Чтение онлайн

В библиотеке меня ждал Корвус, который и преподавал мне дополнительные занятия.

– Долго идешь, Дафна. Я уже минут десять тебя жду, – директор разложил перед котлом камни и травы, при мне поставив к составляющим странный бутылек с зеленой жижей.

– Ого, да кто-то не в духе. Опять Ризус?

Смерив меня долгим взглядом, дядя кивнул. Фыркнув, я села на высокий стул перед котлом.

– Что на этот раз? Необоснованные претензии из-за того, что тебе достался курорт, а ей адская должность?

Напряженный смех разбавил тишину библиотеки.

– Ты близка к истине, но нет. Дело в расследовании, что она ведет.

Я замерла.

– Не смотри так, я знаю о нем. Давно знаю, – директор подвинул мне кувшин с водой, призывая наполнить котел, – не переживай. Никто из твоей семьи не в курсе.

Робко шевельнувшись, я отмерла. Сердце испуганно зашлось, сонливость тут же сползла с меня. Налив в котел воды, я кинула магическую искру, щелкнув пальцем.

– Так, – прокашлялась я, – что там с расследованием?

Подав мне раскрытую на нужном рецепте книгу, Корвус пожал плечами.

– Ничего хорошего, готовь. Это обсудим потом.

Вздохнув, я опустила глаза в книгу. Со страниц старого тома веяло запахом сырости. Поморщившись, я стала вникать в написанное.

– Разве это яд?

– Читай внимательно, Дафна. При передозировке вызывает судороги и остановку сердца, – пробасил дядя: – отличительная черта смерти от сыворотки правды – синяя пена изо рта. А теперь вопрос, и не смотри в книгу! Почему пена синяя?

– Аконит, – ответила я, не задумываясь, – он обладает сильными красящими свойствами. Сыворотка должна получиться сапфировой по цвету.

– Хорошо, а как незаметно добавить ее в выпивку человеку? – Корвус скрестил руки на груди.

Приподняв одну бровь, я скривила губы.

– Никак, это запрещено. Сыворотка правды может быть применена только с позволения допрашиваемого.

– Верно. Но если очень надо?

Сжав пальчиками переносицу, я выдохнула. Синий цвет ядов и зелий было достаточно тяжело убрать, ввиду особенностей ингредиентов. Быстро вспомнив все рецепты ядов с аконитом, я задумалась о противоядиях. Те создавались так, чтобы нейтрализовать все, от токсина до красителя. Осознание пришло неожиданно:

– Цитрусы. Цитрусовый экстракт!

Одобрительно улыбнувшись, директор вновь кивнул на котел, прошептав:

– Свари мне невидимую сыворотку, Дафна. И постарайся не взорвать библиотеку! – он развернулся к выходу, но перед дверью остановился, – Как закончишь, отправь мне своих посыльных.

Рассмеявшись, я кивнула. Дяде очень нравились мои золотые кролики.

Согласно рецепту мне требовался свежий аконит, перо корну, изумрудная пыль, чабрец, жидкое серебро и кровь допрашиваемого. Споткнувшись на последнем пункте, я сглотнула. Прочитав строку трижды, я укусила себя за щеку, рот заполнил солоноватый привкус. Сглотнув, я подняла глаза от книжки и посмотрела на составляющие, разложенные на столе.

Среди них стояла баночка, которую дядя достал из кармана. Протянув к ней дрожащую ладонь, я рассмотрела стекло ближе.

Это без сомнений была кровь эльфа – когда жидкость перетекала, она оставляла на стенках бирюзовые разводы.

Стало душно настолько, что затошнило. Быстрым движением расстегнув ворот блузы, я подошла к окошку. И отворив его, впустила в помещение свежий воздух.

Ризус прислала кровь Ленсифера, сомнений не было. А это означало, что ее подозрения обострились, что-то произошло. Но зачем она отправила ее сюда, если могла не тратить на это время и сварить сыворотку сама?

Сердце заныло, завыло протяжной болью.

С одной стороны, мне хотелось, чтобы она ошибалась, и друг был ни при чем.

А с другой стороны у меня была реальность. Холодная и суровая правда о том, что чем ближе подпустишь человека, тем больнее он может тебе сделать. Ленсифер был одним из самых близких.

Близких, которые могли предать.

Взяв себя в руки, я решительно приступила к приготовлению зелья. Измельчила перо и высыпала его в бурлящий котел первым. Помешивая серебряной ложкой, добавила аконит и крошку изумруда. Теперь все должно было хорошо провариться минут тридцать, и чтобы не терять времени, я стала думать о цитрусе и как лучше ввести его в зелье. Решив выгнать экстракт из цедры дикого апельсина и добавить его в самом конце, я взялась за нож.

И застыла. Апельсина на столе не было, Корвус не принес фрукт. Выругавшись, я кинула лезвие на стол. С противным лязгом оно проскользило почти к краю тумбы.

Мне нельзя было отходить от котелка, периодически требовалось помешивать варево. Однако и должным уровнем левитации я пока не обладала. Да и летящий по коридорам апельсин, думаю, многих бы удивил. Отругав себя за глупость, я махнула рукой. Из-под ладони выскочила яркая искра, которая, отлетев подальше, превратилась в кролика. Стоило мне подумать о Стефане, как полупрозрачный зверь оттолкнулся от воздуха и исчез за дверью.

Поджав губы и проследив взглядом за развевающейся дымкой, я прошептала:

– Ну да, летающий апельсин бы точно всех удивил…

На пол с легким треском опускались искры.

Через пятнадцать минут в библиотеку вернулся фантомный зверек. Сделав игривый круг над котлом, он растворился в воздухе. Стефан, помахав руками, рассеял облако золотой пыльцы, оставшейся от видения.

– Звала, моя принцесса?

Ласково улыбнувшись мне, он поцеловал меня в макушку. Чуждое ощущение пронзило голову, мышцы шеи сократились, и я резко дернулась. Чтобы спрятать необъяснимую для себя реакцию, я перешла в наступление:

– Ого! Да ты в хорошем настроении сегодня. Мне помощь нужна. – бросив взгляд на окно, я отвернулась, – Сходи в столовую.

Посмотрев на стол и котел, он иронично хмыкнул:

– А ты вокруг да около не ходишь… Там нынче на обед подают ингредиенты для ядов?

Закатив глаза, я фыркнула.

– Не смешно, Стефан. Мне нужен апельсин.

– Я могу принести тебе хоть всю фруктовую тарелку. Только скажи – зачем?

Помедлив, я нервно заломила пальцы и прошептала:

– Ризус считает, что это Ленсифер…

Мои тихие слова повисли среди пыли у библиотечных полок, в носу защипало. Озвученная вслух истина оказалась куда болезненнее, чем продуманная в мыслях. В уголках глаз я почувствовала влагу и быстро отвернулась от парня. Нежное прикосновение к плечам не подарило успокоения.

– Тише, Дафна, все обойдется, – он прижал меня к своей груди, – но если нет, то я буду рядом.

– Знаешь, что меня пугает больше всего?

– Нет, расскажи, – шепнул он мне в волосы.

– Если я не могу верить своей семье, если не могу верить другу, которого знаю с рождения, – я ненадолго замолчала, тишину нарушало только бульканье из котелка, – то кому я вообще могу верить?