Медвежий угол
Шрифт:
– Алло.
– Здравствуй, Виктор Смолов, как самочувствие?
– Кто это?
– Это твои друзья из Москвы.
– Новиков подмигнул Борису.
– Ты ввязался в серьезную игру, но еще есть шанс все исправить. Подумай над этим, пока не стало поздно.
Смолов молчал, но телефон не отключал еще секунд десять. Эти слова попали в самую точку.
Новиков, король интуитивных побед, даже не предполагал, каким важным станет этот звонок не только в его судьбе, но и в судьбе всего Российского государства. Пока что он просто порадовался удачной шутке, справедливо считая, что деморализация конкурента - первый шаг к победе.
Потемкин не знал, как относиться к этому импульсивному порыву, а Борис его одобрил, как все действия своего друга.
Новиков не успокоился и лично перезвонил Бертману, но ничего нового узнать не удалось. Яша перерыл все картотеки, но ничего о Викторе Смолове не узнал.
– Яша, я тебя прошу отнестись очень серьезно, этот парень стоит за организацией целого ряда заказных убийств.
– В голосе Сергея послышались тревожные нотки, - Не может он быть чистым.
– Потемкин жестом попросил телефон.
– Привет, Яша, это Константин, ты не пробовал пробить этого парня через картотеку торговцев барышнями легкого поведения?
– Потемкин, помня о показаниях Щепы, в первом разговоре намекнул Бертману и об этой зацепке.
– Тоже ничего?
– Он развел руками.
– Похоже этот парень серьезнее, чем мы думаем.
***
Эпопея с почтовым ящиком вышла прямо сказать комичная. Парень в солидном костюме вылез из навороченной БМВ с кожаным салоном, полным электропакетом и огляделся. Редкие прохожие спешили домой, низко наклонив головы. Накрапывал мелкий дождик, а жители этой части города и в ясную погоду мало интересовались происходящим.
Виктор скрепя сердце достал из багажника заранее заготовленный ломик с плоским концом и приступил к отрыванию ящика от стены. Никаких сложностей он не ожидал, поэтому решительно ковырнул стену, над ящиком, чтобы создать щель нужного размера. Работа спорилась и вскоре железная коробка затрещала, нехотя покидая насиженное место.
Виктор нажал сильнее, и ящик грохнулся на землю, с пустым звоном ударился об асфальт, отскочил и опустился на ногу Смолову.
– Твою мать, - заорал Виктор, хватаясь за ушибленную конечность, и отчетливо различил женский крик.
– Ах ты сволочь, наркоман проклятый. Цезарь, чужой!
С полными ужаса глазами Смолов обернулся ожидая столкнуться нос к носу с кавказской овчаркой, или в лучшем случае с откормленным ротвейлером, несущимся исполнить приказание хозяйки. Черный пудель с императорским именем оказался не таким страшным. Оглашая улицу противным лаем, он ухватил Виктора за штанину, и с грозным рычанием потянул ее на себя.
– Брось ящик, скотина, - орала толстуха лет пятидесяти, хозяйка пуделя.
– Пошел вон, - ругался Виктор, - заберите своего пса, пока я его не пришиб.
– Виктор говорил тихо, стараясь не привлекать внимания.
– Услышав угрозы незнакомого мужика, который в наглую собирался утащить их почтовый ящик, толстуха завопила.
– Помогите, воры, вызовите милицию.
– Жирная псина вторила своей хозяйке. Не выпуская штанину Смолова, пудель продолжал рычать, изредка переходя на визг.
– Виктор оказался в смешной ситуации.
– Он пытался добежать до своей БМВ, таща почтовый ящик в руках, а злобного пуделя на ноге. Толстуха продолжала визжать, но приближаться к "наркоману" боялась, перепоручив сие важное дело своему четвероногому охраннику.
Люди начали выглядывать из окон, улыбаться, подбадривать своими криками кто толстуху, кто пуделя, кто незадачливого вора.
– Рви его, рви!
– Давай, толстая, помоги собаке, дай ему справа.
– Засунь пуделя в ящик и отправь на мыловарню.
Каждый местный житель стремился бросить свою колкость в общую копилку, но никто не вышел помочь женщине отстоять почтовый ящик, которым пользовался каждый из кричавших. Такая хуторянская психология спасла Смолова. Если бы кто-то оперативно вызвал наряд милиции, а пару здоровых мужчин помогли пуделю, Виктор мог бы не отделаться легким испугом, а оказаться в отделении на радость правоохранительным органам.
Он благодарил бога, что Профессор выбрал почтовый ящик в относительно безлюдном месте. Что бы с ним сделали в районе многоэтажек?
Он кое-как дотащился до своей машины, резко рванул ногу и к удивлению зевак сел в роскошную иномарку. Пудель, куском испорченных брюк в зубах, кинулся к своей хозяйке, виляя хвостом и хвастаясь завоеванным трофеем.
Под свист и улюлюканье зрителей, собравшихся посмотреть бесплатное представление, Виктор газанул и пулей вылетел из проклятого места. На соседнем сидении лежал утешительный приз: синий, толстобокий почтовый ящик, мэйд ин ЮССР.
Профессор задержал взгляд на разорванной в лохмотья штанине своего нанимателя, но вопросов задавать не стал. Он любовно погладил ящик и пригласил Виктора войти в дом.
Они присели на просторной кухне, и по обоюдному соглашению Крылов налил две рюмки коньяка.
– Владимир Сергеевич, я должен знать все детали нашего плана, вы же понимаете.
– Профессор пригладил бороду.
– Понимаю, Витя, вы человек подневольный, надо доложить начальству.
– Что вы, я сам себе хозяин !
– Поспешность, с которой Смолов бросился опровергать предположение Профессора, выдала его с головой.
– Да вы не нервничайте, меня совершенно не интересует этот аспект наших отношений. Я делаю работу, вы за нее платите. Кто за вами стоит, для меня значения не имеет. Я прежде всего творец, художник в какой-то степени.
– И завтра из-за твоих художеств весь центр города будет заляпан красным, - подумал Виктор.
– Так что там с планом?
– Ему откровенно не нравился надменный ученый, но волей-неволей приходилось общаться.
– План простой. Я нашпигую этот ящик взрывчаткой, которая уничтожит все в радиусе тридцати метров в направлении взрыва, а стена дома, на которой мы ее закрепим, даже не пострадает. Это высший пилотаж направленных взрывов. Через два с половиной часа все будет готово. Потом вы отвезете ящик и закрепите его возле гастронома, на том месте, которое я показал. Детонатор будет у меня и завтра я займу позицию в кафе Огонек. Если вы не забыли, это двухэтажное здание невдалеке от гастронома. Когда эскорт подъедет к цели, я просто прикурю сигарету, и в этот самый момент Президента не станет. Не правда ли, очень просто?
– А случайные жертвы, их будет много? Неожиданно для самого себя поинтересовался Виктор.
– Не думаю. Окружение Президента и несколько человек из оцепления. Вряд ли прохожим позволят стоять на тротуарах и глазеть, мы же не в Америке времен Джона Кеннеди и бедняги Освальда. А почему это вас интересует?
– Виктор не ожидал такого вопроса, и не нашелся, что ответить. Вместо этого он начал искать в плане слабые места.
– Но ведь ящик, который неожиданно появился на этом месте за одну ночь, может привлечь внимание.
– Смолов знал что ответит Профессор. Он убеждался, что план на самом деле великолепен.