Механическое сердце. Искры гаснущих жил
Шрифт:
– Мастер, вас ждут.
Верно. Здесь Брокк ничем не поможет.
От развалин тянуло жаром. Часа не пройдет, как оцепление, выставленное местной полицией, сменится людьми в гвардейской форме, исчезнут пожарные экипажи, но появятся фургоны медиков, белые, с красной полосой вдоль борта. Развернутся полевые кухни и военные палатки, укрывающие следователей от дождя. Суета не утихнет, но войдет в некое русло, когда и кровь потускнеет под налетом обыденности.
В экипаже пахнуло жаром, и Брокк лишь сейчас понял, что замерз, и сильно.
Свистнул кучер, и лошади с места взяли в галоп, спеша убраться подальше от тревожных запахов дыма, камня и запекшейся крови.
Четверо.
И кто из четверых виновен?
На старых складах Брокка ждали. Экипаж остановился у ворот, и давешний гвардеец открыл дверь. Снова хлопнул зонт, но на сей раз Брокк от подобной заботы отмахнулся. Не поможет. С реки тянуло ветром, и порывы его, продувавшие одежду насквозь, выворачивали тонкие спицы.
– Сюда, мастер. – Гвардеец все-таки выпустил зонт из рук, и ветер, получив желанную добычу, потянул его по каменистой земле.
Громыхнуло.
И темные тучи сомкнулись, окончательно затянув бусину солнца.
Брокк, жестом остановив гвардейца, осмотрелся. На старых складах он очутился впервые. Некогда место это было иным, полным жизни. Сюда, поднимаясь по широкой горловине реки, пробирались и баржи, и плоскодонки. И новенький башенный кран, ныне похожий на древнего облезшего аиста, не дремал, склоняясь к собственному в воде отражению. Громыхал его мотор, со свистом вырывался пар из клапанов, заглушая крики грузчиков, голоса пассажиров, каковые, впрочем, предпочитали высаживаться выше по течению, и ругань складских работяг.
Тишина. Мертвая. Неестественная.
За прошедшие двадцать лет река изрядно обмелела, а суда, напротив, стали тяжелее, и редкие старые баржи доползали до этого места.
«Леди Дантон» была из таких.
Она стояла, прижавшись свежеокрашенным боком к пристани, ища защиты в этом знакомом и почти родном месте.
– Мастер, вас ждут, – напомнил гвардеец.
– Подождут. – Брокк отвел взгляд от корабля.
Пять ангаров, некогда внушительных и все еще сохранивших остатки былой силы. И ныне Брокк не видел следов взрыва, не таких, какие должны были быть.
Меж тем со стороны третьего склада появился человек в плаще. Он приближался перебежками, то и дело останавливаясь, словно опасаясь, что ветер опрокинет его. Тот же, обнаружив новую забаву, рвал полы плаща, которые разворачивались матерчатыми крыльями.
Добравшись до Брокка, человек – он и вправду был человеком – откинул капюшон и представился.
– Филипп Грейшер, старший следователь.
Старший? Кейрена отстранили?
Или заменили кем-то более опытным, сочтя, что не справляется?
Брокк поклонился, разглядывая нового знакомого. Тот и вправду не отличался молодостью лет. Седые волосы его поредели, но как-то равномерно, сквозь них проглядывала розовая, яркая кожа. Одутловатое лицо Филиппа было обыкновенным, лишенным ярких черт.
– Где произошел взрыв? – Брокк отвел взгляд.
– Под землей, – с готовностью ответил Филипп. – Первый склад. Если позволите, я вас провожу. – Он вновь набросил капюшон и высокий воротник плаща поднял, пожаловавшись: – Мерзкая ныне погодка. Сколько лет, а такого не помню… слышал, что и там бахнуло… сильно бахнуло… – Он замолчал, предоставляя слово Брокку.
– Взрыв.
Скрывать то, что станет известно в самом скором времени, было бессмысленно. И когда Филипп вытащил из рукава трубку, Брокк добавил:
– Есть жертвы.
– Много?
– Много.
Повертев трубку в руке, Филипп со вздохом сунул ее в рукав.
– Извините, мастер. Привычка. Дурная. Вам, должно быть, неприятно. – Он коснулся носа. – Я-то помню… да все одно тянет.
– Курите, – разрешил Брокк. – Табак – не самый мерзкий из здешних ароматов. А по округе, полагаю, уже прошлись.
– Еще ночью. – Следователь все же предложением не воспользовался, не то из скромности, не то, что куда вернее, из-за погоды, которая не слишком располагала к прогулкам. – Ничего… тут вашим и вправду сложно. А еще и дождь. Следы замыло, какие были. А вот и место. Гляньте, что скажете?
Длинное строение с переломанным хребтом. Разодранные, вывернутые наизнанку стены. Сквозь провалы видны перекрученные металлические опоры и опаленное дыханием огня дерево.
– Рассказывайте. – Брокк прошелся вдоль стены и, остановившись напротив дыры, втянул воздух. Ничего. След если и был, то его смыло. Филипп шел по пятам, пожалуй, подбираясь слишком близко.
Но почему человек?
– Да рассказывать особо нечего. – Он поднял длинную, криво обломанную доску, из которой торчали острые гвозди. – «Леди Дантон» причалила в четверть девятого. Склады оцепили. Начали разгрузку… груз должны были забрать сегодня вечером.
И после произошедшего заберут наверняка.
Брокк заглянул в провал.
– Осторожно, мастер, там все… хрупко. В общем, все по плану было, а ближе к полуночи бахнуло.
– Пламя?
Под ногами хрустел раздробленный камень. И ступать приходилось осторожно, Брокк кожей ощущал всю ненадежность конструкции. Одно неловкое движение, один слишком громкий звук – и балки, выдержавшие удар взрывной волны, касание пламени, рассыплются. А за ними осядут стены, посеченные изнутри каменной крошкой.
Человек зайти не решался. Он стоял у провала, темный силуэт на сером фоне, нелепый, словно ребенком нарисованный.
– Все описывают одинаково. Сначала звук, навроде как колокол ударил, громко так и под землею. И земля вздрогнула. А потом столб водяной поднялся…
Водяной?
В полу зияла дыра с оплавленными краями. И Брокк, присев на краю, заглянул в черноту. Подобрав обломок, он бросил его в яму и кивнул, услышав плеск.
Старые склады стояли на этом самом месте не одну сотню лет, и если Брокк ничего не перепутал, то под ними некогда начиналась подземная дорога к центру. И старая канализация, и вовсе древние катакомбы, оставшиеся еще с тех далеких времен, когда город был всего-навсего человеческой крепостицей, одной из многих. Поговаривали, что во времена Великой Чумы многие ушли под землю.
– Бомбу бросили в старый колодец. – Брокк поднялся. Под ногами захрустел песок, и, отзываясь на слабый этот звук, зашатались стены. Человек поспешно отодвинулся от прохода. – Взрыв произошел, но в замкнутом пространстве.
И под землей, вернее – под водой.
– Вода не погасила пламя. – Брокк осторожно коснулся балки, которая изменила цвет, странно побелев. – Но и пламя не сумело раскрыться полностью.
– И что было?
– А что бывает, когда вы льете воду на раскаленный камень?