Механическое сердце
Шрифт:
Кир опять с удивлением заметил, что понимает каждое слово, хотя говорили они не на русском, а на каком-то ином, необычно звучащем языке.
– Ты на планете Ретар, – ответил «призрак». – В лаборатории Тора Сатера – последнего Повелителя этой планеты. А я – голограмма Тора Сатера – полный слепок его личности.
– Ничего себе! – выдохнул мужчина, с усилием поднимаясь со стола, и заметил металлический мигающий диск в области своего сердца. – Что это?
– Спокойно, Рольф, – ответил голографический Тор Сатер. – Только не пугайся!..
– Ты знаешь моё имя? – удивился тот, кого звали Рольф.
– Да, я наблюдал за вами. И всё видел. И как робот повредил капсулу, и как твои мать и брат оставили тебя… А также всё, что было после… Ты почти умер, Рольф. Твоё сердце не выдержало. Мне пришлось его частично заменить… Теперь у тебя механическое сердце. Извини, что так получилось… Ретарцы владели биоинженерией, выращивали органы, делали их пересадки, но… Тор Сатер не был ни биологом, ни врачом. Он был гениальным робототехником, инженером и м…
Казалось, что голографический человек хотел сказать что-то ещё, но вдруг передумал.
– Я не решился проводить операцию, потому что Тор Сатер никогда этого не делал, – продолжал полупрозрачный человек. – Но смею заверить, что это механическое сердце ничуть не хуже настоящего. Оно будет чутко реагировать на изменения физических нагрузок и твоего эмоционального состояния, ускоряясь и замедляясь по мере необходимости… И вода ему не страшна, не бойся. Оно будет исправно работать по меньшей мере лет сто… На твой век хватит.
Было заметно, что Рольф крайне удивлён и растерян.
– И зачем ты это сделал? – вдруг спросил он усмехнувшись.
– Что? – не понял голографический мужчина.
– Спас меня, – ответил Рольф. – Мне же всё равно здесь не выжить. На Ретаре нет ни воды, ни пищи.
– С чего ты это решил? – спросила в ответ голограмма Тора Сатера, загадочно улыбаясь. – Вы ещё и половину того, что есть на Ретаре не нашли! Да, настоящую еду я тебе не обещаю, но репродуцированная, поверь, ничуть не хуже… То есть, Тор Сатер пробовал её, и она его вполне устраивала… Пойдём со мной, Рольф, мне многое надо тебе рассказать и показать…
В «глазах» у Кира снова стало темнеть…
***
Когда тьма рассеялась, Кирилл вновь обнаружил себя стоящим в море. В руках он всё ещё держал необычную золотистую подвеску.
Зажав её в ладони, Кир зажмурился и потёр глаза.
Что это было?! Видение?! Может, просто голову на солнце напекло? Но разве это так бывает?
Озабоченно обдумывая произошедшее, Кир вылез из воды. Загадочную находку он решил никому не показывать, но и выкидывать её не стал.
Глава 2. Город в потоках лавы
Россия,
наши дни
Весь остаток дня Кир не мог найти себе места. Ему не давали покоя мысли о загадочной подвеске. Почему-то хотелось снова посмотреть на неё, терзало любопытство – что за этим последует? Будет ли опять ему показано видение иного мира, или же ничего на сей раз не произойдёт? Что это было – галлюцинация, наваждение, последствие солнечного удара? А может, кулон здесь вообще ни при чём?..
В любом случае экспериментировать с подвеской на глазах у своих родных ему совершенно не хотелось. А день, как назло, тянулся очень долго… Кир активно цеплялся за реальность и пытался вести обычный образ жизни отдыхающего – купался, загорал, гулял с родителями и сестрой по набережной, ел мороженое и горячую кукурузу, ужинал в кафе, но то и дело мысленно «улетал» в другой мир к Рольфу, у которого теперь было механическое сердце, к загадочной голограмме мужчины в бордовой мантии и к бесчисленным роботам, снующим туда-сюда по лишённой растительности земле. Он с нетерпением ждал наступления ночи – когда все члены его семьи уснут, и он сможет, наконец, внимательно рассмотреть странную подвеску. Возможно, она покажет ему что-то ещё…
К концу вечера даже невнимательная обычно сестрёнка Марина заметила, что Кир после дневного посещения пляжа стал очень задумчивым и рассеянным. Родители решили, что солнце напекло сыну голову, а он сам уже всерьёз стал задумываться о том, что, возможно, просто сходит с ума.
Семья Кира на период южного отдыха снимала двухкомнатный номер в небольшом частном отеле в Адлере. У Марины и Кирилла была своя комната с небольшим балконом.
Дождавшись, когда сестра уснёт, будущий медик достал из сумки полудиск подвески, крепко зажал его в ладони, взял свой смартфон намереваясь использовать его как фонарик и осторожно выбрался на балкон.
Отель стоял на тихой и плохо освещённой улице. Серп молодой луны на усыпанном звёздами тёмном южном небе не давал достаточно света и оказавшись на балконе Кир погрузился во тьму. Вдалеке, ближе к морю, всё ещё активно гуляли туристы, играла музыка, сияли фонари, слышались весёлые голоса, смех и довольные визги.
Вдохнув приятный запах эвкалиптов, Кир расположился в пластиковом кресле, включил в телефоне фонарик, и стал внимательно рассматривать подвеску. Он подносил её к глазам, всматривался в узор, щупал со всех сторон, мотал перед собственным носом, словно маятник гипнотизёра – но ничего не происходило. Парень уже почти поверил, что дневное видение было всего лишь результатом перегрева на солнце, плодом его собственной фантазии, а не воздействием загадочной подвески, но решил, чтобы окончательно в этом убедиться и выкинуть непрошенные мысли о таинственном мире из головы, попробовать надеть цепочку с подвеской на шею. И тут началось…
В глазах потемнело, закружилась голова, возникла лёгкая тошнота, всё тело словно скрутило невидимыми жгутами, заставляя Кирилла встать, выпрямляясь в полный рост и тихонько застонал от внезапной несильной, но довольно неприятной сжимающей боли. Примерно минуту он не видел совсем ничего, но затем все эти ощущения резко прекратились, и парень рухнул на плиточный пол балкона… Нет! Это оказался шершавый и холодный камень!
Кир, приподнявшись на руках, ошарашенно пытался рассмотреть поверхность, на которой очутился. Она, несомненно, была каменной. Сквозь непроглядную тьму вокруг парень совсем ничего не мог рассмотреть. Так темно на балконе в Сочи быть не могло. Воздух казался тяжёлым и влажным. Кир предположил, что находится в огромном зале, ему даже удалось различить неровные каменные стены. Поднявшись, Кирилл обернулся назад и увидел за своей спиной длинный изогнутый коридор. Похоже, что он вёл к выходу. Оттуда проникал тусклый свет и тянуло сухим тёплым воздухом с запахом гари. Кир пошёл по коридору. Ему не было страшно только потому, что не верил в реальность всего происходящего. Коридор действительно вёл наружу, Кир вышел и тело тут же обдало жаром, а открывшаяся взору картина повергла молодого человека в ужас. Всё вокруг было объято пламенем!
Пещера, где парень оказался, находилась на вершине невысокой горы, там огня ещё не было, лишь маленькие фонтанчики лавы пробивались из земли на некотором расстоянии от входа. А у подножия этой горы, очевидно, располагался некогда огромный город с каменными зданиями, украшенными многочисленными башенками. Сейчас по его улицам текли потоки лавы, здания горели и разваливались прямо на глазах. Всё было тихо, никаких звуков – ни криков, ни стонов не было слышно. Очевидно, жители либо успели покинуть город, либо… погибли.