Медсестра-заклинательница
Шрифт:
На следующую ночь, ложась спать, Тэхын изменил конечный пункт. У него был старый синий карандаш, которым он проверял контрольные – красного в его шкафчике не нашлось – и четко нарисовал им стрелки.
Раз мертвецы сами не знают, что хотят, но желают что-то решить, тогда надо отвести их к тому, кто все эти вопросы решает.
И он синими короткими стрелочками жирно указал дорогу в сторону кабинета директора.
Тэхын подумал, что, если на этот раз мертвецы не добьются своего, ему придется довести их до дома директора, но последнего сна оказалось достаточно. Когда Тэхын открыл дверь в кабинет директора, мертвецы по очереди вошли туда. Кто-то уселся на гостевой диван, кто-то – на пол. Больше Тэхын их не видел. Спустя несколько дней директор школы ушел на больничный, и, пока его не было в школе, рассмотрение и решение по вопросу выбора учебника прошло гладко.
Вернувшись на работу, директор выглядел ослабленным и, отработав до конца года, ушел. Ушел, даже не доработав до пенсионного возраста. На прощальном банкете никто не выразил своего сожаления по поводу его ухода. Тэхын было подумал, что это из-за него, но совесть его была чиста.
С тех пор Тэхын стал не таким умеренным. Это происходило постепенно, в течение нескольких лет. Но он изменился. Школьники часто задавали ему неудобные вопросы: почему избран такой плохой человек, почему положительные изменения всегда сходят на нет или почему история течет не только вперед, но и назад. Раньше Тэхын избегал таких вопросов, но теперь всячески старался объяснить. Он не касался острых моментов и отвечал осторожно, но в школу все равно поступали звонки от недовольных родителей. На сабантуях с коллегами Тэхын уверенно заявлял, что детям надо объяснять важные вещи, несмотря на жалобы родителей.
– Так. Дети, помните, что на следующих выборах у вас тоже будет право голоса, – Тэхын обычно говорил эту фразу, если школьники не соглашались с его сдержанными объяснениями, не принимая мир, созданный взрослыми. Услышав эти слова, в их глазах появлялся блеск. Именно этот блеск помогал Тэхыну не терять надежду. Новое поколение всегда умнее предыдущего. Эти дети будут намного лучше, чем мы, и я правильно поступил, не дав ход такому дурацкому учебнику.
Иногда на уроках его взгляд надолго останавливался на фотографиях, напечатанных в учебнике. У него было такое чувство, что эти лица были ему знакомы, словно он видел их несколько раз во сне… Но узнать кого-либо он не мог, фотографии были слишком размытыми. Глядя на их лица, он продолжал говорить мощным голосом.
Мы стояли в объятиях в вихре
Инпхё подумал, что его мама старится, подобно индюшке. У нее и так всегда был острый небольшой подбородок. А теперь на шее появилось много морщинок. Когда она разговаривала, всем телом подавалась вперед, поэтому выглядела, как индюшка. Он даже подумал, что на следующий день рождения надо подарить ей хороший антивозрастной крем для шеи.
– Она увидела твое фото в моем телефоне и стала настойчиво предлагать тебя с кем-то познакомить. Что я могла ей на это сказать? Я же не могу вечно отказывать, это неудобно, и я не хочу прослыть равнодушной мамой. К тому же ты и правда до сих пор не женат. Вот я и согласилась.
– Разрешаю тебе быть более равнодушной, меня это не беспокоит.
– Ты что, не хочешь с ней встретиться?
– Ладно, встречусь.
Инпхё уже понял, что каждый раз отказываться идти на смотрины – не самый лучший способ успокоить маму, которая очень переживала, мечтая поженить своего сына-инвалида. Поэтому он разработал другую тактику: ходил на предложенные ею свидания, вел себя вежливо и учтиво, а после возвращался домой и говорил маме, что девушка была не в его вкусе. И больше он ее не приглашал. Такая компромиссная стратегия очень хорошо срабатывала. Правда, из-за этого мамина общественная жизнь терпела неудачи, но Инпхё подумал, что, если друзей, которые так ее беспокоят, станет поменьше, она ничего от этого не потеряет.
Когда смотрины назначались на выходные, он каждый раз предупреждал об этом Ынён. Первый раз ему было очень неловко, но Ынён не расстроилась и с легкостью перекроила свои планы, и Инпхё стал чувствовать себя в таких ситуациях нормально. За несколько лет они стали самыми близкими друзьями, много времени проводили вместе и понимали друг друга без лишних слов, но не более того. Каждую неделю они ходили за руку, но не были парой. Ынён всегда намекала, что жизнь сама по себе слишком тяжелая, поэтому она не строит долгосрочных планов, ведь ее жизнь такая переменчивая. Инпхё был слишком разумным, чтобы перейти границу в отношениях с женщиной, которая сама недвусмысленно намекала, что в школе она временно.
Только однажды, когда надо было взяться за руки, ему захотелось ее поцеловать. Непонятно почему, увидев ее сухие опухшие бледные губы, ему так этого захотелось. Но, к счастью, он давно перерос тот возраст, когда невозможно противостоять своим желаниям. Он был зрелым человеком, и Ынён ничего не заметила, хотя обычно подмечала любые небольшие изменения.
Их отношения, конечно, были не совсем обычными, но оставались вялотекущими – никто из них их не форсировал. Ничто принципиально не менялось и вряд ли могло измениться в дальнейшем.
Инпхё, как обычно, пришел на очередное свидание без волнения и какого-либо интереса, когда вдруг появилась девушка, которая ему понравилась. Это была большая редкость. Он уже и не помнил, когда в последний раз встречался с женщиной, которая пришлась ему по душе. Это стало для него неожиданностью и очень удивило его. Она была словно создана для Инпхё.
К примеру, на ней не было ни одного цветочка. Инпхё ненавидел цветочный орнамент, он не имел ничего против цветов, но такой узор казался ему простоватым, а люди, которым он нравился, – не достаточно утонченными и не слишком сосредоточенными. Он не любил платья в цветочек, сумки в цветочек, а обувь считал самым большим кошмаром. У Ынён были блузка с огромным алым тропическим цветком на всю грудь, платье непонятной длины с многочисленными цветочками, ее сумка из искусственной кожи, похожая на мешок, имела подкладку в цветочек, как и длинный кошелек из винила. При этом она никогда особо не стремилась быть женственной, но всегда выбирала цветочный мотив. А на женщине напротив не было ни единого цветочка (даже внутри сумки – Инпхё проверил, когда она ее открывала). Макияж был нанесен безупречно, и волосы выглядели здоровыми. Инпхё не считал, что внешность – это главное, но выглядеть аккуратным было для него важным, на это можно было не жалеть своего времени. Он сам всегда тщательно умывался, наносил увлажняющий крем, в отличие от Ынён, у которой кожа была не очень, а она не пользовалась даже базовой косметикой. Более того, утром, когда она уставшая приходила на работу, на ней всегда была слишком яркая помада. Она не особо занималась депиляцией, ее колготки всегда были в зацепках. Инпхё передергивало от ее волос, кончики которых секлись от постоянного окрашивания и химии. Ынён решала эту проблему ножницами. Она постоянно твердила, что отращивает волосы, но длина была одна и та же. А что касается женщины, сидящей напротив, с первого взгляда было видно, что ее волосы получают регулярный уход. Аккуратная челка, брови поразительно правильной формы. У нее всегда такие брови или она сделала их пару дней назад?
На ней не было лишних аксессуаров – лишь сережки-гвоздики с жемчугом да старинное золотое кольцо, которое, похоже, досталось ей по наследству, потому что цвет золота был слишком насыщенным. Изящная девушка с простыми аксессуарами, в отличие от Ынён, не отвечала с насмешкой, не спорила, а просто слегка кивала головой.
– Я слышал, что вы работаете на телевидении? – с интересом спросил Инпхё.
– Ничего интересного. Я работаю в архиве. Это, наверно, самое тихое место в телецентре.
– Все равно. Наверно, видите много чего интересного.
Инпхё сам почувствовал, что сказал глупость – «видеть интересное». Ынён всегда ругала его за то, что он, стоило ему открыть рот, говорил, как старик, и Инпхё верил ей на слово.
– Теперь съемки, как правило, не ведутся в студии на Ёидо, снимают в других местах. У нас проходит запись радиопередач и утренних программ. Но, когда мимо проходят известные старые актеры, можно хотя бы глазами поздороваться.
Тихая женщина, которая работает в тихом месте. Женщина, которая не ссорится, не кричит, не подвергает себя опасности и не устает. Женщина, которая не видит то, чего не надо видеть. Женщина, у которой в сумочке нет странных игрушек для странных целей… Возможно, с такой женщиной все получится гладко и легко. Ынён совсем не хотела обидеть Инпхё, говоря, что не останется в школе, но она произносила это с таким выражением лица, которое причиняло Инпхё боль. Если в отношениях нет ничего легкого, наверно, надо их отпустить. Тем более, из-за них он только теряет силу и нервы.
– Чиён, как ваше имя записывается иероглифами? – спросил Инпхё. В имени Син Чиён был слог «ён», как у Ынён. Она сказала, что ее иероглиф переводится, как «сияние», а у Ынён был «венчик». Когда-то он даже подозревал, что ее «ён» имеет значение «жестокий». Инпхё договорился встретиться с Чиён еще раз на следующей неделе.
Ынён немного удивилась, когда Инпхё сказал, что на предстоящих выходных снова не сможет с ней встретиться.
– А… Продолжение?
Инпхё не ответил.