Чтение онлайн

– А ты здесь давно?

– Кажется я уже говорила тебе… Разве нет?

– Не помню. Бой выдался не из легких, – я почесал затылок.

– Лет десять. Я перестала считать после того, как в последний раз разговаривала с дочерью по телефону.

– Телефону? Здесь есть телефон?

Она подозрительно посмотрела на меня.

– Ну да. У королевы есть телефон, телевизор и интернет. Они нужны для связи с внешним миром.

«Рабыня королевы, не самый плохой вариант», – подумал я. Доступ ко всему, что может пригодиться при побеге есть только у королевы.

– Я хотела сказать тебе спасибо… Ты же из-за меня вляпалась в это дерьмо. Я знаю, что для орка обречь себя на рабство хуже смерти. Мне очень жаль.

Да что они все об этом рабстве? Чего я не знаю?

– Помоги мне убежать отсюда и будем считать, что мы в расчете, – сказал я и протянул эльфийке широкую ладонь Сенны.

Она немного помедлила и пожала мне руку в ответ.

– Для начала мне нужно найти подстилку для королевы. Поможешь?

Эльфийка задумалась.

– Пойдем. Я проведу тебе экскурсию, а заодно решим твою задачу.

Мы вернулись в тюремный блок и встали у самого выхода.

– Вся тюрьма поделена на четыре блока. Здесь есть свои банды. Видишь лысую гномиху с татуировкой на лице? – спросила эльфийка. Я кивнул. – Это Вильгинья. Все гномы держаться ее. Публичный дом тоже принадлежит ей.

– Здесь есть публичный дом? – удивился я.

– Последние три камеры на третьем уровне.

– А почему королева не пойдет туда сама и не возьмет то, что ей нужно?

– Королева не хочет платить за секс. А гномы просто так ничего не делают. Она королева, а не Богиня. Лучше начать оттуда.

Мы медленно начали подниматься по лестнице.

– Видишь гоблиншу с розовым ирокезом, вокруг которой собрались другие гоблины?

– Ну?

– Ее зовут Райни. Она главная в банде гоблинов. Через них можно достать травку и любое пойло. Но и денег они запросят немало. Вообще они из второго блока. Пришли только посмотреть на бой за трон.

Похоже я был прав, когда предположил, что Сенна могла стать королевой этого Богами забытого места.

– Орки?

– Они слушают рэп и все время качаются. Толку от них будет мало. Только если кого-нибудь грохнуть. Безрукая Тильда у них главная. Они сами из третьего блока.

– А в четвертом блоке тусуются все остальные? – спросил я, потому что мы уже подходили к публичному дому.

– Там три банды. Эльфы, белые и черные люди. Он считается самым спокойным. Я тоже оттуда, – она остановила меня и протянула сверток. – Пришли. У меня есть несколько темных купюр. Считай это моей благодарностью за спасение. Сними девчонку и ублажи королеву. А мне пора.

Видимо, от чего я спас эту эльфийку и зачем это сделал, мне еще предстояло узнать. Теперь же я стоял у входа в тюремную камеру, занавешенную белой давно нестиранной простыней.

– Мне нужна девочка, – сказал я орчихе-вышибале.

– Рабыня ничего не получит, – огрызнулась она и плюнула мне в лицо.

Неприятно. Я чувствовал, как слюна катится по моей щеке. Кажется здесь мне ничего не светит…

– Но рабыня сама станет шлюхой, – добавила она и приставила к моему горлу меч.

Начинается…

Холодная сталь касалась горла Сенны и, кажется, орчиха с мечом в руках была настроена решительно.

– Разберусь с тобой и поймаю ту сучку, с которой ты разговаривала! Теперь она тоже женщина без имени! – пробарабанила вышибала.

Мне, в теле Сенны, терять уже было нечего. Похоже, что «рабыня» – это клеймо на всю жизнь. А вот накаченную эльфийку я еще мог спасти.

Я поставил на пути меча железные наручи, которые были на моих запястьях и убрал свою шею с пути клинка. Затем сильно размахнулся и вмазал орчихе ногой в живот. Тело Сенны как будто само помогало выполнять некоторые движения – настолько оно было заточено на то, чтобы отвешивать кому-нибудь тумаков.

Затем я вырвал меч из рук сбитой с толку вышибалы и теперь наставил на нее.

– Кто сейчас рабыня, сраная сучка? – заявил я, а сердце в груди бешено колотилось. – Я принес деньги и пришел за товаром. Кажется это всегда так работает?

Орчиха смотрела на меня с колен презрительным взглядом и не отвечала. Видимо из-за разговора со мной она тоже не хотела стать женщиной без имени.

– Говори! – приказал я ей и прикоснулся остриём к ее груди.

Я ожидал в этот момент чего угодно, но только не того, что лысая на всю голову вышибала засмеется.

– Ты чего ржешь? – возмутился я. Пощады не было места в этих стенах. Это я уже понял.

– Ты не убьешь меня, рабыня, – ответила наконец она, все еще стоя на коленях. – Узник, однажды сдавшийся, больше не имеет права убивать.

Орчиха скалилась и показывала свои огромные желтые зубы.

– Да? – отозвался я. – Если придется, я не поведу и глазом.

Заключенные, которые прежде шастали вокруг или просто занимались своими делами внутри камер, сейчас обступили нас и с интересом наблюдали, что произойдет дальше.

– Давай! Попробуй! – вышибала разорвала тюремную форму на груди и ребрами уткнулась в острие.

Столпившиеся вокруг вздохнули единым организмом.

Да что, блять, произойдет, если рабыня убьет кого-то?

– У тебя ровно три секунды, чтобы сделать то, что узник никогда не должен делать. А дальше я встану и вырву твои кишки. Потом растяну их по всему третьему этажу и буду сушить на них свои трусы. Раз…

Всегда ненавидел принимать решения спонтанно, но эта зеленая громила просто не оставляла выбора.

– Два…

Ну давай, Квист. Сенна бы проткнула нутро этой орчихи и ее даже не мучала бы совесть. Просто сделай это. Вот бы на мне был тот амулет, тогда вонять изо рта этой вышибалы давно бы перестало.

– Три! – она начала подниматься с колен.

В этот момент кто-то выскочил у меня из-за спины, схватил меч и проткнул насквозь унижающую меня орчиху. Это была та эльфийка.

Народ вокруг тут же окружил ее и завопил:

– Смерти! Смерти! Смерти!

Кажется, моя единственная подруга вляпалась похуже меня. Теперь всем было плевать на рабыню. Эльфийка стояла в центре обступивших ее заключённых с окровавленным мечом в руках, а у ее ног лежала убитая вышибала.