Чтение онлайн

— Получила то, что было необходимо?

— Да, на данный момент.

Я ставлю коробку на заднее сидение её машины и захлопываю дверь.

— Прости, что перешёл черту. Теперь я понимаю.

— Прости, что бурно отреагировала. Ты прав. Я нервничаю.

Она смотрит прямо на меня своими честными зелёными глазами.

Вот она. Это моя девочка. Женщина, которую я люблю.

Глава 17.

Хоуп.

— Малышка, ты будешь потрясающей, — Рок уже пятый раз за сегодня говорит мне это.

— Спасибо. Я просто нервничаю.

Разгладив юбку ладонями, я верчусь перед зеркалом, дабы убедиться, что всё заправлено как надо. Пучок завязан не очень туго, так что я добавляю ещё несколько шпилек. В конце я провожу по губам кисточкой с блеском и наношу на ресницы тушь.

Странное чувство — быть снова в деловой одежде. Не в плохом смысле странно. Но и не в хорошем.

Рок прижимается к моей спине, скользя руками по моей талии и притягивая меня к себе. В зеркале наши глаза встречаются, и он целует меня в макушку.

— Ты сексуальна в этом наряде.

— Не начинай, — его глаза расширяются от невинности. — И не смотри на меня глазами типа «Кто? Я?».

Его губы подрагивают в ответной улыбке, когда он отступает назад и шлёпает меня по заднице.

— Засранец, — бурчу я.

Прежде чем он снова сможет приложиться к моей заднице, я выскакиваю из комнаты и спешу в холл.

— Малышка, ты кое-что забыла, — кричит мне Рок из спальни.

Я смотрю вниз на свои босые ноги. Чёрт возьми.

— Ты знаешь, что я опаздываю, да? У меня нет времени на игры с тобой, — кричу я в ответ.

Я раскрываю свой файл и пробегаюсь по нему ещё раз. Всё должно быть легко. Я это знаю. Тест на отцовство оказался положительным. Бывший Винтер на самом деле отец её ребёнка, но мы и были уверены в этом. Только пока я была занята данным делом, заметила, что он не платил полную сумму алиментов, предназначенных Винтер, поэтому я подам ходатайство сразу же после того, как мы покончим с делом об отцовстве. Глупый мудак не должен был лезть в это.

Я ненавижу работать с алиментами. Слишком много грёбаной математики.

Рок заходит на кухню с моими туфлями в руках:

— Ты готова?

— Я не поеду на твоём байке, — шиплю я, выхватывая туфли и надевая их.

— У тебя всегда такой дерзкий рот перед заседанием?

Я знаю: на самом деле он хотел сказать «сука», но сдержался.

— Да, Рок. Это настоящая я. Рад, что говоришь сейчас со мной?

Его челюсть напрягается, но я могу сказать, что он снова пытается не улыбнуться:

— Мы берём твою машину, — я киваю, потому что это правда. Я не могу оседлать его байк в юбке-карандаше, и мне лучше не появляться возле здания суда на Харлее. — Но поведу я.

Это, вообще-то, идеально мне подходит, потому что я нервничаю. Если там не будет места для парковки, он сможет просто высадить меня перед входом.

Я слишком нервничаю, чтобы поесть, но Рок набирает ложку йогурта с нарезанными бананами и пихает мне в рот. Я глотаю содержимое, находясь у раковины. С ним лучше не спорить.

Брикс и Винтер ждут на тротуаре перед зданием суда, когда мы подъезжаем. На Винтер простое платье синего цвета. Она выглядит молодо и презентабельно, и мне становится легче благодаря тому, что она последовала моему совету и оставила дома свою облегающую футболку, которую обычно предпочитала носить.

Парни следуют за нами, и я останавливаюсь. Повернувшись к ним лицом, спрашиваю:

— Подождите, вы тоже планируете идти?

Все трое смотрят друг на друга.

— Да, малышка, — в итоге отвечает Рок. — Разве людям запрещено присутствовать на заседании суда по семейным делам?

Я колеблюсь:

— Ну, разрешено, только если это не закрытое слушание, полагаю. Там просто очень маленький зал. Судья может спросить, кто вы такие, — я указываю на кожаные жилеты, которые ни один из них не оставил дома: — Не знаю, как сильно это поможет.

Я уже вижу, как пристав полностью обыскивает ребят перед входом, задерживая нас ещё больше.

Рок выпячивает губы, а Брикс стреляет в него взглядом. Мы все стоим за линией тротуара на нейтральной территории. Наконец-то Рок кивает головой в сторону моей машины, и они вдвоём отходят. Возвращаются они уже без жилеток.

— Лучше? — интересуется Рок.

— Да.

Мы входим в здание суда, минуем охрану и направляемся в зал заседания, где проводится слушание.

Я нервничаю только от одного присутствия Винтер здесь, но то, что Рок и Брикс тоже наблюдают, буквально выводит меня из себя. Я копошусь и роняю файл, отчего бумаги разлетаются повсюду. Бывший Винтер выходит вперёд, чтобы поднять их и передать мне, что совсем не помогает. Это странно. Я выхватываю папку и произношу поспешное «спасибо», а потом занимаю место за столом.

Более паршивой ситуация стать не может.

Рок.

Не сочти я наше присутствие важным, сказал бы Бриксу, что мы можем подождать на улице. Но Винтер получала некоторые угрозы в сообщениях от своего отморозка-бывшего, и я хотел, чтобы он понял: если он перейдёт ей дорогу, то напросится на полную задницу неприятностей, чего точно не захочет. Конечно, я не объяснял это Хоуп. Она так напряжена, будто вот-вот взорвётся. Мне не особо нравится оставлять наши жилетки в машине, но у Хоуп был убедительный довод, а я не хотел, чтобы она взбесилась перед зданием суда.

Притом мы с Бриксом весьма пугающие сами по себе.

Места для зрителей находятся прямо за столом Хоуп. Если захочу, я могу всего лишь потянуться и схватить её за попку, но мне удаётся контролировать себя. Едва ли. Всё же я сжимаю её плечо перед тем, как судья начинает говорить. Она дарит мне скромную улыбку через плечо.

Хоуп произносит свою речь, её аргументы чёткие и конструктивные. Гордость переполняет меня. Моя женщина по-прежнему фантастическая.

— Ваша Честь, поскольку ребёнок был рождён в браке, отцовство предполагается. Имя отца вписано в свидетельство о рождении ребёнка, и он признавал ребёнка своим последние два года. Он не сомневался в этом до того момента, пока мисс Вилкес не начала встречаться с другим. Он не имел права на тест согласно закону, но мы уступили, дабы поставить на этом точку раз и навсегда. Как вы можете видеть в докладе, мистер Вилкес определённо является отцом. Мы убедительно просим отклонить данное ходатайство с запретом подачи аналогичного иска.

Судья поворачивается в сторону Вилкеса и продолжает отчитывать его. Чёрт, старый козёл на скамье взбешён и чрезвычайно самоуверен. Он высказывается по поводу использования судебной системы в качестве орудия мести и стыдит парня за попытку отказаться от собственного ребёнка, дабы поквитаться с его матерью. Это безжалостная лекция, и парнишка практически сравнялся с полом к тому моменту, как судья завершает её.

Это было весело.

Не так, как предпочёл бы я, но всё равно весело.