Мечты сбываются
Шрифт:
– Вам, мои дорогие, судя по всему, ещё не приходилось испытывать, что такое лишиться моих милостей! Я помогу вам. Но, не тревожьтесь! На первый раз я не лишу вас "всех" своих милостей. Ваши шкуры пока останутся при вас. Но только в этот раз!
Армос отдал приказ раздеть купцов догола и прогнать их по улицам: от дворцовой площади до самых доков. А чтобы не пытались прикрыться, привязать руки каждого к его собственной шее.
Купцы вынесли позор в соответствии с собственными характерами. Кто-то спокойно шёл, хмуро взирая на притихшие толпы народа и вынашивая планы мести, кто-то пытался бунтовать. Их били и гнали по улицам. А престарелый глава караванщиков прямо там, на дворцовой площади, проклял само имя короля и призвал воздаяние богов на его голову во имя собственной смерти. Он задушил себя той самой верёвкой, которой были привязаны его руки. Его пытались остановить, но разве могли справиться, пусть и обученные воины, с человеком вся молодость и зрелость которого прошли на дорогах разных стран? Старик мгновенно сломал себе шею. И остался лежать посреди потрясённой толпы как укор.
Город зароптал. И волновался как штормовое море до сих пор. Неизвестно сколько всё это продлится. Дарос и домой-то вернулся только потому, что Арс отправил его поспать, хотя бы несколько часов. Если, конечно, король не вызовет его для отчёта, что очень и очень вероятно...
– Его нужно отстранить от власти,- прямо, без обиняков, заявил Виг.
Дарос отвёл, наконец, взгляд от окна и посмотрел на старика. Под взглядом этим вельможе, внезапно, стало крайне неуютно:
– А ты уверен, лорд Виг, что в подобной ситуации я не повёл бы себя так же? Власть требует иногда жёстких решений.
– Но не жестокости! Не ставь себя на одну доску с ним!
– Он вырастил меня, и он мой ближайший родственник. Не думаешь ли ты и твои друзья, что мы можем быть похожи?
– Похожи, но не одинаковы! К чему эта софистика? На неё сейчас нет времени!
– А на что у вас всех, позволь спросить, высокий лорд, есть время?- ответил Дарос ледяным тоном.
И заговорил так, что мороз продал старого вельможу по спине: они с королём, и правда, похожи! Выражение лица, тон, логика суждений! Дарос словил потрясение на лице и кивнул, подтверждая. Да, мой друг!
– Ты, лорд Виг, при всей твоей мудрости, не был на вершине власти. Уж извини. И не разумеешь вопроса легитимности. Снять одного короля, заменить другого, свергнуть третьего. Что потом?.. Моё положение, как наследника престола, ещё более слабое, чем у любого из из вас, высоких лордов! Армос назвал меня своим преемником и я обязан ему преданностью и верностью до тех пор, пока он не нарушит закон. Как законник, говорю тебе: он его не нарушил. Даже вчера! А значит, не стоит ли вам, высокие лорды, задуматься над тем, что за законы вы поддерживали в последние годы? Он виноват. Но и вы! И не меньше, чем он.
Виг непроизвольно поёжился. Дарос заметил жест старого дракона. Голос его стал холодным и отстранённым, лёгкая улыбка злой:
– Передай своим друзьям и уясни сам, высокий лорд, что вам не сделать меня своей марионеткой. Я не стану на одну доску ни с ним, ни с вами. Почему? Потому, что я и сейчас и, ещё больше, если стану королём, буду обязан хранить закон. Это главное для меня и сейчас, и в будущем. Если Армос перейдёт черту, я попытаюсь остановить его, но не с вашей подачи, а потому, что так должно. Пока же я буду страдать, как все люди в моей стране. И никто не посмеет сказать, что мне приходится легче, чем другим.
Он выпрямился в кресле, чуть откинув голову назад, прикрыл глаза. Виг застыл. Та самая поза и выражение лица, были присущи деду мальчика, кого прозвали Железным королём! Так он выглядел, когда объявлял войны и перекраивал карту континента. Не из прихоти, как нынешний король, а исходя из своих принципов. Никто не мог влиять на его решения!
Глаза Дароса открылись и Виг вздрогнул. Железный король вернулся!
– Иди, высокий лорд, и передай своим друзьям, чтобы не торопились прочить во власть меня. Вряд-ли я стал бы для вас, высокие лорды, удобным монархом уже хотя бы потому, что я ничуть не уважаю вас! Вы поёте Армосу дифирамбы, и подбиваете меня на его убийство. Вы забыли, что такое честь и совесть.
Глава 14.
Дарос положил голову на спинку кресла, снова прикрыл глаза. Лицо искажала гримаса брезгливой ярости. Виг, поднявшийся было, решительно уселся назад в кресло. Дар слышал, но даже глаз не приоткрыл. Что ж, заслужил! Старый лорд помолчал, собираясь с мыслями и заговорил настолько искренне, насколько вообще мог:
– Прости меня, мой принц! Не могу говорить за всех, но знай, что я сознаю нашу вину. Свою вину. Мы действительно были трусливы. И ты вовсе не должен исправлять всё, что мы натворили... Но... тебе придётся. Именно тебе. Я сейчас только осознал, как похож ты на Железного Короля. Ты даже двигаешься как он. И выражение лица... Вот почему мы все так смотрим на тебя, когда ты идёшь по дворцу. Те, кто помнят его. Мы узнавали, но не отдавали себе отчёта!
Виг обескураженно покрутил головой:
– Вот почему Армос так ненавидит тебя, несмотря на то, что любит!.. Отец был невероятно жесток к нему. Без причины. И это странно потому, что он был хорошим королём, справедливым. Но и взгляды имел странные иногда. Никто и никогда так и не смог понять, чем мог Армос так не угодить ему! Бывали наследники и короли намного слабее. Тем более, что с годами Армос сильно окреп. Он, конечно, и сейчас не сравнился бы с Варгом, но тем не менее... А ты посильнее отца, Дарос. В деда. И такой же... Вся ваша семья странная. Вы видите мир как-то иначе... но, тем не менее, правильно. Просто под другим углом. Наверное, так и должны короли...
Дарос открыл глаза и старый вельможа только сейчас заметил, каким измученным он выглядит:
– Ты ведь не спал эту ночь?
Дар чуть качнул головой. Виг тяжело по-старчески вздохнул:
– Знал бы ты, мой принц, как мне жаль тебя! И ничем не поможешь. Может быть, я потому и подталкиваю тебя, чтобы всё это разрешилось поскорее?.. Прости меня. Я чувствую, что твоё время истекает и боюсь. Ты стал дорог мне за эти три года как мало кто. Ты многим дорог... И мы хотим, чтобы ты выжил. Армос совсем плох. Ты же знаешь?
Дар не шелохнулся. А старику и не нужно было подтверждение его мыслей:
– Ты знаешь, что случилось вчера. А на прошлой неделе? Ты тогда, кажется, с засухой боролся в южных районах. А,- криво улыбнулся,- любимцы твоего дядюшки подавляли бунт в Зорваль. Как бунт? Ну, покричали, пошумели... Так вырезали не только тех, кто кричал, а и половину округи. Кнут и пряник в исполнении нашего короля. Точнее сказать, вода и кровь.
Дарос снова уставился на витраж. Хотелось уйти в этот многоцветный, иллюзорный мир от всего, что творилось вокруг. День догорал и яркий свет в разноцветных стёклах угасал. Скоро не останется ничего...
– Ты не знаешь, мой принц, что произошло две недели назад. Я сам узнал только сегодня. И только потому, что лорд Риш мой старый друг и доверяет мне. О таком не расскажешь кому попало. Ты слышал, что его внука обвинили в преступлении против короля и подвергли опале?
Дар на мгновение отвёл глаза от догорающих огней в витраже и кивнул:
– Я слышал об этом и о том, что король покарал его сам. В последнее время эти закрытые приговоры случаются всё чаще.
Дар снова перевёл глаза на догорающий закат. Почему он не может оторваться от него сегодня? Словно нет для ничего важнее? Нет и не будет?