Чтение онлайн

– Повторюсь, это в теории, – продолжил Густав. – По факту протекции для крупных промышленников, в виде госконтрактов и лоббирование их интересов с точки зрения внешней торговли. А врагом можно объявить не всех богатых людей, а только определенной нации. Что касается войны, здесь уже больше внешняя политика. Если фюрер так ее хочет, значит понимает, что для этого есть ресурсы и речь не только о деньгах аристократов. Здесь все гораздо серьезнее… – Барон произнес это задумчивым голосом.

– Мерзко это все, – выдохнул Рихард. – Людей вынуждают становиться членами партии, ставят это обязательным требованием при приеме на работу. Те, кто стал по- принуждению с особой ненавистью смотрят в сторону аристократии. Свои против своих. Теперь еще это. Не знаю, как завтра поеду в бюро.

– Как до этого ездил, так и сейчас поедешь, – подхватил барон, – сохраняя достоинство. Ты никому не должен ничего объяснять. Ты архитектор приехал на работу, чтобы трудиться, создавать, а не отчитываться перед другими за свои поступки. Тебе нечего стыдиться! – Барон перевел дыхание.

– Лучше расскажи, что у тебя нового на работе?

– По-прежнему строим «столицу мира». Постоянно, что-нибудь правим.

– Разве не Шпеер 6 этим занимается?

– Да, в основном его бюро. Мы вносим правки на отдельные объекты. Плюс идея Третьего рейха – все города сделать в подобном стиле, поэтому какую-то часть объектов распределяют в другие бюро по стране. Если честно, не верю в реальность – это объекта.

– Почему? Невозможны конструкции?

– Нет технически возможно, но, если строить на новом месте с нуля, а не ломать существующий мегаполис. В Петербурге использовали такой принцип закладки города. Но нет, фюреру подавай переделанный Берлин: мало того, что это стоит невероятно дорого, люди испытывают неудобства, и речь не только о тысячах выселенных евреях, так еще и с исполнением возникают сложности.

– Надеюсь, ты у себя в бюро не озвучиваешь эти мысли.

– Нет, папа. Я восхищаюсь красотой проекта.

– Рихард, без иронии.

– Абсолютно. Сам проект мне нравится – необарокко, достойный стиль в архитектуре, вызывающий чувство триумфа. Самое главное, что мы здания изнутри проектируем уже с учетом современных потребностей общества.

– Вот с таким положительным настроем, ты и пойдешь завтра на работу, остальное тебя не должно беспокоить.

Рихард опустил голову и кивнул.

– Я планировал уехать на неделю в гости к другу в Париж, пожалуй, завтра объявлю вам об этом за завтраком.

– Хорошо, доброй ночи, сын, – сказал барон, вставая с кресла.

– Доброй ночи.

***

Несмотря на вечерний разговор, завтрак в семье Фон Эльнсбург проходил в спокойной обстановке. Луиза рассуждала, как здорово было бы перебраться в резиденцию под Лейпцигом, где нет городской суеты, и где она могла бы выращивать розы и читать книги. Барон кивнул ей, обещая, что непременно так и будет. Рихард вышел к столу без пиджака, в жилетке цвета кофе с молоком поверх белой рубашки и светлых брюках. Поцеловав маму и поздоровавшись с отцом, он сел за стол.

– Как спалось? – С улыбкой обратился Рихард к Луизе.

– Благодарю, милый – всё хорошо. Я вижу, ты в добром расположении духа, – улыбнулась она ему в ответ.

– Да, как раз хотел вам сообщить: мой друг по университету в Мюнхене – Поль, который помогал мне с французским, недавно женился. Он и его супруга поселились в Париже и зовут меня в гости. Я дал им свое согласие. На работе сказали, что отпустят.

– Когда планируешь ехать? – спросил Густав.

– На следующей неделе, ближе к концу.

– Я думаю, это замечательная идея, тебе нужно немного развеяться, – резюмировал Густав.

– А в Париже сейчас неопасно? Я имею ввиду для граждан Германии? – С волнением спросила Луиза.

– Мама, конечно нет.

Луиза перевела взгляд на супруга, как будто ожидая подтверждения слов Рихарда.

– Уверен, тебе не о чем беспокоиться, милая.

Луиза в ответ смущенно улыбнулась.

После завтрака Рихард попрощался с родителями до вечера. Он заглянул в свою спальню. Она находилась на втором этаже и имела достаточно скромный вид по меркам дома. В ней не было фресок и картин, только мебель. Рихард надел галстук в тон к жилетке и такой же светлый как брюки пиджак, взял заранее приготовленный портфель из темной кожи и вышел из комнаты.

Садясь в свой автомобиль Mercedes-Benz 770, черного цвета, он все еще думал о разговоре накануне. На работу не было желания ехать, вернее видеть коллег. Он единственный представитель круга аристократии и понимал, что этот факт обязательно ввернут в беседу его коллеги, желая переложить на него ответственность за происходящие события. Нет, конечно, все входили в партию, но не все в открытой и яростной форме поддерживали политику фюрера, многие просто не комментировали и не озвучивали свои мысли вслух. Но идею войны не поддерживал никто.

Рихард припарковал свой автомобиль. Выходя из машины, он столкнулся взглядом с двумя девушками лет девятнадцати. Они улыбнулись ему, Рихард ответил им улыбкой, после чего они проследовали далее по улице, смеясь и оглядываясь ему вслед. Он обошел здание, в котором находилось бюро и увидел, что около входа стоят почти все сотрудники за исключением Кристиана Лингера. Он стоял в стороне и курил. На его лице была абсолютная отрешенность и взгляд содержал нечто среднее между потерянностью и безразличием. Рихард попытался взглядом отыскать Эльзу Урер – секретаря бюро. Это была молодая девушка двадцати лет отроду с мягкими чертами лица и светло-русыми волосами, заплетенными в две перекрученные между собой косы на затылке. Рихард вызывал особое волнение в ее сердце. Увидев Эльзу, Рихард окликнул ее – она обернулась, ее медово-ореховые глаза наполнились блеском, а на лице появился румянец. Она вышла из толпы ему навстречу. На ней была белая блузка и темно-синяя юбка ниже колен, на шее был повязан синий платок. Через ее плечо была перекинута маленькая черная сумочка.

– Здравствуй, Рихард, – с улыбкой поприветствовала Эльза.

– Здравствуй. Что происходит? Почему здесь все собрались?

– О, не беспокойся. Обычная дезинфекция и санитарная обработка помещений. Приблизительно через десять минут закончат.

– Дезинфекция?

– Да, от грызунов и насекомых. Для людей безопасна. С неё начали день в бюро. Нам пояснили, что сегодня еще немного будет пахнуть, но это не опасно. Господин Моген сказал, что отпустит всех на час раньше.

– У нас завелись грызуны? Я не замечал, – удивился Рихард.

– В некотором роде – да.

– Что это значит?

– Это значит, что во всем виноват Иоган Мэллер. Но, к счастью, этого преступника уже арестовали.

– Иоган? Эльза, что здесь произошло, что он сделал?

– Он прикинулся немцем и вдобавок устроился работать в бюро! – Лицо Эльзы изобразило возмущение. – Ты можешь себе представить какой-то жид мало того, что подделал документы, так еще и посмел прикоснуться к великим замыслам фюрера?! Благо, его обман раскрыли. Господин Моген как узнал об этом, сразу велел обработать все бюро!