Чтение онлайн

На концах пентаграммы были бережно установлены юроны — механизмы в форме правильного треугольника, применяющиеся для генерирования энергии и ее направления согласно выбранному вектору или цели, это как вам будет угодно назвать.

Своей целью Волик выбрал разрушение — уничтожить кровавый азарит, тем самым разрушив поместье и убив всех, кто находится в его стенах. Смею предположить, но, скорее всего, это убьет Хозяина и меня заодно, если стеной не пришибет.

— Волик, остановись! Ты же всех убьешь! — заорал Логери, но инженер его не услышал.

Дом начал мелко дрожать и вибрировать по мере того, как Новицкий произносил заклинание. Его голос нарастал, становился громче и увереннее, поменявшись с шипящего бормотания на грозный рокот.

Я смотрела на Новицкого и не узнавала его. От скромного, застенчивого паренька, прячущего неуверенный взгляд за большими круглыми очками, не осталось и следа. Перед нами стоял совсем другой человек. Уверенный, циничный, отлично знающий, что он делает и получающий удовольствие от смерти. Да, да, именно так. На его искривленных в злобной усмешке губах остался хорошо видимый след от ножа, который он облизал после того, как убил собственного напарника, превращая этот ритуал в кровавое жертвоприношение.

— Вы думаете, я не понимаю, что делаю? — специально прервался Новицкий, выжидая время, пока кровь от убитого Нолана равномерно распределится среди юронов, повинуясь магии и злому умыслу. — Ошибаетесь! — неожиданно громко и истерично рявкнул он. — Я отплачу!.. Я всем отплачу за свои унижения! Все… Все узнают, что я великий мастер! Даже «В» поймет, что я не пешка, а король! Я король механики!

Короче его понесло… И пока Новицкий в истеричном припадке сумасшествия перестал контролировать ситуацию, мы с Логери, не сговариваясь перешли к действию.

Стены дома буквально ходили ходуном, еще немного и начнется хаос.

У нас с Логери был только один выход. Не дожидаясь пока механизмы набухнут от впитываемой крови и наберут полную силу, мы синхронно вышибли два механизма из ближайших к нам лучей пентаграммы.

Откат был мощнейший!

Внимание! Никогда так не поступайте! Подобное грубое вмешательство, разрывает тонко просчитанную и созданную цепь энергии и… вот и получилось, что Логери мощной волной выкинуло в проход, а меня сильно приложило спиной о стену. Воздух из легких вышибло так, что возникло ощущение, словно я вся превратилась в блин, трогательно размазанный по стенке. В ребрах что-то хрустнуло и даже малейшее движение причиняло боль.

Не знаю, как там Грегор с Венегаром, как «приземлился» Горун и жив ли еще Анри Криштоф со своими дрессированными грэйдхами, но я была готова с радостными объятьями выскочить навстречу к последним, потому что то, что сейчас творилось с пентаграммой и Новицким вызывало сильнейшее желание убраться отсюда как можно дальше. Но, увы… как это обычно бывает (со мной!), уйти из тайной комнаты было невозможно. Вероятнее всего, у меня сломалось несколько ребер и теперь даже простой вздох причинял невыносимую боль. Это еще хорошо, что позвоночник не повредила! Поэтому мне пришлось, цепенея от ужаса наблюдать, как от остроконечных лучей пентаграммы поднимаются сгустки тьмы, превращаясь в смертоносные смерчи. Волик метался внутри звезды загнанным зверем и не мог выйти. Будто невидимая стеклянная стена не давала ему возможности убежать от приближающихся с какой-то издевательской медлительностью смерчей. Новицкий взвыл громко и протяжно. То, что произошло дальше, я до сих пор не могу объяснить. Галлюцинация, вызванная болевым синдромом, бред воспаленного мозга, оптический обман зрения, возникший из-за магических колебаний или страшная правда, но глаза покойного механика Нолана Дэмуры открылись. Наводя жуть белесыми провалами без зрачков, он резко выкинул руку вперед, схватив поскуливающего от страха Новицкого за ногу, крепко удерживая и не давая возможности двигаться. Пять вращающихся с невероятной скоростью смерчей облепили трясущегося и воющего от ужаса инженера. Повеяло жутким замогильным холодом, пробирающим до костей, и в яркой вспышке света смерчи исчезли, поглотив и забрав с собой Новицкого. Тело Нолана лежало теперь уже в неактивной пентаграмме в той же позе, в которой мы с Логери его первоначально увидели. Глаза механика были закрыты.

Неужели, все закончилось?..

Дом перестал дрожать, кровавый азарит излучал ровный яркий красный свет, а в стене напротив входа зияла огромная дыра в полуразрушенной кладке, хищно ощетинив разбитые кирпичи.

Алдар меня убьет! Или я сама умру… прямо здесь и прямо сейчас! Больно-то как… Что ж меня последнее время пинают, как подушку для битья? Вот… уже и медальон Багирыча не справляется. Хотя в этом я сильно грешила. Он справлялся и еще как! Просто меня об стену так хорошо приложило, что… Короче говоря, встать самостоятельно я не могла. И тут я поняла, что вокруг слишком тихо. Неужели бой с Криштофом и грэйдхами закончился? Тогда кто победил и почему…

Додумать я не успела. В комнату пошатываясь и держась рукой за голову, вошел Логери Горун. Нашел меня глазами и подбадривающее улыбнулся. Значит, наши выиграли.

— Круто меня приложило. Хорошо, что удачно на коробки с бумагой упал, — тряся головой и, морщась, сказал мужчина. — А ты как? Позвоночник не повредила? Ребра целы? — задавал правильные вопросы механик, видя, как я напряженно замерла возле стены, сидя на коленях.

— Нет, — болезненно поморщилась я.

— Чего нет?

— Ребер нет. По ощущениям они осыпались мелкой крошкой где-то рядом. Так, что ступайте аккуратнее.

Говорить было тяжело, двигаться тоже.

— Как там Грегор и Венегар? Они в порядке?

— Все нормально, — небрежно отмахнулся Логери. — Венегар пошел залечивать раны, а Грегор где-то рядом трется.

— А Криштоф? Он…

— Мертв, — коротко отрезал механик, не дослушав мой вопрос. — Грэйдхи, кстати, тоже. Что-то ты мне совсем не нравишься, — мрачно протянул он. — Помочь дойти к твоей комнате?

— Вам придется меня нести… Сама я не смогу. — Я говорила медленно и с большими паузами.

— Ничего. Сейчас донесем, подлатаем. До свадьбы заживет, — успокаивая, сказал Логери, беря меня на руки.

Мне пришлось закусить губу до крови, чтобы не заорать. Из глаз невольно потекли слезы.

Господи, дай же ты мне сознание потерять! Сколько ж можно терпеть?!

Однако сознание теряться не собиралось и упорно пребывало в бодрствовании. В голове гудело, перед глазами все плыло, поэтому воспринимать, что творилось вокруг было крайне тяжело. Главной моей мыслью было желание поскорее добраться до кровати и принять горизонтальное положение. Желательно не навсегда.

— Ха-ха, а я говорил, что она тебе тут стены посшибает, — хохотнул Джейран и уважительно присвистнул, просовывая голову в огромную дыру в стене. — Элиш, ты проспорил. Гони деньги.

— Я тебе натурой отдам, — мрачно парировал вампир и брезгливо скривился, задевая носком сапога черную жирную линию от пентаграммы.

На тело механика Хозяин не обращал никакого внимания. Ему было совершено наплевать на неудачливого мастера.

Несмотря на полное уничтожение грэйдхов в подземных пещерах, отсутствие потерь как в отряде, проводившем облаву, так и в доме, настроение у Элиша было хуже некуда. Анри Криштоф убит Венегаром, инженер Волик Новицкий умер, благодаря стараниям Логери и Катерины. Ну, и как же теперь узнать по чьей вине затеяли этот спектакль?

Кстати…

— Грегор! — жестко позвал Элиш. Перед ним моментально появился помощник в помятой и испачканной кровью грэйдхов одежде, с неизменно спокойным невозмутимым выражением лица. — Где эта сладкая парочка механиков?

— Логери понес Катерину в ее комнату, — сдержанно ответил вампир, внутренне готовясь к ярости сира.

Стоящий позади Элиша Повелитель тэргов сделал многозначительный знак рукой, проведя большим пальцем под подбородком.

— Понес, говоришь… — еще больше мрачнея, протянул Хозяин и его глаза вспыхнули красным.