Чтение онлайн

– Добрый вечер, Олбани. Моя мать дома? Стивен посмеялся над испуганным выражением лица старого слуги. К этому времени он уже знал, что люди, которые видели его лицо, ничего не могли с собой сделать. Сначала следовало удивление, затем страх и отвращение.

– Мистер Стивен?

– Это я, Олбани, – сказал Стивен, переступая через порог. – Новый я.

– Но почему вы не сообщили нам о своем приезде? Мы бы могли прислать вам автомобиль с шофером.

– Идет война, Олбани. Перелет через Атлантику, особенно на летающей лодке, это лотерея.

– Конечно, сэр, конечно. Если вы согласитесь подождать здесь, я позову мисс Джефферсон.

Стивен сделал глубокий вдох и огляделся вокруг. На него обрушились тысячи воспоминаний. Когда в детстве он смотрел на Нью-Йорк из окна автомобиля, то думал, что Толбот-хауз был одним из немногих подобных домов, оставшихся в частном владении. Другие дома, расположенные вдоль дороги, были преобразованы в консульства, музеи или, хуже того, сдавались в качестве апартаментов. Стоимость содержания Толбот-хауза должна была быть ошеломляющей, но Стивен обещал себе, что он никогда не продаст его и не сдаст в аренду. Это был дом его отца, и вскоре он должен был перейти в его личное владение.

– Стивен!

Роза стояла на балконе, который выходил в фойе, крепко держась за перила. Ей была видна только макушка головы Стивена. С тех пор как она вернулась из Швейцарии, она постоянно пыталась представить себе, как выглядит лицо ее сына под бинтами. Стивен поднял глаза.

– Здравствуй, мама.

Роза вздрогнула и невольно отпрянула назад. Ее сын выглядел гротескно, его лицо казалось блестящей розовой маской, натянутой на череп.

«Посмотри на него. Не таращь глаза. Подойди и поздоровайся с ним…»

– Похоже, ты не очень рада видеть меня, – заметил Стивен.

– Нет, это совсем не так. – Роза нервно усмехнулась. – Просто я не ожидала, что ты вот так войдешь…

Она осторожно протянула руку и дотронулась до щеки Стивена.

– Все в порядке, мама. Меня вылечили полностью. Он прижал ее руку к своему лицу. Роза сжалась от страха. На ощупь кожа была резиновой и гладкой, как у куклы из мягкой пластмассы. Не человеческой, а созданной человеком.

«О, мой сын, что ты сделал с собой?»

– Ну, проходи, – сказала Роза. – Ты, наверное, голоден. Если бы я знала. Но это не имеет значения. Присоединяйся к нам. Я скажу Олбани, чтобы он подал приборы.

Стивен проследовал за своей матерью в библиотеку. Он обратил внимание, насколько привлекательной она оставалась для женщины, которой за пятьдесят. Ее спина была прямой, голову она держала по-царски высоко, у нее были густые черные волосы с редкой проседью. Неудивительно, что половина официального Вашингтона испытывала страх перед ней, а другая половина заискивала.

«Тогда почему она так нервничает?»

– Компания для обеда, мама? – спросил Стивен, когда они входили в столовую. – Если это твои друзья с Капитолийского холма, то я лучше пойду мыть посуду.

Стивен замер, войдя в столовую. На дальнем конце справа за столом из вишневого дерева сидела Кассандра Мак-Куин.

Это был третий визит Кассандры в Толбот-хауз за много недель. Со времени смерти Монка Роза звонила ей каждый день, чтобы удостовериться, что с ней все хорошо. Хотя с Кассандрой была Абелина, и Джимми Пирс и другие сотрудники журнала «Кью» часто заходили к ней, она была благодарна Розе за ее заботу. Они проводили долгие часы вместе, вспоминая человека, который так много значил для них обеих. От Розы Кассандра узнала Монка со стороны, о которой он никогда не говорил, о его юношеском увлечении Розой, о том, как он пытался помочь ей во время ее замужества с Саймоном и как, в конце концов, он был отвергнут.

– Не совершай подобных ошибок, – предупредила Роза. – Не позволяй любви пройти мимо, думая, что ты встретишь ее снова или что ты можешь жить без нее.

Каждый раз, когда Кассандра приезжала в Толбот-хауз, она искренне верила, что Роза пытается исправить то, что произошло между ней и Мишель. До той минуты, когда Стивен Толбот появился на пороге.

– Кассандра, какой сюрприз.

Стивен улыбнулся, когда заметил выражение страха в глазах молодой женщины. Его возвращение домой оказывалось лучше, чем он мог мечтать.

– Стивен…

Рядом со Стивеном возник Олбани с бокалом виски с содовой. Стивен посмотрел на свет через стекло бокала.

– Слава Богу, что некоторые вещи не меняются. Вы не можете себе представить, как трудно в наши дни достать хорошее виски. – Стивен поднял бокал. – Будем здоровы!

Обе женщины последовали его примеру, но ни одна не ответила на его тост.

– Я думаю, мне лучше уйти, – сказала Кассандра, отодвигая свой стул. Ей показалось, что стены давят на нее со всех сторон, она начала дрожать, как будто Стивен принес с собой холодную, мокрую темноту катакомб.

– Ни в коем случае, – ответил Стивен. – Ты не закончила свой обед.

– Ты слышал о Монке? – спросила Роза. Стивен кивнул.

– Да. Печальная история.

– Это случилось, – едва слышно сказала Роза. – Это очень трудное испытание для Кассандры. Для нас обоих. Это еще больше сблизило нас…

– Как замечательно, – сказал Стивен, не скрывая сарказма.

– Стивен!

Он отклонился назад, сложив пальцы.

– Мама, что бы ты сказала, если бы узнала, что Кассандра нам совсем не родная?

– Я бы сказала, что ты переутомился и не отвечаешь за свои слова, – резко ответила Роза.

– А если бы я все-таки сказал тебе, что у меня есть доказательства того, что дядя Франклин попросту не мог быть ее отцом?

Вилка Кассандры выскользнула из ее руки и звякнула о стол.

– Как ты смеешь говорить это?

– Очень просто! – Стивен вытащил лист бумаги из своего кармана, развернул его и передал Розе. Его глаза сверлили взглядом Кассандру. – Это часть больничной карты Франклина. В ней приведен список болезней, которыми он болел в детстве… среди них есть свинка. Ты знаешь, к чему могут привести осложнения после свинки, Кассандра? К бесплодию! Франклин Джефферсон был бесплоден. Он не был твоим отцом. Он ни с кем не мог иметь детей!

– Это неправда!

Роза схватила Кассандру за руку.

– Где ты взял это, Стивен?

– Когда я был в Европе, я слышал разные слухи о Мишель и другом человеке, – ответил Стивен. – По-видимому, Мишель и он были любовниками некоторое время, даже когда она была замужем за Франклином. Хотя я знал, кто этот человек, я ничего не говорил, потому что у меня не было доказательств. На пути домой я остановился в Лондоне, убедил Притчарда позволить мне взглянуть на медицинскую карту Франклина. Когда я увидел, что у него была свинка с осложнением и что его тесты на бесплодие были положительными, я понял, что слухи оказались правдой.