Медовый месяц
Шрифт:
– Наверное опять помойку подожгли, – соврал Юрий. Ему не хотелось ещё сильнее пугать свою молодую жену этим пожаром.
Через минуту они миновали гаражные боксы, вышли на Окский проезд и пошли к перекрёстку. Здесь было видно, что машины стоят не только на дороге, но и на газоне, и на тротуаре. Некоторые протаранили забор, огораживающий стройку. Так же бросалось в глаза, что почти все машины останавливались, лишь упёршись во что-нибудь, у некоторых валил пар из радиатора, многие дверцы были распахнуты, на дороге валялись личные вещи. Сумки, головные уборы, детские игрушки, телефоны. Так же им встретились несколько пустых детских колясок и велосипед.
Когда они протиснулись сквозь машины к перекрёстку, то поняли, что на автозаправке не костер горел, а сама заправка, и судя по всему, давно.
– Что здесь произошло? – в ужасе спросила Ольга.
– Понятия не имею, – честно признался Юрий.
Они свернули направо и так же, протискиваясь мимо брошенных автомобилей, направились по улице Есенина к центру города. Вдалеке что-то громко хлопнуло, то ли взорвалось, то ли упало.
Вскоре пробка закончилась, и они уже двигались спокойнее и быстрее. Никакого ограждения, блок поста, военных, полицейских и даже пожарных машин они не встретили на пути. На перекрёстке улиц Грибоедова и Есенина была такая же пробка из брошенных машин. Из-за перевернувшейся фуры они вынуждены были перейти на противоположную сторону улицы и пошли дальше, оглядываясь вокруг. На менее крупных перекрёстках машин было значительно меньше, некоторые улицы вообще были свободны.
– Никого… – бормотала Ольга, – ни одного человека…
Она крепко сжимала руку мужа, словно боялась, что и он может исчезнуть в любой момент. Вдалеке слышался лай собак. Помимо пробок они видели несколько пожаров, охвативших многоэтажные дома, видели почти сгоревшие частные деревянные дома и уже потухшие черные скелеты машин. В одном двухэтажном доме, из окна первого этажа водопадом текла вода. Горячая, судя по пару. В некоторых квартирах горел свет.
Вскоре они подошли к 4-й Городской больнице и Ольга вспомнила о родителях. Её мама была врачом.
– Мне надо позвонить маме! – воскликнула она, вытягивая из кармана джинсов свой Айфон.
– Они уехали сразу после свадьбы?
– Чёрт, и здесь связи нет! Что?
– Твои родители сразу после свадьбы собирались уехать?
– А, да, они уехали! – Ольга была растеряна. – Как им позвонить? А твои? Что с ними?
– Мои в Вене сейчас, потому и на свадьбу не успели приехать. Забыла?
– Да… Да… Да…
– Всё будет хорошо, – он обнял жену и поцеловал в висок.
– Если мы не сможем позвонить, надо к ним ехать!
– Куда?
– В Москву! Они же сейчас там! Я тебе говорила, отец получил новую должность…
– А на чём мы поедем?
Ольга оттолкнула мужа и посмотрела ему в глаза, не издевается ли он? Потом обвела руками вокруг себя:
– Тебе машин мало?!
– Это же не наши…
– Не наши! Но и ничьи! Они брошены!
«Брошены ли» – подумал Юрий, но вслух ничего не сказал.
– Давай, поехали! – она подтолкнула его к дороге. – Вон, стоянка, там есть машины.
– Подожди! Так нельзя!
– Как?
– Мы даже не знаем, что произошло!
– Я не хочу об этом думать. Все равно мы не узнаем правду! Но, если уедем, увидим родителей, возможно у них там, в Москве что-то известно! Всё-таки столица, Президент там, Министерства всякие, не то, что наша дыра.
«А если это везде так?» – чуть было не спросил он, но вовремя промолчал.
– Надо хотя бы вещи взять, еду, документы!
– Зачем?
– Ты видела? Кругом пожары! А если пока нас не будет наша квартира сгорит? – Юрий сам испугался своих слов. – Пошли, – схватил он жену за руку.
Припаркованные на стоянке машины были все заперты. А вот «брошенные» на дорогах машины были с ключами в зажигании, некоторые стояли еще с заведенными двигателями и зажженными фарами. У некоторых даже дворники продолжали скрести сухие лобовухи. И как они этого не заметили, когда пробирались сквозь пробки на перекрёстках? Настолько мы уже свыклись с постоянным городским шумом, что даже не воспринимаем его. Они подбежали к машине, стоявшей одиноко возле въезда в Центр детского творчества. Заглянули в салон. Никого. Юрий быстро открыл водительскую дверь и сел за руль. Ключи валялись на коврике возле водительского сидения. Ольга обошла машину и открыла пассажирскую дверцу. На переднем сидении лежала в футляре маленькая скрипка. Она схватила ее, выбросила из машины и прыгнула в салон. Юрий вставил ключи в зажигание и удивленно посмотрел на жену.
– Что?! – воскликнула она.
– Ты же музыкант, – сказал он, – эта скрипка, наверное, принадлежала какому-то ребёнку, которого привезли на занятия сюда… Нельзя так с…
– Ты это серьезно сейчас?! – она в ярости ударила кулаками по торпеде, так, что бардачок раскрылся.
Юрий промолчал, заводя двигатель и выруливая на улицу Щедрина. Подъехав к улице Есенина, он собрался повернуть направо.
– Ты куда? Нам налево! – схватилась за руль Ольга.
– Там «кирпич», – машинально ответил Юрий.
– И что? Гаишник остановит?! – она нервно засмеялась. – Я лично расцелую любого гаишника, если мы хоть одного встретим!
Сразу после этих слов её смех перешёл в слёзы, и она принялась рыдать, нагнувшись и уткнувшись в свои колени. На этот раз муж решил не успокаивать её, подумав, что будет лучше, если она наконец выплеснется.
До их дома было всего пара километров езды, но по Есенина они бы не проехали, помня, какие там заторы на перекрёстках. Поэтому, всё же проехав под «кирпич», Юрий свернул налево во дворы и вскоре они добрались до дома, выскочив с противоположной стороны. Пожара на верхних этажах второго подъезда отсюда видно не было, но чёрный дым из-за дома валил впечатляюще. Они бросили машину возле бордовой Дэу, и чуть ли не бегом направились в свой подъезд. Дома Юрий вытащил из шкафа небольшой походный рюкзак, литров на 40, подаренный ему когда-то отцом и ни разу не использованный.
– Вот и пригодился, – пробормотал Юрий.
Не особо церемонясь, они побросали в него какую-то одежду, еду из холодильника, кружки, а в боковой карман всунули папку с документами. На мгновение остановившись в коридоре, Юрий вернулся в комнату и зачем-то схватил свой ноутбук, который, он так и не выключил, когда они выходили из дома. Потом ещё раз зашёл в кухню, взял кухонный нож и попытался всунуть его в карман. Увидев это, Ольга отняла у него нож и всунула его в рюкзак. На этом сборы закончились и они, нацепив куртки, вышли на улицу.
4.
Ехать в Москву логично было по Московскому шоссе. До него добрались дворами, само шоссе было более-менее свободно, с заторами лишь на перекрестках, которые они лихо объезжали по тротуарам. Железнодорожный мост в районе Окружного шоссе пришлось объезжать по рельсам. Благо, горящий поезд дымился южнее, недалеко от автосалона «Фёст». Дальше, мимо станции Дягилево и до самого выезда из города приходилось ехать по обочине, а местами и просто по земле. Зато после поста ДПС дорога была свободной. Юрий нажал на педаль акселератора.