Мексиканские страсти
Шрифт:
К ее возвращению все было готово. На столе, помимо картонного круга с буквами по окружности, находилась еще странная металлическая штука в виде буквы Г. Она стояла в центре картонного круга. И с ее короткого конца свисала вниз тонкая белая нитка. И еще на столе находились две свечи. Одна толстая витая красная, а другая обычная тонкая зеленая.
— А почему свечи разноцветные? — спросила Кира, полагая, что это какой-то особый магический ритуал, малодоступный пониманию простого смертного.
Она даже зауважала Лесю, которая, оказывается, знает о таких вещах и разбирается в них.
— Просто у тебя никаких других свечей в доме не нашлось, — немедленно спустила ее на землю подруга. — Но думаю, что и такие сойдут. В конце концов, свечи — это не главное.
— А что главное? — дрогнувшим голосом поинтересовалась Кира.
В памяти совершенно некстати всплыли отрывочные воспоминания о кровавых жертвоприношениях козлят и ягнят. И как потом вся сатанинская община плескалась в тазике с еще теплой кровью. А затем они гадали на свежих еще внутренностях. Или внутренности — это уже из другой оперы? Откуда-то из эпохи древних греков? Но, так или иначе, Кира от своих мыслей содрогнулась.
Тусклое мерцание свечей, таинственные приготовления Леси, выражение ее лица, всегда такое славное и милое, сейчас показалось Кире отрешенным и многозначительным. Кира с испугом посмотрела на подругу, ожидая, что та произнесет сейчас какие-нибудь ужасные заклинания и со стола в лучшем случае попрыгают зеленые пузырчатые жабы.
— Для нас с тобой главное — это кольцо, — вместо этого произнесла Леся, и чары развеялись.
— Какое кольцо?
— Любое кольцо, — терпеливо произнесла Леся. — Желательно золотое. И желательно без камня. У тебя есть такое?
— У тебя есть.
— Нужно твое, — упиралась Леся.
— Почему это мое?
— Потому что призрак по какой-то неведомой причине выбрал тебя и явно с тобой хочет говорить, — пояснила Леся. — Возможно, еще при жизни он был немного влюблен в тебя. Вот теперь и жаждет пообщаться.
— Ты думай, что говоришь-то! — воскликнула Кира. — Мы с ним и знакомы были всего ничего. Какая уж тут любовь?
— Иногда и одной минуты достаточно, чтобы чувства вспыхнули, — сказала Леся.
— У меня к нему ничего не вспыхнуло.
— А у него, может быть, вспыхнуло! — начала закипать Леся. — И вообще, он к тебе приперся? У тебя дома он стенает и плачет? Значит, и общаться хочет с тобой. А потому давай, не жмись и стягивай кольцо с пальца. Ничего с ним не случится!
— Ладно, — пробормотала Кира, послушно стягивая с пальца колечко. — Но на всякий случай ты с ним поосторожней. Денег оно больших не стоит, но это единственная память, которая осталась мне от Борисова.
Леся, которой надоело слушать подругу, просто вырвала кольцо у нее из рук.
— Раз от Борисова, так хоть бы сгорело синим пламенем! — прошипела она. Но, успокоившись, добавила: — Ничего с ним не случится!
Затем Леся осторожно привязала его к нитке. Второй конец уже был закреплен у короткой ножки металлической подставки в виде буквы Г, которая твердо стояла на плоской тяжелой основе. Таким образом, у подруг получился своеобразный маятник с кольцом вместо груза, находящимся точно в центре картонного круга.
— Теперь порядок! — удовлетворенно вздохнула Леся. — Все получится. Я чувствую!
— Да? — усомнилась Кира. — А почему я ничего не чувствую в таком случае?
— Садись и закрой глаза! — велела ей Леся. — И дай мне руку.
Кирина рука, когда она протянула ее подруге, была горячей и влажной.
— Волнуешься! — констатировала Леся, у которой руки были просто ледяными. — Ничего. Сейчас появится дух убитого, и мы начнем.
— А как мы узнаем, что он появился? — шепотом поинтересовалась Кира, но в это время пламя свечей качнулось так сильно, что чуть было не погасло.
— Дух! Ты тут! — заунывным голосом возвестила Леся. — Ответь нам. Ты тут?
Пламя свечей дрогнуло вторично.
— Ты хочешь, чтобы мы нашли твоего убийцу? Свечи дрогнули. Дух явно хотел этого.
— Тогда подскажи нам, где его искать, — велела ему Леся.
— Потому что сами мы, честно говоря, уже ничего не понимаем, — влезла в разговор Кира.
Леся зашипела на нее, но в это время золотое кольцо, которое до сих пор спокойно висело на тонкой нитке, вдруг принялось раскачиваться.
— Началось! — восхитилась Леся. — Он хочет нам что-то сказать!
— Это ты так трясешься, что стол дрожит! — возразила Кира.
— Як нему вообще не притрагиваюсь.
— Значит, тряска через стул передается полу, а через него на стол и маятник!
— Я же не отбойный молоток! Это дух Матвея нам дает указания! Задавай вопросы! Скорей, пока он тут!
— Матвей! — ужасаясь, как это она дала себя втравить в такое мракобесие, все же послушно воскликнула Кира. — Кто тебя убил? Ты знаешь этого человека? Ответь нам!
И подруги уставились на кольцо на ниточке. Маятник качнулся сначала в сторону Д, а потом в сторону А. И замер.
— Да! — торжествующе закричали подруги. — Он знает своего убийцу!
— Как его имя? — тут же спросила Кира. — Как зовут этого человека?
Но на этот раз маятник качаться не стал.
— Наверное, он тем самым нам сообщает, что есть помеха, — прошептала Леся.
— Какая еще помеха? — возмутилась Кира, совершенно забыв, что общается с призраком и надо соблюдать спокойствие.
— Может быть, там еще пришел кто-то, — успокоила ее Леся. — Подождем.
Но сколько подруги ни ждали, маятник ничего им не сказал. А напротив, принялся выписывать всякую абракадабру. То ли Матвей боролся в этот момент с другими духами, которые тоже желали пообщаться с молоденькими и хорошенькими медиумами, то ли дело было в чем-то другом, подруги так и не поняли. Но тем не менее ничего осмысленного маятник насчет имени убийцы Матвея им не сообщил.
— Где нам искать твоего убийцу? — наконец в полном отчаянии воскликнула Кира.