Чтение онлайн

— Чем дольше мы будем ждать, тем больше времени у моей матери будет на создание защитных сооружений. Армия должна отправиться сейчас же.

Адокс поднимается на ноги.

— Но зачем вести ненужную войну? Ты заручилась моей помощью, чтобы спасти жизни. Теперь ты просишь меня поддержать тебя в решении отнять их.

— Меня волнует проблема лишения моей матери власти, — говорю я. — Это имеет первостепенное значение.

— Но почему? Почему ты хочешь лишить её власти? — спрашивает старик.

Мои глаза расширяются. Что он предлагает? Он знает о тирании моей матери.

— Потому что мой народ страдает под её правлением. Потому что я хочу, чтобы три мира объединились в мире.

Джован встаёт на ноги. Я предупреждаю его взглядом. С этим человеком угрозы не сработают.

Адокс смотрит на меня проницательными глазами.

— Татума, я не сомневаюсь в твоих мотивах. У тебя, безусловно, доброе сердце. Но, если мы нападём на Осолис, погибнут невинные. Они будут искать виноватого.

Он колеблется, и я напрягаюсь, понимая, что он собирается сказать дальше.

— У тебя смешанная кровь. Если мы объявим войну и свергнем твою мать, поддержит ли тебя народ Солати? — он возвращается на своё место.

От его слов у меня звенит в ушах.

— Война уже была объявлена. Если ты не понимаешь, что Татум будет наступать, пока не убьёт всех нас, значит, ты заблуждаешься, — вмешивается Джован.

Мужчины по обе стороны от Адокса встают, реагируя на оскорбление Джована.

Я обхожу стол и останавливаюсь прямо перед Адоксом. Я не могу понять, почему он вдруг усомнился во мне, но я смогу убедить его в обратном.

Он с нетерпением ждёт.

Я хмурюсь.

— Когда я впервые говорила с тобой, ты сказал, что, помогая Гласиуму, ты рискуешь, и последствия могут быть значительными.

Он медленно кивает.

— Это ничем не отличается. Твои опасения оправданы. Ты, как никто другой, знаешь о дискриминации людей со смешанной кровью. Ты также человек, который оценивает обе стороны, а не только негативную. Ты понимаешь, что может означать для твоего народа наша победа.

— Понимаю, — шепчет он.

Я протягиваю руку через круг и хватаю его за руки.

— Татум смешанной крови. Представляет тех, кто жил, будучи отвергнутым и изгнанным. Больше не нужно прятаться, больше нет позора. Начало лучшей жизни через несколько поколений.

Я умоляю его глазами.

— Единый мир, в котором никто не остается в тени. Где ни один человек не считается ниже другого. Ты можешь представить этот мир?

В глазах старика собираются слёзы.

— Могу.

— Риск велик. Последствия значительны. Но также присутствует возможность лучшей жизни для всех людей. Не упускайте это из виду, — вздыхаю я.

Он похлопывает меня по рукам и жестом указывает двум мужчинам, стоящим по бокам от него и грозно взирающим на Джована. На этот раз они помогают ему подняться.

Адокс укоризненно наклоняет голову в сторону Короля.

— Я согласен с вашими планами. Твоя армия должна быть мобилизована без промедления. Мои люди приступят к тренировкам с отборным отрядом твоих дозорных. Ире немедленно приступит к ремонту тропы.

Во время отступления Кассий разрушил опоры, соединяющие ступенчатые острова Оскалы, пытаясь задержать наше возмездие.

Джован бросает на него растерянный взгляд, но потом сглаживает черты лица.

— Почему ты вдруг согласился, лидер Ире?

Адокс пристально смотрит на меня. Его глаза всё ещё кажутся влажными.

— Я уже был согласен, Джован Король Гласиума. Но я не был убежден.

Я наклоняю голову.

Он улыбается.

— Ты собираешься приступить к осуществлению миссии, которую не выполнял никто другой. Если бы ты не смогла убедить меня в своём праве быть Татум, как бы ты смогла убедить свой народ? Если ты сможешь показать им то, что только что показала мне — эту непоколебимую веру — тогда Солати пойдут за тобой в огонь Четвертой Ротации, — он смотрит на Короля. — Это то, чего я ждал.

Он кланяется, и я делаю ответный жест, моё горло сжимается от его трогательных слов. Потому что я даже не начинала анализировать тот ужас, который ожидает меня, как только я ступлю в Осолис. Я намеренно отрицала это. Мысль о том, чтобы предстать перед другими Солати, самой осуждающей расой, и показать свою истинную сущность, это жуткий кошмар.

Я убедила лидера Ире, что я могу сделать это.

Но сомнения борются с моей собственной убеждённостью.

И я могу только надеяться, что никто этого не увидит.

ГЛАВА 4

— Мой Король, я застала её за тренировкой.

Садра довольно пугающая, когда злится.

Её муж, Малир, командующий армией Гласиума, стоит в дверях прямо позади Джована. Я ещё не смотрела ему в лицо. Но Малир откровенно веселится.

Малир пользуется моим уважением с первых дней жизни на Осолисе, когда он был личным стражником Кедрика. Средних лет, боец высокой квалификации спас мою жизнь по дороге сюда. Он бросил вызов Блейну по пути в Гласиум и убедился, что со мной хорошо обращаются. Если бы решение моей судьбы было предоставлено Блейну, не знаю, выжила ли бы я в Оскале.

Я сижу на кровати, задыхаясь, и стараюсь не выглядеть виноватой. Я знаю, что пот, пропитавший мою рубашку, может выдать меня. Я не могу поверить, что Садра донесла на меня!

— Сейчас? — ледяной голос Джована ударяет по мне.

Может быть, он не так зол, как звучит. Я заглядываю ему в лицо.

Он зол.

— Оставьте нас, — приказывает он.

Прежде чем уйти Садра в последний раз неодобрительно покачивает головой. Она толкает Малира в грудь, и ухмылка сходит с его лица.

Джован пристально смотрит на меня, скрестив руки.

Я закрываю лицо и падаю обратно на кровать.

— Не начинай.

— Поверь мне, моя жизнь была бы намного менее напряжённой, если бы мне не приходилось этого делать.

Я приподнимаюсь на локтях.

— Что это должно значить?

Он остаётся стоять у закрытой двери. Его челюсть стиснута. Это выражение у него появляется, когда он хочет образумить меня.

— Ты не готова к тренировкам.

Я потираю подбородок предплечьем.