Механический дракон
Шрифт:
– Понимаешь, изначально мне показалось, что я дракон войны, – Флемет от услышанной версии ощутимо побледнела. – Что? Глупее ничего не мог сказать?
– Я таковым себя ощущал. Да и черная чешуя сильно резонировала с Радикале.
– Черная? – Задумчиво произнесла Флемет. – Странно.
– А что тебя смутило в версии дракона войны?
– То, что если ты им действительно являешься, то этому миру осталось недолго. Последний такой "умник" смог развязать войну между людьми и эльфами и положить в могилу больше половины населения Тедаса. Не самое приятное приобретение для нашего и без того не очень многочисленного племени.
– Почему? Могущественный вариант.
– Конечно, только если люди об этом узнают, то приложат все усилия к его уничтожению. А заодно и всех нас. Кроме того, сказанное тобой не похоже на дракона войны. Там другая энергетика. Он вспыльчив и несдержан. А ты… ты другой. Понимаешь, в тебе тоже очень много энергии и силы, только она какая-то тяжелая и непонятная. Совсем непонятно. Смотришь на тебя и ничего не понимаешь. Для меня это чудно и непривычно, особенно помня о том, сколько сил я потратила, собирая тебя после битве при Остагаре. Ты какой-то стал непрозрачный.
– А какой дракон ты? Как я понимаю, что Флемет, что Аша"беленар – это всего лишь прикрытия.
– Ты верно понимаешь.
– Тогда кто?
– А ты как думаешь? – Флемет улыбнулась.
– Давай посвятим наше невеликое время другим делам. Назови себя.
– Не поверишь – я посвящена исцелению. Впрочем, способность лечить других, всегда можно повернуть и для их ускоренного умерщвления. – Улыбнулась Флемет. – Однако без этой способности тебя было бы не восстановить.
– Это очень любопытно! – Дален оживился. – Ты изначально знала, что я гость?
– Нет. Но сразу заинтересовалась странным человеком. Ты ведь чрезвычайно необычно дебютировал. Мы все, оставшиеся в живых драконы, с огромным любопытством обсуждали ту битву и твое заклинание. Да, да, мы все после полноценной инициализации имеем между собой телепатическую связь, которая позволяет нам свободно общаться на любом расстоянии.
– И как совершить эту инициализацию? Кстати, кроме телепатической связи, что еще даст инициализация?
– У тебя начнут развиваться способности, приобретенные при рождении.
– Что нужно делать?
– Хм. – Флемет подошла к нему. – Пойдем. Нам нужно отойти подальше в темноту и обратиться в драконов.
Они отъехали в глубину внутренних земель Ферелдена под предлогом проверки постов, что обеспечивали определенный периметр, но на полпути свернули, тем более что ночь стояла довольно темная.
В паре миль от дороги, привязав своих бронто к крепким дубам, Дален и Флемет сошли на землю и, раздевшись, пошли дальше – на облюбованную в паре сотне шагов большую поляну, что не так давно выкосили жители Лотеринга.
Обернувшись один за другим, они взлетели и устремились в ночное небо, практически лишенное звезд. Впрочем, драконам это не мешало – видели они все потрясающе хорошо даже в сплошной темноте.
Он летел и ничего не понимал. Флемет или как ее по-настоящему зовут, сразу стала плести какие-то странные чары совершенно непонятного характера. Они затягивали, погружали его в какие-то чудные потоки, отрешая его от реального мира. Прошло каких-то несколько минут, и Дален полностью отключился, механически повторяя виражи "ведущего". Еще несколько мгновений и включилось нечто непонятное и необъяснимое. В него ударил поток света, несущий в себе сгущенную, концентрированную информацию, стремящуюся его разорвать от дичайшего ее объема. Прошло еще несколько секунд, и он потерял сознание, буквально захлебнувшись в этом океане свет, что пытался ворваться в него.
– Ты как? – Первое что услышал Дален после какой-то слишком уж звенящей пустоты, что его окружала. Он открыл глаза. Перед ним стояла Флемет в своем настоящем облике и внимательно разглядывала. Он попытался ответить, но вместо этого получилось издать только леденящий кровь крик. – Отвечай мысленно. Мы теперь слышим друг друга.
– Вот так? – Подумал Дален, представив в своем воображении лицо Флемет и, как будто бы, обращаясь к ней.
– Да, – ответил представляемый им образ. – Теперь ты по-настоящему один из нас. – Дракониха довольно проурчала.
– Это потрясающе. А что, я теперь простых людей тоже так видеть, как ты смогу?
– Нет. Подобная способность есть далеко не у всех. Даже не у всех драконов.
– Печально.
– Отнюдь. Поверь мне, это не самое приятное качество.
– А откуда ты знаешь, что у меня его нет?
– Ты бы не стал задавать вопросов. Там весьма интересное восприятие живых существ. Всех без исключения. Это ни с чем не спутаешь.
– Ну и демон с ней, с этой способностью.
– Кто ты? – С особой важностью произнесла Флемет. – Каков твой путь? Прислушайся к себе.
Дален закрыл глаза и расслабился. Ощущения были непередаваемые и ни с чем несравнимые. Как будто за минувшие часы его наполнила целая Вселенная. И эта внутренняя тишина, которая не отвлекала глупыми вопросами и размышлениями, так умиротворяла.
– Попробуй почувствовать, к чему тебя тянет. Ощути свои желания. – Прозвучал откуда-то издалека голос Флемет.
И он почувствовал. Точнее, потянувшись подсознательно к чему-то приятному, был поглощен диким потоком воспоминаний его обеих прошлых жизней. Минут десять его трясло всем гигантским телом, а изо рта шла пена пока все, наконец, не кончилось. Ему вдруг почудилось, что он снова маленький ребенок – Артемка, сидящий с горящими глазами перед телевизором по которому показывали старый советский фильм "Александр Пархоменко". Точнее даже не его, а знаменитый фрагмент с песней "Ты ждешь Лизавета".
"Что за чертовщина?" – Подумал Дален. "Неужели вот эта песня и есть мое предназначение? И как его понимать?"
– Это будет то, что спрятано где-то в самой глубине тебя, – донеслось откуда-то издалека.
Дален задумался, наблюдая за собой же в воспоминаниях, которые, вместо того, чтобы снова нестись безудержным потоком остановились и зафиксировались на этом совершенно непонятном ему эпизоде. "Почему? Что во всем этом такого?"
Спустя минут двадцать, на большой грунтовой дороге, ведущей в Лотеринг со стороны внутренних владений Ферелдена.
– Не понимаю, – донесся до Далена телепатический шепот Флемет. – Как такое вообще возможно?
– Говорю же, нет у меня никакого предназначения. Я, видимо, перегорел за минувшие жизни.
– Так не бывает. Любой дракон имеет какой-то особенный талант, по которому его и именуют. Ты изменился. Сильно. Можно сказать, что рядом едет совершенно непонятная и незнакомая мне личность.
– Флемет, пойми, я не ощутил ничего. А тот эпизод, когда поток воспоминаний остановился, просто не понимаю. Чего ради мне было его смотреть? Что я смог вынести из той песни?