Чтение онлайн

– Может быть, вы и правы. Моего клиента зовут Фрэнсис Харлингфорд.

Наступила небольшая пауза, потом снова послышался его голос, слишком безразличный, чтобы понять, насколько удивлен лейтенант.

– Вы говорите об издателе Харлингфорде?

– Это единственный Харлингфорд, которого я знаю.

– Он с вами в настоящий момент? – оборвал меня Биксби.

– Да. Но он не может разговаривать по телефону.

– Почему?

– Кто-то наступил ему на ногу, – откровенно ответил я.

– Это одна из ваших шуток?

– Нет, это правда. Пока он лежит на полу. Если вы позвоните минут через десять, возможно, вам удастся поговорить с ним.

– Откуда вы звоните?

– Отель «Маргарит», апартаменты 807.

– Задержите его, если он захочет уйти, – сказал Биксби.

Я повесил трубку и осторожно направился к двери. Мария Сунь смотрела на меня из своего кресла.

– Вы сказали лейтенанту о Фрэнке?

– У меня было безвыходное положение.

– Фрэнк вам этого никогда не простит, – тихо сказала она.

– Каждому приходится нести свой крест, – сказал я. – До свидания, Мария. Не могу сказать, что вечер был приятным, скорее мучительным.

Выйдя из отеля, я направился к своей машине, размышляя над недавними событиями. И вот неприятность, которую приносит воображение: перестаешь замечать, что тебя ожидает и окружает. Я влез в машину, даже не бросив взгляда на заднее сиденье, и сразу же был наказан за эту ошибку.

Холодное дуло пистолета прижалось к моему затылку.

– Мы заключили небольшую хорошенькую сделку сегодня утром, – тихонько прошептал мне на ухо скрипучий голос, – и надо же было тебе взорвать все к черту!

Мне не нужно было напрягать память, чтобы узнать этот голос.

– Манни, я…

– Уже поздно для разговоров, дружок! Теперь ты не имеешь на это права.

Я сидел за рулем, и он приказывал, куда надо свернуть.

– Послушай, Манни, – осторожно начал я, не желая его нервировать, пока он дружески держит револьвер у моего затылка, – клянусь, я здесь ни при чем!

– Может быть, губернатор?

– Я условился встретиться с горничной Ирен Манделл в десять вечера у себя на квартире. У нее был мой ключ…

– Валяй, не стесняйся, – заметил Манни. – Я не люблю затыкать рот парням, если им хочется поговорить.

– Когда я вошел к себе, она была мертвой. Кто-то всадил ей пять пуль прямо в грудь. Я подумал, что это твоя работа.

Странный звук раздался позади меня, и только через несколько секунд я понял, что он смеется.

– Я, мастер своего дела, и пять слив? У тебя хорошее чувство юмора! Давно я так не веселился!

– Я только что разорвал сделку со своим клиентом, так что у тебя нет причин убивать меня.

– Хочешь растрогать меня, дружок? – Его голос утратил добродушие. – У тебя маленькие дети, а у жены больное сердце?..

– У меня есть кое-какие сведения, которые заинтересуют твоего патрона, – дрожащим голосом сказал я. – Но если ты меня ликвидируешь, он их никогда не получит.

Он ничего не сказал, видимо, обдумывал мои слова.

– Даже не знаю, Бойд, – произнес он наконец. – Мне приказано ликвидировать тебя. Хорош я буду, если доставлю тебя к Лу, а ты начнешь молоть чепуху. Мне нужно заботиться о своей репутации!

– Лу будет слушать во все уши, как только я начну говорить, – уверял я его с убеждением, которого на самом деле не имел. – Гарантирую тебе это!

– Ладно! – сказал он, на этот раз без колебаний. – Но если ты, дружок, надуваешь меня, могу обещать тебе одно: это будет так долго и так мучительно, что ты будешь просить поскорее прикончить тебя.

– Что мне понравилось в тебе, Манни, – сказал я, – так это твое доброе сердце.

– Поворот, – прошептал он. – Мы едем к Лу.

Над дверью светилась голубая неоновая вывеска «У Майка». Когда мы вошли, внутри царил голубой полумрак. Тяжело дыша мне в затылок, Карч подвел меня к какой-то двери, за которой оказался узкий длинный коридор. Пройдя по нему и поднявшись еще на два этажа, мы снова остановились перед дверью. Манни нажал на кнопку звонка, и дверь почти мгновенно открылась. Тип с плоской рожей и пытливыми глазами холодно воззрился на меня. Я почувствовал себя в роли быка, которого привели на заклание.

– Все в порядке, Джонни, – заверил его Карч. – Надо повидать Лу.

Подонок открыл дверь пошире и отошел в сторону, пропуская нас. Мои ноги погрузились в ковер, и я зажмурил глаза, ослепленный гигантским баром, сверкающим при свете ламп.

Спиной к нам на табурете сидела блондинка, обтянутая в золотистое шелковое платье, вырез которого простирался практически до ягодиц. Она повернула голову, и я увидел ее невыразительное лицо.

Негр за стойкой в шикарном смокинге и рубашке с кружевным жабо о чем-то болтал, улыбаясь, с блондинкой, но, увидев нас, тут же убрал улыбку с лица.

– Он хочет с тобой поговорить, Лу, – заискивающе сказал Карч. – Извини, я подумал, что мы ничего не потеряем, кроме времени.

Лу задумчиво посмотрел на меня.

– Иди-ка, прогуляйся, Перл, – обратился он к блондинке.

– Скажите пожалуйста! – запротестовала та пронзительным голосом. – Он меня прогоняет!

– У меня работа, – терпеливо объяснил он. – Пусть Джонни проводит тебя в бар и угостит стаканчиком. Вернешься через полчаса.

– Мне казалось, у тебя есть кабинет для всяких дел, – недовольно ответила она.

– Перл, курочка моя! – На его лице снова появилась сердечная улыбка. – Ты хочешь, чтобы я выбил тебе парочку зубов, да еще в присутствии гостя?

Блондинка спорхнула со своего табурета и почти бегом вышла из комнаты. Я понял, что здесь все имеют свои маленькие привилегии, и мне стало очень неуютно в этом обществе. Когда дверь за блондинкой закрылась, я оказался перед грустной действительностью – Кестлером и Манни Карчем. Влип, что и говорить!

Кестлер наполнил свой бокал какой-то жидкостью – похоже, сухой мартини.

– Вижу, ты здорово постарался, если смог убедить Манни привезти тебя сюда. Но теперь тебе придется попотеть еще больше, чтобы убедить меня. Для меня ты уже мертв, а я ненавижу менять свои решения, не то начнут говорить, что Лу Кестлер выживает из ума.

Когда я закончил свой рассказ, Кестлер, казалось, не проявил особой заинтересованности.

– Манни ведь предупредил тебя, – почти с горечью сказал он. – Я дал тебе две тысячи, а ты… ты просто плюнул мне в лицо!

– А девочка, которую убили в моей собственной квартире, разве это хорошая реклама для меня? – возразил я. – Если я буду бросать расследование при первой угрозе, мне придется искать другую работу.