Чтение онлайн

— Что за бред, — бормочет он, невинно наклоняя голову. — Разве я не создаю впечатление вашего покорного слуги? Принимаю все ваши указания… Есть ли доказательства к столь серьёзному обвинению? Я человек, преданный короне, обеспокоенный судьбой королевства и его жителей.

— То есть вы отрицаете, что послали вооружённых людей за мной и моими спутниками?

— Не за вами, милорд. Я только хотел… вернуть то, что принадлежало мне.

Мне требуется вся моя выдержка, чтобы не придушить его. Вместо этого я кладу руки на спинку его стула. Наклоняюсь к его уху. Пусть потом не говорит, что плохо расслышал.

— Она никому не принадлежит.

— Верно… Всеобщее достояние.

Дальнейшее происходит само собой, неосознанно. Я дёргаю на себя его стул и отхожу в сторону, позволяя упасть тому, что всё равно никакой ценности не представляет. Стул опрокидывается на спинку; Кенан вскрикивает, ударившись головой о пол. Когда он переворачивается, у меня проскальзывает мысль: «Жаль, что он не умер в результате несчастного случая». Тяжело дыша и, скорее всего, страдая от головокружения, он смотрит на меня в полном шоке. О нет, такого он точно не ожидал. А сам от себя такого не ожидал, если честно. Я думал, что смогу держать гнев в узде, но вспылил, не осознавая, что происходит.

— Какая досадная случайность… — бормочу я.

Кенан пытается подняться, но носок моего ботинка упирается ему в грудь. Я осторожно надавливаю, намекая, чтобы оставался на месте. Он подчиняется, бросая быстрый взгляд на меч, висящий у меня на поясе. Думаю, он уловил намёк, хотя потрясение на его лице быстро сменяется презрением.

А я чувствую некую гордость, оттого что смог вывести его на эмоции.

— Будущий король не должен вот так срываться, милорд, — поучает он меня. Кто бы говорил о благородстве. — Что бы сказал ваш отец, если бы увидел, как вы потеряли голову из-за какой девчонки?.. А не потеряли ли вы берега? Не станете ли одним из тех королей, что казнят тех, кто лишь слово скажет против? Тех, что злоупотребляют властью, чтобы добиться желаемого?

— Если бы я делал что хотел, ты бы уже лишился всех пальцев правой руки, — поднимаю ботинок, чтобы надавить каблуком на его ширинку. — И ещё кое-чего, — нажимаю сильнее, и его скривившееся от боли лицо радует меня, как ничто другое. — Тем самым исполнил бы мечту далеко не одной женщины. И сейчас, чисто из любопытства, я хочу поинтересоваться, как же ты перехватил моё письмо отцу?

И хотя мне бы это очень этого хотелось, но Кенан не жалуется. Его холодный взгляд не гасит ярость в моей груди. Мне даже кажется, я весь красный от возмущения.

— Возможно, у вас во дворце слишком много слуг, ваше величество, — отвечает он с неприкрытой насмешкой. — И цена верности нынче не слишком высока. Одно письмо легко заполучить… Иногда чтобы избавиться от него. А иногда чтобы ознакомиться, прежде чем оно попадёт к адресату, — он ухмыляется, а я задыхаюсь от злости. — Я уже знаю, что маленькая шлюшка едет сюда. Надеюсь, ты не собираешься сделать её королевой… Хотя, можно сказать, народ её уже знает. У неё со многими был тесный контакт.

Обнажаю меч. По-прежнему надавливая ему на промежность, я направляю остриё к его лицу — пусть рассмотрит хорошенько, перед тем как я проткну ему кадык.

— Даже разговаривая с королём, ты не можешь прикусить свой длинный язык. Дай мне хоть одну причину, почему я не должен его укоротить.

Его взгляд становится совершенно дерзким, снова он проверяет, решусь ли я пролить его кровь. Словно оценивает меня и приходит к выводу, что у меня кишка тонка.

Возможно, он прав.

— Не сомневаюсь, что это будет отличное начало правления. Король, напавший на своего подданного без официальных разбирательств, без свидетелей, вершащий правосудие прямо у себя в кабинете… Может, Артмаэль Герой станет известен миру как Артмаэль Кровавый. Вот что узнает страна, где уже несколько лет не было никаких конфликтов. Народ будет жить спокойно.

Пинаю его по подбородку с такой силой, что он ударяется головой об пол. Надеюсь, он прикусил язык. В идеале — отравился собственным ядом. Отшагиваю в сторону и убираю меч.

— Стража!

Двое солдат немедленно врываются в кабинет. Я разворачиваюсь к ним спиной, махнув рукой в сторону пола.

— Заприте лорда Кенана в подземельях. Можно принести ему воды, но обед пусть отдадут кому-нибудь из нуждающихся. Никаких посетителей.

Краем глаза слежу, как его поднимают с пола. Кенан сплёвывает на ковёр. Изо рта у него течёт кровь, но мне этого мало. Я бы предпочёл вырвать язык вовсе — жаль, что нельзя. Правосудие так не работает. Даже Линн это понимала, когда предупреждала, что я не могу просто его казнить. И он тоже это понимает.

Лорд не сопротивляется, позволяя увести себя. Но у двери задерживается и оглядывается через плечо.

— Передай привет моему цветочку, когда она приедет сюда…

Дверь закрывается, и я швыряю стул об пол. Как же мне хотелось стереть его ухмылочку кулаками и ногами. Превратить его лицо в кровавое месиво. Чтобы он на своей шкуре испытал то, через что пришлось пройти Линн. Вот только он бы точно не выжил. Делаю глубокий вдох, пытаясь успокоиться.

Линн скоро будет здесь, и это всё, что имеет значение.

ЛИНН

В какой-то момент из пяти дней пути из Дионы в Сильфос мои сомнения окончательно рассеиваются. Я больше не боюсь. Теперь я думаю не о том, что могу потерять, а что могу обрести. Думаю о мечтах, что маячат на горизонте, и о том, как мне хочется поделиться этим с Артмаэлем. Думаю обо всём, что впервые появилось в моей жизни: будущее, любящий человек, силы бороться…

Счастье.

Оно улыбается мне, говорит, что это награда за то, что не сдалась после всей пережитой боли. Нужно только приложить ещё немного усилий. Постараться ещё чуть-чуть.

Мне уже не терпится поскорее приступить к делу.

Улыбаюсь, подгоняя лошадь. Я всё ближе к Дуану. Всё ближе к принцу. Ближе к объятьям, поцелуям и обсуждению нашего будущего. Ближе к нашим подколкам и нежностям. Ближе к тому, чтобы рассказать Артмаэлю о своём маленьком успехе, о том, что скоро я начну своё дело. Ближе к исполнению желаний.

От радости моё сердце бьётся так часто, но я уже не знаю, мой ли это пульс или галоп коня.

Как вдруг на пути возникают тени: три силуэта, одетых как те, кого мы встретили в Сиенне, возвращаясь из леса с феями. Мой конь встаёт на дыбы. Я сжимаю поводья изо всех сил. Вернув равновесие, хватаюсь за кинжал. Никто не может встать у меня на пути. Никто и ничто. Мне ничего не страшно. Будь это хоть обыкновенные разбойники, хоть люди Кенана, хоть сами Стихии. Я никому не позволю отнять у меня то, чего я добилась.

Мой конь бьёт копытом о землю, нервничая, когда незнакомцы подходят ближе. Это не разбойники, даже не притворяются ими. Они ни о чём меня не просят. Вместо этого острые лезвия сверкают в свете закатного солнца.

Стискиваю зубы, спускаясь с коня, который лишь перебирает копытами при виде угрозы.

— Трое мужчин против одной девушки. Надеюсь, вы никому об этом не расскажете… потому что это будет крайне позорное поражение.

Мужчины, к моему удивлению, не нападают. Они останавливаются спокойно в нескольких шагах от меня, наблюдая. Я сжимаю рукоятку кинжала. Чего они ждут?