Чтение онлайн

– В-веры Родионовны здесь нет, - выпалил.

Хозяин только хмыкнул.

– Я знаю. Она у Марты, - он подошел к лежащей на кровати женщине. – Не лечил еще? – Склонился он над ней.

– Нет, - я быстро помотал головой так, что чуть шею себе не открутил.

– Надо же, пока без сознания, они меня не боятся, - усмехнулся он.

– Они не могут, - развел я руками.

– Оно и понятно, - он отошел от кровати и подошел к столу, где я работал. – Рука?

– Вера Родионовна разрешила разработать, - оправдался я на такое обвинение.

– Много она тебе разрешает, - вздохнул он и повернулся ко мне. Я заставил себя стоять на месте, иначе просто убежал бы от ужаса. – Захару на создание отдашь. И никаких экспериментов. Мы не знаем этих людей, не знаем, останутся ли они здесь жить, не знаем, кто они такие и чего хотели, когда ехали сюда. Поэтому, когда пациентка проснется, ты должен позвать кого-то… более вменяемого.

– Я обязательно позову Алису или Марту Мироновну, - я тоже уже про это думал.

– Антона позовешь, если она проснется ночью. Незачем только что родивших женщин дергать, - Хозяин прищурился.

– Позову Антона, - вытянулся я в струнку.

Николай Николаевич хмыкнул и вышел из палаты. Я же медленно опустился на стул и рукавом вытер со лба холодный пот. Господи, да какого черта я так реагирую каждый раз. Наверное, это потому, что он может убить меня одним ударом. Я же еще не до конца отошел от прошлого раза.

В углу пропищал анализатор. Пришлось отвлечься и просмотреть данные. Да, это определенно рак. Не страшно. Сейчас поставлю капельницу и организм сам включится. А я пока другие параметры изучу.

– Привет, - отвлек меня новый гость в палате. Кажется, это место начинает превращаться в проходной двор.

Алиса, видимо, осталась сегодня на дежурстве, потому и появилась здесь с проверкой.

– Угу, - я влил препарат в физраствор и поставил среднюю скорость вливания. – Что-то снова случилось?

– Нет. Зашла сказать, что её отец, - она кивнула на пациентку, - сейчас спит. Проснется утром. Я велела медсестрам проверять его каждый час, и если что-то случится, они прибегут к тебе.

– Хорошо, - кивнул я и проверил показатели на мониторе. Пока организм этой Пчелкиной Лиры хорошо реагировал на вводимый аппарат. Надеюсь, что и в дальнейшем проблем не будет. – Это все? – Обернулся я к Алисе, которая так и осталась стоять в палате.

– Клавка сказала, что это соседи Валерия. Может быть, стоит его пригласить, когда они проснутся? Наверное, все же психологически легче перенести, когда в неизвестном месте есть хоть кто-то знакомый, - неуверенно сказала она.

Я вздохнул и пожал плечами.

– Я позвоню Клавке, когда пациентка начнет подавать хоть какие-то признаки жизни, согласился.

А какой у меня был выбор?

Когда Алиса ушла, я снова сел за работу. Нужно было продумать работу каждого механизма. Надо будет Захару позвонить, чтобы он разработал программу для механической кисти.

О, кстати! Я поднялся с места и отправился рассматривать неповрежденную руку. И как я раньше не додумался ее измерить? Блин, теперь все параметры надо будет менять. Но это не страшно, потому что программа сама все посчитает.

Подумав, я покосился на механическую пчелу, которая лежала здесь на подоконнике. Наверное, Вера Родионовна оставила. Лапки, крылья, глазки-камеры. Все было как бы списано с нормальной пчелы. И летали они примерно так же, и скорость была той же. Я перевел взгляд на чертеж. Ведь здесь надо будет сделать то же самое. Нужно практически создать прототип живой плоти. Ладно, и не такое приходилось рассчитывать.

Лира

Мне снилась какая-то несусветная муть. Меня то периодически куда-то несли, потом везли, потом мне было страшно, но я даже пошевелиться не могла. При этом я совершенно не чувствовала боли. Это было так странно, что я проснулась. Вот только глаза открыть не смогла, потому что на лице была какая-то повязка.

– Что ты с ней сделал? – Услышала я голос откуда-то справа.

– Клав, ну чего ты как…. Ничего я с ней не делал, - отозвался совершенно точно мужской тембр. Меня абсолютно точно обсуждали мужчина и женщина.

– А чего она уже неделю целую спит? – Спросил третий голос… смутно знакомый.

– Организм очень сильно истощен. Лекарство действует мягко и безболезненно. Я все параметры перепроверил, - ответил мужчина.

Я облизнула губы и попыталась сказать хоть что-то, но голос меня не слушался.

– Пить, - едва выговорила. Тяжелый распухший язык отказывался меня слушаться.

На пару секунд вокруг меня возникла тишина.

– Вот, - мою голову приподняли и стакан уперся в губы. – Пей, это восстанавливающий отвар.

Я согласно промычала и жадно принялась за напиток, отлично утоляющий жажду. Когда отвар в стакане закончился, мою голову снова опустили на подушку.

– Никогда не видела, чтобы ты с кем-то так возился, - хмыкнул женский голос.

Мой мозг пытался понять хоть что-то. Где я? Что вообще происходит? Кто рядом со мной?

– Лира, ты меня помнишь? – Этот голос я совершенно точно уже где-то слышала.
– Я Валерий Семенович Совушкин. Тебя привезли сюда на лечение.

Точно! Вспомнила. Папа вез меня в загадочное место, где меня могут вылечить, и мы… попали в аварию.

– Папа? – Прохрипела в панике.

– Блин, Валер, отойди, - судя по звуку, женщина отпихнула от меня мужчин. – Лира, ваш отец жив. Он в сознании, мы его сейчас тоже лечим. Сердце у него ни к черту, но мы все восстановим.

О, господи! Папа жив. Рот у меня сам собой скривился, и я заплакала от облегчения.

– Тихо-тихо, - услышала я голос Валерия Семеновича. – Все хорошо. Вы живы, вас вылечат, все будет замечательно. А теперь делаем глубокий вдох и успокаиваемся.

Я непроизвольно сделала этот вдох и действительно мне стало гораздо легче.