Чтение онлайн

Теперь слово было за семеркой Вестников. Они, в отличие от магов, не нуждались во внутреннем голосовании, потому что ответ у них всегда был на всех один.

– «Против». – Как и тогда давно, они сказали это все хором и одновременно, но, похоже, тут всем на это было плевать. Да и не удивительно, раз вместе заседают тысячи лет. Спорить было бесполезно, глупо и попросту неуважительно, так что Лаз молчал.

Следующими высказывались Защитники. Личных имен у них не было, только некое подобие позывных, в соответствии с первыми буквами алфавита сферы.

Орма.

Игти.

Ёшу.

Эсо.

Апи.

Эти пятеро, как их назвали бы земные фантасты, арахнида, все-таки имели свои собственные мнения. Вот только у всех пятерых этим мнением было “нет”. Теперь было два голоса против одного.

– «А мы голосуем за. Эта тварь посмела нарушать установленные богиней законы, наказать его – наш священный долг!» - Троица Несущих волю, к облегчению Лаза, сравняла счет. Они выглядели вполне обычно, изящные подтянутые фигуры в довольно откровенных нарядах, длинные волосы, у одной рыжие, у другой черные, у третьей – каштановые. Только глаза светились мерным синим светом, словно подтверждая божественную природу их силы.

Остался последний участник совета, тот, о ком ничего не знали даже первые ранги. Вернее, та. Ее звали Стражем. И она охраняла ту самую клетку, в которой находился Зверь. Высокая фигура с четырьмя руками, двумя хвостами и парой крыльев очень походила на Альфу. Конечно, детали тела отличались, но почему-то Лазу вспомнилась давно позабытая фраза “тот, кто сражается с чудовищами, рискует сам стать одним из них”.

– «Я голосую за. По моему недосмотру это существо получило возможность творить бесчинства. По моему недосмотру многие тысячи оно отравляло чужие рассудки и убивало чужими руками. И по моему недосмотру мы все вообще обсуждаем это. Так что я просто не могу отказать».

Лаз поймал себя на том, что радуется своей близящейся кончине, но ничего уже сделать было нельзя. Решение было принято и обжалованию оно не подлежало.

– «Идем со мной». – Развернувшись, Страж поплыла куда-то в глубь помещения, а Мастер Метаморфоз, вместе с Фаустом, отправился следом.

Эта дверь была огромна. Даже Альфа был почти вдвое ниже. Эту форму Лаз и принял, так не придется тратить драгоценное время на это в самый ответственный момент. Белая крылатая фигура, кивнув ему, молча пошла в обратный путь. Он сам так захотел. Положив руку на тяжелые створки, он толкнул.

За входом была пустота. Кроме сравнительно небольшого клочка твердой поверхности во все стороны тянулась бесконечная тьма. И именно из этой тьмы, точно так, как было в его кошмарах, выплыл огромный силуэт. Сейчас он уже не мог проснуться, так что приходилось смотреть на это существо во все глаза. Если дверь была вдвое выше Альфы, то висящий в пространстве монстр – в двадцать. И это только если учитывать видимую часть, длинный хвост уходил куда-то вниз, в ничто.

– «Ну здравствуй, Зверь».

Глава 17. Пленение, план и кандидат.

Число, требуемое чтобы описать, как давно это было, вряд ли вообще имеет название. Но однажды Зверь проиграл. Могущественная сущность, способная стирать в пыль вселенные, была подавлена банальным количеством. Богов было так много, что воплощение ярости банально не справилось и потонуло под шквалом атак.

Его разодрали на тысячи кусочков, чтобы лишить сил, ведь уничтожить Искру Мироздания окончательно невозможно. И единственное, что он мог сделать – это спасти свое сознание от участи тела. Так разум пятого из детей Творца оказался заперт в хлипком воплощении, не способном одолеть даже одного бога.

Но с уменьшением силы Зверь научился хитрить. Понял, что не все можно решить нахрапом. И осознал, в чем была его главная проблема. Его мощь была слишком рассеянной. При уничтожении миров тело размером с этот самый мир – идеальный выбор. Но вот в битве с богами он получал слишком много ударов, не в силах ответить достаточно серьезной атакой. Ему нужно было что-то, способное сконденсировать всю его энергию. Ему нужен был носитель.

Мир, в котором его заключили, разрушался и воссоздавался тысячи раз. Пока, наконец, ответственная за него богиня не додумалась использовать в своих целях практически безграничный источник силы. Сложно было сказать, почему она думала так долго, может боялась, но постоянные провалы вывели ее из себя, а может просто была дурой, но факт оставался фактом. Зверь получил шанс.

Высшая сфера, питаемая его мощью, быстро стала огромным миром и богине больше не нужно было играть в игры. Так что она ушла, занялась созданием новых миров ради собственного удовольствия, оставив за себя достаточно сильных существ. Однако воплощение ярости того и ждало.

Без надзора высшей сущности, он начал подтачивать стенки своей тюрьмы. И вскоре, конечно по меркам Искры Мироздания, а не смертных, ему удалось проковырять малюсенькую дырочку. И шестеренки плана, вынашиваемого миллиарды лет, пришли в движение.

Первым делом Зверю нужны были сторонники. Посмей он в открытую влиять на происходящее в высшей сфере и его бы засекли, как ты хорошо он не прятался. Так что Искра Мироздания, как змей-искуситель, начала влезать в мысли людей и магов, понемногу отравляя их души и захватывая рассудки. Он никуда не спешил, ему нужно было столько последователей, сколько было возможно без привлечения внимания совета. Шли тысячи, десятки, сотни тысяч лет. Так появился клан Салорит, полностью и безоговорочно преданный воплощению ярости и с магом первого ранга во главе.

Первая часть плана была завершена. Но дальше было только сложнее. Его клетка была сделана так, что ее могла открыть только лично Страж. Больше никто из рожденных в высшей сфере или малых мирах не был на это способен. Именно такое ограничение поставила на нее богиня. Видимо она не подумала, что в ее мире может появиться кто-то из другой вселенной. А вот Зверь подумал.

И первостепенной задачей клана Салорит, конечно, неофициальной, стал поиск кандидатов на роль ключа. Достаточно сложно было найти кого-то подобного, удачные перемещения случались хорошо если ли раз в сотню веков. Но для Искры Мироздания это были мгновения, и он упорно ждал.

Главная проблема была в том, что Зверь не мог влиять на душу из другого мира. Единственный, кто мог открыть клетку также был единственным, у кого был иммунитет к его чарам. Такая вот ирония. Так что приходилось просто наблюдать за кандидатами, изредка корректируя их курс. Но это не всегда помогало. Кто-то умирал в неравных боях. Кто-то от кинжала предателя или яда соблазнительницы. Кто-то от страшных болезней. Были такие, кто умирал в утробе матери, не сумев адаптироваться к новому телу. А были такие, кто погибал по собственной глупости.