда потом Евдокия Тимофеевна рассказывала эту ситуацию внуку, он просто диву давался такой наблюдательности родственницы. Но сама она совсем не обращала внимания на такие хитрости и особой стратегии не изобретала. Просто по свойству природной наблюдательности, житейской мудрости и обыкновенного сочувствия она решила немного помочь Аркашке.

– Я-то тоже пришла поговорить не с детями, – остановила она Марину Аркадьевну. – Может, пусть погуляют пока? – предложила она.

Женщина сразу встревожилась, поняв, что по пустякам баба Дуся не прибежала бы. Поэтому когда сын вместе с одноклассницей быстро оделись и вышли за дверь, она даже обрадовалась:

– Да, пусть погуляют, – согласилась она, проходя на кухню и присаживаясь на стул. – В последнее время Аркадий почти не выходит на улицу, все время сидит в своей комнате. Даже подаркам нашим не радуется, хотя последний диск, который Арсений достал, сын искал месяца три… Он Вас хотя бы чаем напоил? – внезапно спохватилась она, вспомнив о своих обязанностях хозяйки.