Чтение онлайн

Грем засмеялся:

– А так, будто у тебя их меньше.

Он прав, но идти на должность такого плана, я все равно не хочу. У меня полно своих амбиций, в отличие от Рика. Потому что желание стать охотником, как мне кажется, принадлежит не ему. А из навязанного желания ничего путного не выйдет. Не знаю, какие у них в семье отношения, но отец, видимо, подавляет сына.

– Тебе, хоть немного, страшно?
– внезапно спросил Грем.

– Да, еще как, - честно ответила я.

Мы уже прошли половину пути. Ночью похолодало и в одной жалкой юбке и тонкой майке, я чувствовала себя голой. Было очень темно, и хорошо, что я додумалась надеть босоножки - шанс упасть или поскользнуться, становился меньше.

– Тогда зачем пошла? Тебе ведь совсем необязательно было делать это.

– Я же говорила, что у меня есть свои причины. Их около четырех или пяти, точно пока не решила, но страх входит в одну из них.

– Не совсем понял тебя.

Я попыталась объяснить:

– Представь, что каждый твой страх, грузом висит у тебя на шее, а его тяжесть зависит от того, сколько лет он существует. И, если забить на него - страх будет мешать тебе развиваться, и с каждым годом становиться тяжелей. К тому же, я уверена, что у тебя и так полно страхов помимо этого. В итоге груз станет неподъемным, и ты не то, что идти, а даже двигаться не сможешь. Я хочу побороть это. А по моим представлениям, пойти туда, куда не хочешь и делать то, чего не хочешь - это и значит побороть свой страх.

– Возможно, но иногда становится еще хуже: люди не всегда способны справляться со своими страхами.

– Ты прав, но если я последую твоему предложению и стану охотником, то должна прямо сейчас попытаться это сделать, - я внезапно замолчала, обдумывая задать вопрос, крутившийся в голове, или нет, но все-таки решилась: - Грем, а где твоя мать?

– Она умерла, - сказал он, осунувшись, и выражение лица приобрело страдальческое выражение.

– Извини, я...

– Да все нормально, - оборвал меня Грем, и рукой указал вперед.
– Смотри, вон тот склад.

Если он не хочет говорить об этом, значит, не будем. Посмотрев, куда он указывал, я увидела огромное, но очень старое здание. Выглядело оно заброшенным, и пройди я мимо него случайно, никогда бы не подумала, что там кто-нибудь может находиться - для оборотней явный плюс.

– И куда мне нужно идти?

– За воротами, с левой стороны, есть небольшое одноэтажное помещение. Оборотни должны быть именно там. Свет не горит, только слабая лампа, чтобы не раскрыться, так что тебе придется действовать чуть ли ни вслепую.

– Не возражала, если бы оборотни видели в темноте так же, как я. Но у них в этом огромное преимущество.

– Придется потерпеть, - он взял меня за руку и отвел в сторону, где нас от посторонних глаз скрывало дерево.
– Пока Рик и Эван не позвонят, давай посидим тут. И будь потише, если где-то рядом вервольфы, они могут нас услышать.

Грем сел на землю под деревом, и я устроилась рядом с ним. Чтобы не тратить время понапрасну, я начала вынимать данное мне Риком устройство, чтобы в нужный момент не опростоволоситься. Что-то вроде практики.

– Я потерял мать, когда мне было восемь лет, - неожиданно начал Грем, от чего я замерла.

– И что же с ней случилась?
– тихо и неуверенно спросила я.

– Родители поссорились и мама, собрав вещи, сказала, что уезжает. Она хотела забрать меня с собой, но отец не дал. Я тогда, не замеченный, сидел под лестницей и все видел, - его лицо было отрешенным, он погрузился в воспоминания.
– А потом, через два часа позвонили из полиции и сказали, что произошло ограбление магазина, где пострадали люди, включая и мою мать. Ее застрели, когда она пыталась защитить детей. Тот псих наставил на них пистолет, вот она и заступилась, - Грем слабо улыбнулся, но улыбка вышла совсем не веселой.
– Она всегда была такой смелой, и вот до чего ее это довело. Я помню, как отец ездил в морг на опознание тела, помню похороны и что я...
– он замолчал, не в силах больше продолжать.

Не говоря ни слова, я положила руку ему на плечо. Да и что тут можно сказать? "Сочувствую", "сожалею", "мне жаль" - не подходят. Поэтому попыталась успокоить его прикосновением, хотя, и не знала, что это тоже мало, чем поможет. Раны от потерь близких не излечиваются окончательно, всегда в душе будет осадок этой боли и горечи. И эта боль еще один пункт схожести между мной и Гремом. Я хорошо понимала его во многом, но в этом, как никто другой. Неожиданно для себя, я почувствовала, как начало жечь глаза. Тогда, поддавшись порыву, я крепко обняла Грема, чем очень удивила, но, ни секунды немедля, он обнял меня в ответ. Почувствовав, что еще немного и расплачусь, я мягко отстранилась от него.

"Соберись!" - сказала я себе - "Сейчас не время для нежностей". К тому же слезы испортят весь макияж, а я ведь сегодня должна быть на высоте, чему размазанная тушь никогда не способствовала.

У Грема тоже слезились глаза, и он отвернулся, чтобы я этого не видела. Тут зазвонил телефон и, прочистив горло, он ответил:

– Да? Хорошо, понял. Пускай идет, а я выдвигаюсь с вами, - он выключил телефон и кинул его в карман, поворачиваясь ко мне.
– Ну что, пошли?

Глава 31

Я перелазила через ворота склада, стараясь шуметь, как можно сильнее. Грем, Рик и Эван, притаившись, сидели рядом с входом, скрытые выпуклостью стены. Я спрыгнула на землю, поправила юбку, чтобы не было видно оружие. Тут, скрипя, открылась дверь маленькой каморки, откуда вышли двое высоких и слишком уж мускулистых парней, явно оборотни. Значит, мои усилия "устроить больше шума", пропали не зря, но радоваться этому или огорчаться, я не знала.

Они вышли, а я замерла, но, опомнившись, обворожительно улыбнулась и пошла к ним, не забыв оставить приличную дистанцию между нами.

– Привет, мальчики. Я Алиссия.

Один приблизился и посмотрел на меня немного недоверчиво, а второй был расслаблен и радовался "случайной" встрече, это слышалось в голосе, когда он сказал:

– И как такая красавица забрела в такое Богом забытое место?

Я пожала плечами.

– Сама не знаю. Вчера приехала в город и от скуки решила побродить по заброшенным местам. Вот и наткнулась на этот склад. А вы, парни, что тут забыли?

– Мы тут... так, бездельничаем, - подходя ближе, сказал оборотень, и я смогла разглядеть его лицо и темные, слишком длинные для мужчины волосы. Скажем откровенно: он красив, но сути дела это не меняет. Красоту запросто можно приобрести или отнять, а вот с душой все обстоит по-другому. И чтобы лицом не выразить презрения к этим "милым мальчикам", пришлось приложить немало усилий.