Механические птицы не поют
Шрифт:
— Что?! Меня нашли?! — прошептала она, дернувшись из-под его руки.
— Нет, милая, на нас просто напали, — обнадеживающе ответил Уолтер. — Пойдем.
Они вышли в коридор, уже заполнившийся пассажирами. Стюарды стояли в начале, в середине и в конце коридора, давая указания пассажирам.
Стюард, высокий молодой человек с совершенно непроницаемым лицом тут же обратился к Уолтеру:
— Герр, вы будете защищать корабль?
Уолтер кивнул. Эльстер сжала его запястье ледяными пальцами и испуганно прижалась к плечу.
— А если тебя убьют?!
— Все будет в порядке, — пообещал он ей. — Куда пройти фройляйн?
— Женщины, дети и мужчины, не желающие участвовать в схватке, будут заперты в курительных комнатах. Фройляйн, пройдите к выходу, вас проводят.
Эльстер с трудом разжала пальцы и медленно пошла к выходу, часто оборачиваясь, словно надеясь, что Уолтер передумает.
— Герр, вы будете защищать корабль?..
Уолтер не стал дожидаться ответа бледного юноши, вышедшего с маленькой девочкой на руках.
— Где оружейная? — спросил он у второго стюарда, только что отправившего к выходу пожилую леди.
— Пройдите в столовую, оружие вынесут туда, там же объяснят ситуацию, — холодно отозвался он. — Герр, вы будете…
В столовой собрались полтора десятка пассажиров и два десятка членов экипажа. Уолтер увидел Томаса, задумчиво разглядывающего разложенное на столах оружие, и подошел к нему.
— Мы зря обещали Бекке, что ей ничего не угрожает? — криво усмехнулся Уолтер.
— Железо — дрянь, — тоскливо сказал Томас. — Чудо, что оно еще насквозь не проржавело. Чем вы фехтуете? Надеюсь, не рапирой?
— Много чем, — уклончиво ответил Уолтер, взвешивая в руке фальшион.
Клинок со свистом рассек воздух и Уолтер, вздохнув, положил его обратно.
— Фальшион для вас не слишком массивен?
— Фальшион для меня слишком не отбалансирован… не вижу сабель… проклятье, лишь бы это были какие-нибудь идиоты на сдувающемся мягком дирижабле!
— Я бы не рассчитывал. Вот сабля в приличном состоянии, — сказал Томас, протягивая Уолтеру клинок.
Сам Томас предпочел кутласс, короче и тяжелее сабли и более удобный для схватки в узком коридоре.
— Кто на нас напал-то?
— Сейчас капитан придет и наконец-то нас просветит. Каждый раз одно и то же, что такое! Неужели никак нельзя избавить нас от этой нечисти раз и навсегда?! — вдруг раздраженно отозвался полный мужчина с вислыми усами.
— Увы, — просто ответил Томас. — Скажите спасибо, что здесь не море, в котором кроме пиратов полно левиафанов.
— За поездами — будущее, — глубокомысленно отозвался мужчина, вешая на пояс пятый по счету нож.
— Изобретете поезд, ездящий по воде — напишите мне. К чему вам столько ножей?! — спросил Уолтер, глядя, как он пихает за пазуху шестой.
— Они ломаются, — кровожадно усмехнулся он.
Капитана и чародея Уолтер узнал сразу. Как он помнил из инструктажа перед полетом, капитана звали Фредерих, а чародея — О`Шейли. Капитаном оказался пожилой мужчина в темно-синем кителе. Его лицо было густо усыпано веснушками, и на их фоне только сильнее подчеркивало смертельную бледность. Чародей выглядел так, будто его привезли прямиком с фермы — простое, широкое лицо, явно не раз сломанный нос-картошка. Черный комбинезон из грубой ткани только усугублял сходство с фермером.
— Господа, — обратился к собравшимся капитан, — вам нужно подняться на смотровую палубу и лично увидеть противника. Признаться, мы в некотором замешательстве.
Поднявшись вместе с остальными по короткой винтовой лестнице, Уолтер оказался в просторном помещении, полном белоснежного дневного света.
— По левому борту, господа, — сказал капитан, указывая на окна.
— Томас, вы такое видели?
— Никогда, — ответил он, и Уолтер не услышал в его голосе ни одной эмоции.
Корабль приближался медленно. Внешне он напоминал узкую и длинную гондолу обычного дирижабля старого образца. Но было два существенных отличия — вдоль бортов корабля располагался с десяток «плавников», похожих на те крылья летательных аппаратов, что видел Уолтер на Альбионе, и над гондолой ничего не было.
— Как он летит? — ошеломленно спросил стоящий рядом молодой человек. Уолтер узнал своего соседа.
— Мы не знаем, господа, — холодно ответил капитан. — Мы нашли способ отпугивать пиратов еще на подходе — герр О`Шейли искусно обращается с воздушными потоками. Он либо вызывает достаточной силы боковой ветер, либо просто помогал воспламеняющемуся снаряду попасть в цель.
Уолтер мало знал о магии, но знал, что существует множество школ, деление на которые было скорее вопросом национальности, потому что каждый чародей колдовал по-своему. Магия была силой, которую так и не удалось изучить. Точно было известно только одно — она деструктивна и подвластна немногим. И «немногие» почти всегда оказывались боевыми магами. Исследователи объясняли это тесной связью с определенными особенностями человеческой натуры, необходимыми для колдовства. Клирики давали ответ куда проще: сон Спящего, как и всякий сон, может быть абсурден и не все в нем поддается осмыслению. Исследователей это, конечно, не останавливало.
Но сейчас никакого значения не имело, почему на других дирижаблях не пользуются способами герра О`Шейли. Имело значение только то, что эти способы бесполезны.
Корабль приближался, похожий на огромную, неуклюжую рыбу, плывущую прямо в воздухе.
— Наша радистка пытается связаться с ними… Они молчат. Не выдвигают условий.
— Значит, будет бой, — просто сказал Томас.
— А герр О`Шейли не может сдуть от нас эту штуку? — спросил кто-то из пассажиров.
— Увы, форма судна такова, что не представляется возможным…
— А кроме как работать вентилятором герр О`Шейли что-нибудь умеет? — раздался неприязненный голос.
— Послушайте, я лучший чародей, которого могло нанять воздушное судно! Кто же знал, что кто-то научится взлетать без мешка с газом?!
«А если я и правда умру — что станет с Эльстер? Останется на Альбионе? Что ее там ждет, кроме Нижних Кварталов?» — подумал Уолтер.
Он не боялся смерти. Каждый сон когда-нибудь заканчивается, и небытие, в которое уходят сны, не может пугать, ведь в нем нет никаких чувств. Но Эльстер, которой он обещал помочь, ждет сейчас в комнате для курения, и она должна его дождаться.
— А мы можем попытаться уйти? — спросил Уолтер.
— Мы подставим им спину, герр. Видите ли, над нами как раз есть баллон с газом, делающий нас уязвимыми.
Корабль подошел почти вплотную. Уолтер увидел, как на его бортовых экранах медленно появляется изображение.
— Надо же. Господа, если мы продадим весь корабль — у нас наберется такая сумма? — усмехнулся Томас.
— Выведите на экран «изумруд», — скомандовал капитан в небольшой микрофон в петлице кителя.
Четыре темно-зеленые полосы — переговоры.