Чтение онлайн

Карательные операции также обеспечили одну из особенностей российского пиратства: высокие цены. В России $5 за высококачественный DVD является нормой, и цены на пиратские диски хорошего качества незначительно выросли в последние несколько лет. Цены на пиратские диски могут даже равняться или превосходить цены на некоторые категории лицензионных DVD, такие, например, как местная «регионалка», часто содержащая компромиссы между качеством и свойствами. Ни в одной другой стране, согласно этому отчету, не зафиксирована такая ценовая стабильность. Повсеместное распространение дешевых записей и рост интернет пиратства резко уменьшили цены на пиратские диски — в среднем от $1 до $2 в рознице за одну высококачественную копию и намного ниже при оптовой продаже. Цены на высококачественные диски в других странах, рассмотренных здесь, например, на блошиных рынках Рио-де-Жанейро, редко превышают $3.50.

Наш вывод заключается в том, что относительно успешные меры борьбы против нижних звеньев цепочки поставок дали возможность крупным производителям захватить контроль над поставками и, следовательно, над ценами. Такое устройство рынка, скорее всего, является временным. Производство дисков в промышленных масштабах играет уменьшающуюся роль в растущей экономике пиратских цифровых технологий, трудно представить, как высокие цены будут служить расширению широкополосного доступа и цифровых магазинов, уже показывающих признаки опережения цепи поставки лазерных дисков. В этом отношении, цифровой переход в России может иметь неожиданную сторону и вытеснить крупных, защищенных государством пиратов из бизнеса.

В кинобизнесе, основная зада органов правового принуждения — задержка доступа пиратов к высококачественной копии во время первого выпуска или периода показа, когда фильм собирает большую часть своей прибыли. Быстрое, широкое распространение фильмов является как ключом к капитализации в этом периоде, так и вызовом для поддержания контроля над копиями. В России переход от поставщиков к кинотеатрам особенно уязвим. Как правило, 35 мм катушки с фильмами оставляются московскими дистрибьюторами за два-три дня до релиза фильма. Достижение более отдаленных мест может занять до десяти дней. Часто, этого более чем достаточно для обхода специально оборудованных студий, где пираты могут производить высококачественные DVD.

Обеспечение раннего доступа к пиратским копиям таких фильмов является прибыльным, притягивая от $10.000 до $40000, согласно нашим источникам. Такие копии также быстро появляются онлайн — хотя на данном этапе у пиратов существует интерес к сокращению конкурирующих каналов распределения. По очевидным причинам, для студий особенно неприятны пиратские релизы, предшествующие официальному показу (хотя доказательств сильного влияния на кассовые сборы, даже для предрелизной версии фильмов, слабы). Следующее поколение цифровых проекторов предназначено для решения этой уязвимости в цепи распределения, загружая фильм через зашифрованный спутниковый канал прямо в театр (Vershinen 2008). Среди преимуществ от перспективы усиления контроля можно выделить то, что такие загрузки могут быть помечены водяными знаками, давая полиции средства для отслеживания цифровой копии обратно к ее источнику. К 2008 году существовало 91 цифровой экран в России, из общего числа в 1800 штук (Березин и Леонтьева 2009).

Как мы уже отмечали в этом докладе, глобализация медиа отраслей не привела к возникновению единого мирового рынка продуктов авторского права. Хотя авторское право представляет собой международную систему, в которой правила, установленные в одной стране, должны соблюдаться в других, лицензионная система на продукты авторского права является национальной и требует от производителей и поставщиков из каждой страны отдельно лицензировать иностранные товары для продажи. Подавляющее большинство медиа продуктов на русском рынке, в том числе голливудские фильмы и международные поп альбомы, производятся по лицензии в России. Очень мало товаров иностранных производителей ввозятся напрямую, хотя кино и музыкальные объединения жалуются о юридических лазейках, которые позволяют небольшую, легальную торговлю иностранными компакт-дисками и DVD.

Основным местом производства как легальной, так и нелегальной продукции, таким образом, является сама Россия. Среди нелегальных производителей, как сказано в докладе, мелкие и средние производители в основных городах (особым вниманим МВД выделило Казань, Ростов-на-Дону, Самару и Новосибирск). Но большинство опрошенных утверждают о концентрации крупных производителей вокруг Москвы и Санкт-Петербурга, замечая широкий рост высокотехнологичной индустрии, медиа рынка и дохода. Несколько источников далее отмечают, что в эру, последовавшую за карательными мероприятиями, Москва стала играть главную роль в плане объема и разнообразия своего производства и протяженности своей региональной сети.

Пиратское производство так же отмечено и в других городах. Санкт-Петербург, как и многие другие российские региональные центры — не только посткоммунистический, но и постиндустриальный город,

Разнообразные модели владения бизнесом сложились для удовлетворения двух требований пиратов на рынке оптических дисков: поддержание экономического масштаба при сведении к минимуму воздействия рейдов. В одной общей стратегии, легально зарегистрированные фирмы выступают в качестве коммерческих арендодателей для небольших нелегальных предприятий (как правило, известных как «подставные фирмы» на русском языке). Подставные фирмы зарегистрированы на фиктивных владельцев, но на практике, принадлежат хозяину. В случае полицейского рейда, подставные фирмы можно выбросить, без ущерба для материнской компании, откуда их название.

Синдикаты являются другим организационным ответом, в котором группа фирм работают как единое предприятие, но без правовых договоров. Капитал и другие материальные ресурсы являются общими, но нет ответственности. В случае рейда, полиция может обвинить только целевую фирму, на которую совершен рейд, сводя к минимуму потери в более крупной операции.

Бывший советский сектор тяжелой и высокотехнологичной промышленности сильно развит и мало загружен. Такой спад на предприятиях — важная сторона крупномасштабного нелегального производства. В Санкт-Петербурге, они, как правило, расположены на окраине города, согласно образцу советского промышленного развития. [152] Маленькие производственные линий и «Склад типографии», описанные в следующем разделе, в отличие от крупных производств, не требуют больших помещений и, следовательно, более географически распределены по всему городу.

Легкость в манипуляции порядками лицензирования, особенно путем производства «сверх нормы», — одна из важнейших причин, почему пиратство в России так сложно преследовать: часто невозможно отличить легальные копии от нелегальных. Организация цепочки сбыта также представляет проблемы, особенно после принятия строгих мер в 2006-7, когда пиратские посредники изменили свои методы ведения бизнеса, чтобы минимизировать риск.

В конце 1990х, начале 2000х крупные производители пиратской продукции всегда считали выгодным сосредотачивать услуги производственного характера в одном месте, начиная, начиная от нелегального приобретения оригиналов до производства, печатания, упаковывания и хранения. Из этих центров производства продукция распределялась по более мелким складам, иногда называвшимися «студиями» из-за их размера. Результатом возросшего в начале 2006 года количества полицейских акций стало закрытие некоторых главных производственных линий, а также увеличение риска для производителей, хранивших у себя произведенную сверх определенной в лицензии квоты продукцию. Производители пиратской продукции ответили на это созданием сети специальных складов, отделив производство от хранения и распространения. Согласно РАПО и другим источникам, принцип одного окна сейчас редко встречается.

Опрошенный нами в ходе исследования эксперт из РАПО оценочно сказал, что в России около тысячи складов, распространяющих пиратскую продукцию в розницу (мы нашли похожую цифру на русских онлайн форумах, где обсуждают пиратство). Согласно заявлениям розничных торговцев и РАПО, в Санкт-Петербурге в 2008 было три или четыре больших завода по производству оптических дисков, там производились как легальные, так и нелегальные диски, от пяти до десяти больших складов и около семидесяти маленьких складов, через которые товары попадали на белый и серый рынки.