Чтение онлайн

Для руководства национализацией Совнарком создал при СНК комитет по национализации крупной и средней промышленности, банковского хозяйства, страховых обществ, транспорта и коммунального хозяйства, торговли и кредитных учреждений. Комитет возглавил О. Сепре, заместителями и вместе с тем руководителями соответствующих отраслей были: я — по промышленности, X. Аллик — по банкам и кредитным учреждениям, Ханзен был членом комитета и руководил национализацией транспорта, в том числе торговым флотом морского транспорта, А. Радик, как член комитета, ведал национализацией коммунального хозяйства и жилья.

Эта работа по своему характеру была особенно трудоемкая: объекты были распылены, кадров было мало и опыта в этом деле никакого. Комитет по национализации обобщал накапливаемый опыт, делал его достоянием подкомитетов. Во всей своей работе мы опирались на местные заводские профсоюзные организации, которые пользовались доверием рабочих. Кое-где, правда, пришлось провести перевыборы профкомов, на этих же собраниях из рабочих выдвигались кандидаты в уполномоченные комитета по национализации.

Учитывая небольшие размеры нашей республики, первоначально был создан один-единственный промышленный комиссариат — Наркомат легкой промышленности. Исходили из того, что в широком смысле под легкой промышленностью подразумевается вся обрабатывающая промышленность, все производство товаров широкого потребления. Включили в систему этого комиссариата и предприятия тяжелой промышленности, удельный вес которых в республике был невелик.

Вряд ли это было правильное решение. В СССР в систему легкой промышленности входили тогда текстильная, прядильная, трикотажная, швейная, меховая, а также обувная и кожевенная промышленность, то есть довольно узкий круг отраслей производства. И это оправдано. Уже вскоре у нас возникли трудности в решении плановых вопросов развития возможным только благодаря тому, что с самого начала было взято правильное направление: все, что пригодно для работы, использовать. И таким образом в течение первого года была проделана огромная работа по пуску законсервированного оборудования предприятий.

На Кренгольмской, Балтийской мануфактурах, на Нарвской суконной фабрике в годы буржуазного владычества мощности использовались лишь на одну четверть. С получением металла из братских республик СССР резко расширился и фронт работ в машиностроении и металлообрабатывающей промышленности. Началось восстановление судостроительных заводов, с их территории переводились приютившиеся там предприятия, как-то: химический завод ЭРСПО «Орто», машиностроительный завод ЭРСПО, «Ээсти Дестиллаат» и ряд других. Однако пуск судостроительных заводов осуществился не так гладко, поскольку в буржуазный период были растащены новые станки, выпущенные английской фирмой «Виккерс».

С каждым днем росли требования на строительные материалы, они были особенно дефицитны.

Помню, является в наркомат начальник строительного треста Сухарев и спрашивает, где можно получить фонды на стройматериалы, в первую очередь на кирпич, цемент, известь. Я уточнил, в каких количествах все это ему требуется. Каково же было удивление Сухарева, когда я попросил его дать номер банковского счета и письменное заявление и заверил, что с завтрашнего дня трест будет получать кирпич в нужном количестве. Сухарев заявил, что такое он слышит впервые за всю его жизнь строителя! Даже когда мы с ним встретились двадцать с лишним лет спустя, он вспоминал этот разговор.

Этот эпизод весьма характерен для первого этапа организации управления хозяйством в Эстонии, когда у нас еще не вошел в силу общесоюзный порядок выделения фондов и лимитов, когда мы еще не умели смотреть на хозяйство республики как на часть общесоюзной экономики, на которую мы опирались во всем. Мы черпали в советском содружестве силу и веру. Ощущая рядом плечо верных друзей, мы шагали все более твердо и уверенно.

Продолжавшаяся примерно год работа по реорганизации промышленности и становление ее на социалистические основы позволили сделать несколько важных выводов. Во-первых, Эстонская ССР стала на путь перехода к социализму, во-вторых, народ всемерно приветствует все социальные перемены и с большим воодушевлением, энтузиазмом включился в строительство социалистического общества, в-третьих, успехи созидания новой, социалистической Эстонии полностью обнаружили бессилие буржуазии, что избавило эстонский народ от гражданской войны.

Аналогичные процессы происходили и в деревне. Подавляющее большинство крестьян встретило первые шаги новой власти с полным удовлетворением. Даже середняки не испытывали большого колебания. Коммунистическая партия очень осторожно осуществляла все мероприятия, касающиеся широких масс: не торопила крестьян с переходом на путь колхозов, провела земельную реформу в интересах деревенской бедноты, а отчасти и середняков, отрезав или полностью отобрав землю у тех, кто ее не обрабатывал, — у кулаков, городских адвокатов и других подобных деятелей. Все трудовое крестьянство приветствовало эти меры. Правда, отчуждение части земли у кулаков происходило в условиях классовой борьбы. Но поскольку соотношение сил было явно не в их пользу, то они не осмеливались в тот период перейти к открытому выступлению против народа.

Перед Советской Эстонией, шедшей в едином братском союзе со всеми республиками, открывались радужные перспективы. Но мирный труд ее людей, как и всего советского народа, был нарушен фашистской агрессией.

Война не явилась для нас неожиданностью. О том, что фашизм намерен воевать со Страной Советов, было легко догадаться по всему: велась подготовка к обороне и в Эстонии, строились военные объекты, увеличивалась численность приграничных войск.

Чем ближе к Эстонии продвигался фронт, тем серьезнее становилась опасность, что республика может быть отрезана от остальной советской территории и окажется буквально в мешке.

С началом войны вся жизнь была подчинена одному — обороне. Надо было создать на предприятиях необходимую базу для ремонта военной техники, для производства военного снаряжения.

Центральный Комитет Компартии Эстонии сразу же информировал местные партийные и советские органы о вероломном нападении фашистской Германии. 23 июня 1941 года было опубликовано воззвание ЦК КП(б) Эстонии и Совнаркома ЭССР к трудящимся республики, в котором говорилось: «Трудовой народ Эстонии вместе с другими народами Советского Союза, и прежде всего с великим русским народом, сегодня поднимается на Отечественную войну против врага цивилизации и гуманизма, против поработителей народов, против варваров и фашистских извергов.

Вы, молодые советские граждане, рабочие, крестьяне, трудовая интеллигенция Советской Эстонии, поднимайтесь на борьбу против фашистских бандитов, за свое счастье и благополучие, за счастье и благополучие всех братских народов!»

Партия призывала в сжатые сроки перестроить всю жизнь на военный лад. По заданию ЦК КП(б)Э в довольно короткий срок были сформированы бронепоезда. Необычайно возросла потребность в лопатах: они были нужны для строителей оборонных сооружений; землеройной техники у нас в то время было еще очень мало, и поэтому рыли окопы в основном вручную. Оборонные работы были тем участком, который требовал повседневного и весьма пристального внимания. Центральный Комитет КП(б) Эстонии, местные партийные комитеты поддерживали тесную связь с командованием воинских соединений, действовавших на территории республики. В то время в Эстонии находилась база Краснознаменного Балтийского флота, командование которого руководило сооружением оборонительных укреплений.