Чтение онлайн

— Ого! А можно мне, трицикл? Красный?

— Давай на одном поедем?

— Ну, щас! — Игорь тряхнул головой, давая понять, что такой вариант его категорически не устраивает. — Чтоб ты ко мне всю дорогу прижимался?

Яша нахмурился, а когда морщины на его лбу разгладились, рядом с квадроциклом стоял трицикл. Красный. Яша устало вздохнул и присел на землю. Игорь придирчиво осмотрел предназначавшееся ему транспортное средство.

— Конечно! Как себе — так "Ямаха", а как мне — так самоделка из "Урала"!

— Не муди, а? Какие видел когда-то, такие и сделал. И учти, что трицикл я видел только черный. А сделал — красный. Знаешь, как это трудно?

— Ладно, извини. Погнали?!

Мотоагрегаты, оставляя за собой синеватые шлейфы выхлопных газов, резво мчались как через бетонное крошево, так и через овраги, ржавые рельсы и широкие ручьи. Игорь получал огромное удовольствие, прыгая на своем трицикле через поваленные деревья, шпалы, какие-то неопознаваемые обломки. Ему ужасно нравился этот кросс в развалинах, особенно то, что совершенно не надо было думать о сохранности движка или подвески. Сломаются, так Яша новый трицикл сделает. Друзья выехали на трассу. Пробираться между обгорелыми остовами фур и легковушек, быстро надоело. А когда дорогу перегородил развороченный фюзеляж самолета, Игорь свернул и не останавливаясь метнул серебисто-синюю струйку магии в сдвоенную железную полосу дорожного ограждения. Металл лопнул и скрутился в подобие усов немецкого философа. Это сравнение мелькнуло в голове у Игоря, и немного его удивило, так как поклонником этого философа он отнюдь не был и даже за философа-то, не держал. Считал околофашистским задротом и мозгососом. Игорь вообще полагал, что путные философы были только в древней Греции, а все кто называл себя так позднее, — обычные дармоеды, склонные поумствовать. Такая жизненная позиция была ему близка, но приязни к этим "коллегам" он все равно не испытывал. К китайским философам он относился с некоторой симпатией, но только к тем, что жили до Конфуция. Самого Конфуция, Игорь терпеть не мог за навязывание гражданам внутренней несвободы, а всех кто жил позже, полагал подверженными конфуцианскому влиянию, а стало быть, интеллектуально не дееспособными. Впрочем, одну мысль Конфуция, Игорь любил с детства: "Увидишь учителя, — убей его".

Все это прошелестело в Игоревом мозгу, но где-то очень с краю. Большую часть разума он сейчас уделял созерцанию окрестностей и теплому отношению к ним. Для восхищения пейзаж был слабоват, но вполне достаточен для искренней улыбки. Немного меньше внимания он уделял высматриванию кого-нибудь живого и двуногого и совсем чуть-чуть — управлению трициклом. Поле, по которому они с Яшей мчались, было достаточно ровным, опасности перевернуться или врезаться не было ни малейшей. Солнце грело, но не жгло, облака украшали небо, а не грозились дождем.

С поля свернули в лес, на подзаросшую дорогу. Игорь держался впереди. Его трицикл легко подминал тонкий подрост, но иногда, ветки проносившихся мимо тонких рябин и березок, пребольно хлестали по лицу и рукам. Игорь остановился и попросил у Яшы шлем. Яша сделал два.

Лес вскоре кончился и началась гарь. До самого горизонта расстилалась чуть холмистая пустошь, покрытая мелким бетонным щебнем, битым кирпичом и стеклом. Не было никаких крупных остатков строений, только отдельные обрезки толстых, покрытых сажей труб и куски бетонных колец, черные от копоти.

Границей пустоши служила река. Широкая и слишком глубокая, чтобы можно было переправиться вброд. Друзья немного попрепирались. Яша хотел сделать бензопилу и веревку, с тем, чтобы Игорь спилил росшие на берегу реки ивы. Потом они связали бы плот и переправились на нем, вместе с транспортом. Игорь не соглашался, утверждая, что это будет нарушением их давнего решения: не делать руками того, что можно сделать с помощью волшебства.

— Не помню такого договора! А тебе просто лень! — не выдержал Яша.

— Да. — не моргнув глазом согласился Игорь. — Но я все равно прав.

Сговорились на том, что Яша сделал большой надувной плот. Он решил было, мстительно создать его не надутым и предоставить Игорю накачивать баллоны велосипедным насосом. Но поступать так, конечно, не стал.

Плот был тяжелым из-за досчатого настила и груза и слишком вертким из-за высокого центра тяжести, а течение быстрым. Крепление для мотора Яша не предусмотрел и им пришлось изрядно поворочать шестами и веслами.

На том берегу, когда транспорт был выгружен, плот оттащен в кусты, а ближайшие окрестности проверены на предмет нехороших людей, друзья повалились в траву. Повалявшись и высосав сделанную Яшей банку кока-колы, Игорь встал и потянулся.

— Давай, сразу дальше не поедем. Что-то спину ломит от этих трясучек. И руки дрожат.

— Угу. — Яша лежал закинув руки за голову и зажмурившись. Ответил он сонно, явно не стремясь немедленно вскочить и продолжить путь.

Размявшись, Игорь снова улегся. По примеру друга, он закинул руки за голову и прикрыл глаза.

— Игорь!

— А?

— Чего ты расслабился-то? Всю дорогу озирался, а тут вдруг разлегся и спать собрался.

Игорь открыл глаза и увидел, что его друг лежит на боку, опираясь на локоть и смотрит на него.

— Ну, я же тоже, должен иметь некий гражданский отдых. А озирался потому, что мало ли что. Щас вообще, спать буду.

Но спать как-то не хотелось. И ехать, тоже.

— Что, друзья-то эти, которые за частоколом живут, злые?

Яша, усмотревший в безобидных словах Игоря снобизм и презрение, сделал ему выговор.

— В конце концов, это и наша вина, что они живут так, как живут.

— Да уж, прям! — от возмущения Игорь сел и свирепо уставился на Яшу. — Вот только давай, без этого толстовства! Наша вина, мы в ответе за тех…

— Во-первых, про "в ответе за тех", это не Толстой, а Экзюпери. А во вторых, да. Наша.

— Нет, не наша! Мы их не трогали! Вот мы — лично. И даже наоборот, защищали и помогали!

Яша оставался спокоен и в отличии от Игоря, не горячился.

— Мало помогали. И защищали недостаточно.

— Мы ж пытались! И многое сделали! Так что, кончай эту панихиду!

— Да в любой момент. Это ж ты начал.

— Нет, ты!

— Ну, вдарь мне!

Игорь вскочил на ноги, с лицом искаженным от гнева, но ничего не сделав, снова сел и рассмеялся.

— Тебе вдаришь! Пока я буду собираться с духом, чтобы тебя стукнуть, ты сделаешь кирпич. Причем у меня над головой. Или рояль, как в мультиках.

— Нет! — Яша тоже развеселился — Так, я пока не умею. Хотя, надо попробовать.

Он сосредоточился и в воздухе, высоко над Игорем, возник теннисный мячик. Но не над головой, а чуть сбоку.

— Вот видишь, не выходит.

— Наблатыкаешься!

Пока мячик падал, Игорь успел подставить ладонь и поймать его. Повертел перед глазами и зашвырнул далеко в реку.

— Поехали. — Игорь встал и, протянув руку Яше, поставил его на ноги.

Садясь в седло, Яша махнул рукой в сторону видневшегося вдалеке ЛЭПа. — Нам туда. А там, должен быть приметный сарай, от него по просеке в лес.

Сарай был и вправду приметный. Красный. А внутри сарая ничего интересного не было, так что ничем иным, кроме как ориентиром он не служил.