Мечтатель. I. Дождь смоет всё
Шрифт:
Они еще некоторое время осматривали тело. Затем быстро погрузили его на лошадь. Как только всадники оказались в седлах, Вальтер смог разглядеть их из-за кустов. Они были защищены доспехами из лучшего сплава, который только мог достать сиэр города. Изящные кольчужные хитросплетения переходили в цельные, отлитые из стали элементы, которые сидели идеально на каждом из бойцов. Характерной чертой этого отряда были стрелы, которые они использовали на своих арбалетах. Эти стрелы при попадании в цель раскрывали острие внутри, разрывая плоть и не позволяя избавиться от стрелы.
Вальтер представил, каково могло быть Вильме. Он уткнулся лицом в стенку оврага, пытаясь собраться с мыслями, но ничего не получалось. Теперь он был полностью поглощен воспоминаниями, которые съедали его изнутри.
В тот вечер Вальтер накануне очередного выхода в разведку поругался с отцом.
– Что ты делал на этой дороге? Скажи мне, Вальтер, объясни, а то я не понимаю в упор!
– Меня влекло… – Вальтер замолчал, увидев, как поменялось выражение лица у отца. – Небо меня влекло!
– Небо влекло? Что за чушь ты городишь? Какое небо?
– А ты чего меня так опекаешь! Я уже давно не мальчишка и могу сам за себя решать. Я буду делать это, если это делает мою жизнь хоть капельку счастливее!
– Ты глуп, если считаешь, что пустые мечты сделают твою жизнь счастливой! Очнись! Наша жизнь не сказка или легенда из твоих дурацких книжек! – кричал на него отец, сметая пергаменты со стола сына.
– Мечты, сказки, музыка – это то, что может спасти нас! Почему ты считаешь, что человечество было создано лишь ради выживания?! Ты думаешь, что наша суть в том, чтобы родиться, выжить, оставить потомство и умереть? Тогда в чем вообще смысл существовать?
– Не в нашем мире, Вальтер. Когда у тебя будут собственные дети, ты все поймешь. Ты не понимаешь, что жить надо не только ради себя и собственного эго? Нужно осознавать, что ты, как и я, как и все мы несем ответственность друг за друга. – отец наткнулся на сложенную из пергамента птицу.
– А ты не понимаешь, что человечество не может всю жизнь прятаться за этими стенами? А как же легенды о городах, в которых мы жили свободно от страха и процветали?
– Твоя мать тоже верила в эти сказки. Но к чему это ее привело? – с печалью в голосе сказал отец. – Умерла на той дороге, на которую всегда выходила по утрам.
Отец немного постоял в комнате, смотря на то, что он сделал с пергаментами Вальтера. Его глаза, прикрытые морщинистыми веками, выглядели уставшими и измученными. Темные, словно смоль волосы, зачесанные перед ссорой назад теперь в некоторых местах, торчали вверх.
– Чтобы я больше всего этого не видел.
С этими словами отец вышел из комнаты, все еще сжимая бумажную птицу в руке. Его не было очень долго. Вальтер собрал все пергаменты с пола, уложив их ровной стопочкой в комоде. Внутри у него все сжималось от ярости и чувства, что никто в этом мире не способен его понять.
Вальтер со злости пнул ногой тумбочку и несколько раз стукнул кулаком по столу. Снаружи раздался бой часов на башне. Это означало, что они с отцом уже опаздывают.
Вальтер сделал глубокий вдох и выдохнул уже в тот момент, когда поднимался по лестнице в родительскую комнату. Ему пришлось сделать над собой огромное усилие, чтобы постучать в дверь и приоткрыть ее.
К удивлению Вальтера, в комнате было темно. Внутри по очертаниям ничего не изменилось: у стены стояла деревянная кровать с резными ножками, похожими на лапки, рядом с ней умостился небольшой столик, на который отец всегда ставил себе на ночь стакан воды. В самом углу, возле окна стоял шкаф, расписанный яркими иллюстрациями, которые Вальтеру с детства нравилось разглядывать. Его расписывал еще дедушка. К своему сожалению, Вальтер так и не имел чести быть с ним знакомым, однако он всегда думал, что поладил бы с дедом.
Отец всегда задувал все свечи, перед тем как выйти, а то, запах горелых фитилей говорил о том, что отец уже был готов выходить. Вальтер распахнул дверь пошире. В этот момент подул сквозняк, который нырнул на пол и растянулся между окном отцовской спальни и открытым окном в коридоре. Этот холодный воздушный поток тут же принес запах чего-то гниющего.
Вальтер не стал звать отца, чтобы не выдать его укрытия на случай, если он прячется от твари, которая проникла в дом. Юноша подал отцу характерными тихими постукиваниями знак, что сейчас он отвлечет тварь на себя и выведет ее на улицу.
«Пока я отвлекаю ее на себя, у него будет время прикончить ее». – подумал Вальтер, чувствуя, что отец его слышит и понимает.
Он сделал шаг в комнату, однако тут же поскользнулся на чем-то мокром и липком. Вальтер удержал равновесие, схватившись за столик. На нем стоял стеклянный стакан с водой, который тут же опрокинулся на пол и разбился на мелкие кусочки.
Наступила гробовая тишина. Вальтер замер, тщательно прислушиваясь и ожидая, что тварь себя покажет. И вот наконец -то что-то заерзало под шкафом.
«Как оно вообще умудрилось там оказаться?» – подумал Вальтер.
Вальтер опустил взгляд и обнаружил, что следы из мерзкой черной жижи идут от самой двери и увеличиваются в размерах. Он осторожно заглянул под кровать, ожидая увидеть там отца, однако там никого не было.
Из-под шкафа что-то стремительно выползало, словно таракан. Оно все было в этой черной жиже, пахнущей гнилью, которая тягуче стекала с фигуры и капала на пол. Душа Вальтера упала в пятки. Сейчас из-за слоя липкой дряни на него смотрел отец сквозь мертвенно-бледную пелену, покрывшую его глаза. Его лицо менялось, вытягивалось и преображалось. Зубы обращались длинными и острыми клыками, которые уже не помещались в маленьком человеческом рту. Руки начали заламываться куда-то назад. Отец издал жуткий визг, приведя Вальтера в чувство.
Юноша опомнился и попытался найти под кроватью отцовский меч. Как только руки коснулись клинка, он крепче ухватился за рукоять и помчался к двери. То существо издало второй пронзительный крик, который уже не был похож на предыдущий. Пальцы отца начали удлиняться и становиться похожими на жуткие костяные отростки, пространство между которыми постепенно начало затягиваться перепонками. Мерзкая жижа брызнула в разные стороны, заляпав изящные рисунки на шкафу.
Вальтер выскочил из комнаты. Отец и не думал отставать. Во время своего превращения он прибавил в росте, поэтому дверной проем его задержал. Вальтер успел сбежать по лестнице и добраться до входной двери. Однако что-то в очередной раз заклинило, и чтобы ее открыть, теперь нужно было приложить силу и приподнять дверь.
Снаружи все еще были люди. Они уже услышали крики, поэтому на улице теперь творился самый настоящий хаос. Со стены по мосткам бежали стражи. Где-то слышался отдаленный стук копыт. Сейчас Вальтера это не сильно волновало. Отец уже показался в конце коридора. Его волосы длинными клоками свесились с того, что раньше было черепом. Лицо исказилось так, что Вальтер ни за что бы его не узнал, встреть он отца в лесу.
– Пап, прошу тебя! Пожалуйста! – закричал ему Вальтер.
Тварь ответила третьим воплем, от которого Вальтеру пришлось зажать уши. Чудовище явно замешкалось. Что-то внутри него происходило. Черной жидкости, которая сочилась у нее из груди тут же стало больше. Она ручейком потекла в сторону Вальтера.