Чтение онлайн

– Вот как? Что же, работа достойна всяческой похвалы. Её следует показать Её Королевскому Высочеству. Кстати, она хотела видеть фройляйн Марту. Вы не подскажете, где она теперь?

– Я здесь одна, – вынуждена была признаться Шурка, когда взгляды присутствующих скрестились на ней.

– Но, каким образом? – изумилась камер-юнгфрау.

Госпожу Руге недаром выбрали воспитательницей юной принцессы. Помимо хорошей родословной и безукоризненной нравственности, эта достойная дама отличалась еще и способностью быстро соображать. Поэтому не прошло и нескольких минут, как принцесса Клара Мария оказалась перед светлыми очами герцогини Катарины и обер-камергера барона фон Гершова, хмурые лица которых не обещали юной госпоже ничего доброго.

– Я правильно понимаю, что Ваша Светлость изволили убежать из дома? – поинтересовался Кароль.

– Можно сказать и так, – обреченно вздохнула девочка.

– А где была ваша мать?

– На рынке.

– Прекрасно, а что же, в доме вообще никого не было?

– Только Иржик.

– Кто это? – удивилась герцогиня.

– Слуга моего брата, – ответил ей обер-камергер, еще больше нахмурившись.

– А где сейчас ваш брат?

– Командует патрулями в порту.

– Это, конечно же, более важно, нежели безопасность принцессы! – в голосе Катарины послышался неприкрытый сарказм.

– А как вы проникли сюда? – остался невозмутимым померанец.

– Через черный ход, вместе с прислугой.

– Час от часу не легче! – всплеснула руками герцогиня. – К нам что, кто угодно может войти? Я крайне разочарованна вами, господин барон! Надо было оставить шведскую охрану…

– Там стояли городские стражники! – вдруг выпалила Шурка. – Они только и знают, что цепляться к служанкам, а на меня и внимания не обратили.

– Это правда?

– Да, Ваше Королевское Высочество, – сдержано отвечал фон Гершов. – Никоим образом не снимая вины с себя, я все же хочу заметить, что охрану следовало бы поручить исключительно Вашему регименту. Они знают всех придворных и прислугу, а кроме того более дисциплинированы, нежели молодые подмастерья, которых здешние бюргеры по очереди отправляют в караулы.

– Что же, – голосом Катарины Шведской можно было морозить свиные туши на рынке. – Надеюсь, случившееся послужит вам уроком! И вы примете надлежащие меры…

– И немедленно, – с поклоном отвечал ей померанец.

– Её Светлость, пожалуй, сегодня переночует здесь. И потрудитесь передать фройляйн Рашке моё крайнее неудовольствие!

Договорив герцогиня величественно вышла, оставив принцессу наедине с Каролем.

– Я вас подвела? – виновато спросила девочка.

– И да, и нет, – пожал плечами тот. – Я говорил Её Королевскому Высочеству, что городские стражники не слишком надежны, но она не могла отказаться от их услуг по политическим мотивам. И магистрат, и Совет Шестнадцати могли обидеться, если бы охраной занимались только наши люди.

– Но разве город не принадлежит Мекленбургским герцогам целиком?

– Всё не так просто, Ваша Светлость. Лет пятьдесят назад, ваши предки были вынуждены военной силой занять Росток и разрушить его стены. И хотя впоследствии все недоразумения были улажены, герцогскую крепость пришлось срыть, и с тех пор у вашего рода нет резиденции в городе.

– Понятно.

– Боюсь что нет, принцесса. Надеюсь, вы не забыли, что совсем недавно на вас было организовано нападение? Этот разбой привел к гибели множества ваших слуг и лишь по совершеннейшей случайности не пострадали вы сами! Конечно же, здесь в городе эти негодяи никогда не решились бы на нечто подобное, но всё же опасность совсем не иллюзорна.

– Вот чёрт! – вырвалось у Шурки.

– Что, простите?

– Я видела его!

– Кого, его?

– Ну, этого, похитителя… Юленшерну!

– Где? – напрягся Кароль.

– Да на улице, перед тем как зайти сюда.

– Хм, вы уверены?

– Почти.

– Что значит, почти?

– Ну, он был одет как простой моряк, и я сразу не узнала его, а теперь вы мне напомнили про похищение, и я почти уверена, что это был он!

Фон Гершов на секунду задумался, затем задал ещё несколько вопросов, после чего стремительно вышел из комнаты, оставив девочку одну. Не то чтобы он безоговорочно поверил в этот её рассказ, но в жизни случается всякое, и нужно было проверить. Плохо, что среди его солдат не было тех кто мог бы опознать Юленшерну, хотя…

– Раубе!

– Да, мой генерал! – вытянулся перед ним капрал, предано поедая его глазами.

– Ты ведь был с нами в Риге?

– Да, господин барон. Я еще отличился тогда при захвате воротной башни, и наш добрый кайзер наградил меня.

– Отлично! А ты помнишь того шведского графа, которого потом долго держали в Рижском замке?

– Это на невесте которого женилась Ваша Милость? – радостно выпалил капрал, но увидев, как переменилось лицо командира, сообразил, что ляпнул глупость и четко отрапортовал: – Никак нет, не помню!

– Гхм, – прочистил горло фон Гершов, – это славно, что у тебя такая хорошая память. Так вот, Михель, возьми пару солдат свободных от караула, да пройдите по окрестным улицам, и хорошенько приглядывайтесь ко всем бродягам, морякам и прочим. Может статься, что встретите кого знакомого. Тогда вы знаете что делать!

– Яволь мой генерал! – вытянулся Раубе, а затем оскалил в улыбке все уцелевшие зубы и радостно выпалил: – Я вспомнил, о ком толкует Ваша Милость! Этот тот негодяй, которого наш добрый кайзер заставил обвенчаться с ведьмой!

– Да отправляйся же, наконец! – зарычал взбешенный померанец.

Увы, бравому капралу с солдатами не удалось обнаружить возле дома никого подозрительного. Однако Кароль забеспокоился. Одну оплошность он уже совершил и вовсе не желал усугублять ситуацию. Конечно, вероятность того, что девочка просто ошиблась или, хуже того, выдумала всю эту историю, была достаточно велика, но все же пренебрегать им не следовало. К тому же у шведского графа был зуб не только на Иоганна Альбрехта, но и на самого фон Гершова. Чертов Раубе походя разворошил старую рану в сердце померанца.

Фон Гершов не просто любил жену – он боготворил её. Для младшего сына мелкого дворянина, каким он был до поступления на службу к герцогу-страннику, такая девушка как Регина Аделаида фон Буксгевден, была все равно, что звезда на ночном небосклоне. Видеть можно, но нечего и мечтать о том, чтобы коснуться её! Впервые увидев юную графиню на лесной дороге неподалеку от Риги, молодой человек понял что пропал. Ни у одной женщины, которую он мог видеть до сих пор, не было таких лучистых глаз, такой милой улыбки, и такой легкой походки. Но помня о судьбе брата, он старался ни словом, ни взглядом не выдавать своих чувств. Иоганн сам обо всем догадался и устроил одну из тех своих шуточек, благодаря которым почтенные матроны до сих пор пугают им своих дочерей.

Он дал согласие на свадьбу Регины Аделаиды с Карлом Юханом, но у алтаря подменил невесту и швед женился на вдове Краузе – местной женщине, которую подозревали в колдовстве. Кароль же в то же самое время вел под венец свою возлюбленную и благословлял день и час, когда поступил на службу к своему господину. Сказать по правде, выбор у графини Буксгевден был совсем невелик. С одной стороны у неё была возможность убедиться, что Юленшерна – редкостный мерзавец, а с другой, сам факт нахождения при Мекленбургском дьяволе в течение нескольких дней, напрочь уничтожал её репутацию. Будучи девушкой неглупой и рассудительной, она взвесила все эти обстоятельства и сказала: – «Да», после чего пастор немедля их обвенчал. Она была верной женой, и Каролю не в чем было её упрекнуть, а что касается любви – той, что горела у него в сердце, хватило бы и на пятерых. Но что если проклятый швед решил отомстить не только русскому царю, но и его приближенному?