Чтение онлайн

В день приезда Виоланты Баварской ее встречали представители всех семнадцати контрад в красочных костюмах, каждый из которых был с цветами своего микрорайона. Был организован великолепный кортеж под бой барабанов и звуки фанфар, с представлением знаменосцев, которые под музыку и барабанную дробь подкидывали и ловили знамена. Приоры каждой контрады подходили к Виоланте и в поклоне приветствовали нового губернатора. Затем процессия двинулась к собору, где уже ждали архиепископ и духовные лица. Состоялась торжественная месса в храме, после которой принцесса долго молилась перед старинной иконой «Мадонна дель Вото».

Этот алтарный образ написал художник Гвидо из Сиены после битвы при городе Монтаперти, которая состоялась в 1260 году. Во время этого сражения сиенская армия разбила флорентийскую, они до сих пор помнят эту победу и при случае напоминают о ней флорентийцам. Хотя потом было много других битв, которые армия Сиены проиграла. Сиенцы сочли, что тогда им помогла сама Богородица. Ведь перед сражением под Монтаперти состоялась коллективная молитва всех жителей города перед античной иконой под названием «Мадонна с большими глазами». Сейчас ее оригинал находится в музее собора Сиены. Они поклялись деве Марии, что в случае победы закажут новый алтарный образ для храма – и победили. С тех пор эта икона именуется «Мадонна дель Вото», вото (voto) в данном случае переводится «клятва», или «посвящение». Этот алтарный образ – очень почитаемый в Сиене, перед ним всегда проводятся богослужения во время всех исторических чрезвычайных ситуаций: перед сражениями, во время землетрясений или эпидемий чумы. «Мадонна дель Вото» до сих пор находится в соборе Сиены в отдельной часовне, над декорацией которой работал римский скульптор эпохи барокко Джан Лоренцо Бернини по заказу папы Алессандро VII родом из Сиены.

В честь приезда Виоланты жители города организовали экстраординарный Палио с парадом аллегорических повозок. Они всегда это делали и делают в случае приезда важных гостей или в честь какого-либо значительного события. Например, в наше время были экстраординарные Палио в честь окончания Первой и Второй мировой войны, в честь приезда в Сиену короля Виктора Эммануила II, в честь приезда первого президента республики Камилло Кавура и в честь других событий. Последние экстраординарные скачки были в 2018 году в честь столетия окончания Первой мировой войны. Тогда победила контрада Черепаха, фото победителя на большом холсте потом долго находилось над входом на площадь Кампо и на территории контрады-победителя. После победы жители микрорайонов всегда устраивают череду праздников с банкетами, когда столы устанавливают на улице. Часто во главе стола можно увидеть лошадь-победителя.

Виоланта Беатриса приступила к управлению Сиеной и поселилась в центре города, во дворце Медичи. Это палаццо было перестроено из старого в конце XVI века по проекту Бернардо Буонталенти. Сейчас в этом здании находится отделение полиции, которая работает с иммигрантами (questura). Самым памятным актом во время правления принцессы была реформа административного деления Сиены: в 1729 году она узаконила границы семнадцати контрад города и запретила образование новых. Эти правила, установленные Виолантой, действуют и по сей день. Она оказалась талантливым губернатором, не отказывалась в случае необходимости спросить совета у своего свекра Козимо III и всегда выслушивала просьбы простого народа. При этом принцесса в равной степени балансировала между общими интересами государства и сиенской местной автономии.

Виоланта ввела несколько новых правил проведения Палио: участие не всех семнадцати, а только десяти контрад: семь из них – это те, которые не участвовали в предыдущих скачках, а три выбирали по жребию за месяц до начала новых. Для участия в Палио привозили отборных арабских скакунов, которых выбирали путем жеребьевки капитаны контрад за четыре дня до скачек. Она определила регламент исторической процессии, предшествующей Палио, костюмы с цветами контрад и вознаграждение жокею, а также общие правила общественного порядка в конце скачек. Эти правила тоже действуют до сих пор.

Но Виоланта при этом не жила постоянно в Сиене: после смерти Козимо III в 1723 году новый герцог Жан Гастон пожелал, чтобы она вернулась во Флоренцию ко двору. Поэтому с тех пор она управляла Сиеной из столицы Тосканы и только изредка приезжала туда. Принцесса очень любила проводить время на загородной вилле Лапеджи, потом она совершила поездку в Рим по приглашению папы Бенедикта XIII, который даровал ей Золотую Розу в знак признания ее заслуг перед Святым престолом. Впоследствии принцесса часто уезжала в Рим и гостила на вилле Мадама. Виоланта много занималась благотворительностью, посещала больных, помогала людям, нуждающимся экономически, обеспечивала образование и приют сиротам.

Принцесса оказалась тонким знатоком живописи и литературы, она окружила себя художниками, писателями и поэтами. Живописец и керамист Фердинандо Мария Кампани создал для нее майоликовые тарелки с украшениями в стиле позднего барокко. Многие писатели, поэты, музыканты и художники посвятили ей некоторые из своих произведений. Это был не только жест, принятый в те времена для получения благосклонности и покровительства, но и искреннее признание ее интеллектуального уровня. Интерес Виоланты к культуре и литературе не ограничивался только поэтами, писателями и художниками, он распространяется дальше. Принцесса основала женскую академию Чименто (эксперимента), в отличие от мужского эквивалента, поддерживала связь со старейшей литературной академией Интронати в Сиене. Интронати (intronati) переводится «оглашенные», это название было выбрано с иронией. Литераторы устали от «шумов» внешнего мира, которые их «оглушали», и заперлись в помещении Академии в центре города. Члены этой Академии назвали Виоланту «очень привлекательной и великодушной покровительницей». Она также оказывала услуги другим важным сиенским академиям: Роззи и Казино де Нобили.

После смерти герцога Козимо III и ввиду отсутствия наследников у Жана Гастона Виоланта надеялась на возможную преемственность. Скорее всего, она хотела увидеть тосканскую корону в руках дома Баварии, поскольку династия Медичи приближалась к закату. Но этого не произошло ни при ее жизни, ни после ее смерти.

В конце 20-х годов XVIII века здоровье Виоланты, которое всегда было слабым, сильно ухудшилось. Известие о состоянии ее здоровья было встречено в Сиене холодно: в церквях выставлялись реликвии и священные иконы, перед которыми люди собирались в молитве, но подданные оставались равнодушными. Баварская принцесса скончалась во Флоренции 30 мая 1731 года. Тело Виоланты Беатрисы по ее завещанию было предано земле в монастыре Святой Терезы во Флоренции, куда она часто приезжала молиться. А сердце, по ее желанию, было забальзамировано и помещено в гроб любимого мужа в базилике Святого Лаврентия. Таким образом, сердце принцессы навсегда принадлежит супругу, которого она пережила на 18 лет. В эпоху правления сестры Наполеона Элизы Бачокки во Флоренции тело Виоланты перезахоронили в базилике Сан-Лоренцо, но лишь на короткий период. Когда Великое герцогство было восстановлено в Тоскане в 1815 году, после победы над Наполеоном, тело принцессы снова перевезли в обитель Святой Терезы, а сердце вернули в могилу ее мужа, тем самым соблюдая ее завещание.

Сиенский народ выразил герцогу Жану Гастону официальное соболезнование, но они были заняты другими событиями: открытие нового зала театра Роззи, отъезд из Сиены кардинала Альдобрандини и изгнание венецианского посла. Город, с радостью приветствовавший принцессу Баварскую по приезде, был сыт по горло ее долгим отсутствием. Он отпустил своего губернатора с холодностью и равнодушием.

Жан Гастон, седьмой и последний великий герцог Тосканы из рода Медичи, родился 25 мая 1671 года во дворце Питти. Он был младшим сыном Козимо III и Маргариты Луизы Орлеанской, мальчику было всего четыре года, когда его мать покинула Флоренцию навсегда. Сначала маленький принц писал ей письма, но она практически не отвечала, и эта переписка постепенно прекратилась. Мать ему заменила бабушка Виктория делла Ровере, которая, как обычно, старалась привить ребенку высокую нравственность и религиозное воспитание. Жан Гастон рос одиноко во дворце Питти, он был грустным, молчаливым, очень чувствительным и ранимым ребенком. Говорят, мальчик часто плакал в своей комнате, возможно, уже тогда у него развивалась депрессия. Принц не получил ни материнской, ни отцовской любви и ласки. Его старший брат Фердинанд проводил большую часть времени с их дядей Франческо Марией, отец был занят своими делами, бабушка больше обращала внимание на воспитание внучки. Только сестра Анна Мария Луиза, которая была на четыре года старше брата, немного заботилась о нем и была единственной «материнской» фигурой, которую он узнал. Впоследствии молодой принц сопровождал Анну Марию Луизу в Германию, когда она вышла замуж за курфюрста Пфальцского.

Великий герцог Козимо III был в основном занят воспитанием и карьерой своего первого сына Фердинанда, наследника престола. И своей дочери Анны Марии Луизы, считавшейся драгоценной брачной монетой, которую можно потратить для какого-то выгодного союза. Когда король Португалии Педру II, после неудачных переговоров о браке своей дочери с Фердинандом Медичи, предложил Козимо III выдать замуж Изабеллу Луизу за Жана Гастона – великий герцог даже не стал рассматривать это предложение, настолько ему было наплевать на младшего сына.

Воспитанием Жана Гастона занимался учитель Пьетро Бирингуччи, который был талантливым литератором и членом Академии итальянского языка Круска. Он обучал принца грамматике, риторике и хорошим манерам. Среди других наставников его ранней юности был Валерио Спада, известный в то время художник и гравер, который преподавал ему искусство. Кардинал и исследователь церковной истории Энрико Норис, с которым принц любил проводить большую часть времени, преподавал теологию и религию. Антонио Мальябекки обучал его библиографии, а Антонио Мариано Сальвини преподавал литературу и поэзию. Жан Гастон, чуткий и умный юноша, вскоре посвятил себя научным интересам. Особенно ему нравилась ботаника, любовь к которой он унаследовал от отца, Козимо III Медичи. Жан Гастон стал одним из самых культурных принцев своего времени, помимо всего перечисленного, он изучал языки: греческий, латынь, испанский, французский, немецкий, турецкий и даже английский, который был еще мало изучен среди европейской элиты.