Чтение онлайн

Интересно, будь тогда дядя один – может, просто отпустил бы Рингила и прикрыл все его шалости?

Хейтер тряхнул головой. Как вообще можно думать так о демоне, образ которого покоится в самом дальнем уголке сознания с пометкой «сволочь последняя»? Сегодня позволишь себе оправдать Галиара, а потом – ту голубокожую... Которая вовсе не безымянная. Беспредельщики виновны уже тем, что продолжают идти ложным путем. И прощать можно только тех из них, кто честно свернул... Как Славка. Рингил вспомнил этого странного демона нехотя – воспоминание не относилось к приятным. Нельзя было назвать хорошим чувство зависти к неудачнику, так и не привыкшему к своей демонической сути, так и не получившему ничего, кроме свободы...

Да, Слава, бывший близкий друг Пейнджела, не был кем-то, кому вообще можно завидовать, пребывая в здравом уме. Но кто может сказать это о любом из хейтеров? Особенно о ком-то из тех, кто отчаянно ищет идею, за которую мог бы умереть, и боится признаться себе, что одну уже нашел... Только она недостаточно велика для всех, кроме него самого.

Омерзительное ощущение – чувствовать, что в твоей голове правит бал мнение, обычно называемое общественным. Честное слово, куда лучше, когда тобой управляет кто-то с четкими и не завышенными требованиями. Интересно, а каково это – когда тебе отдают команды? Наверняка Мэлис научили делать это так, чтобы жертва ничего не замечала...

Рингил мысленно усмехнулся. Ничто не было способно так качественно вызвать смешок, как предположение, что один полосатый хейтер мог бы обучаться во «Вратах». Конечно, туда можно было совершенно спокойно прийти и поступить, сдав экзамены, но сама мысль казалась до невероятия дикой. Учиться чему-то, что так и не удастся применить в жизни? Пусть те, кто собирается жить вечно, учатся. Он умрет, и это решено. Было решено – до того, как начали приходить сомнения.

–И ничего не сделал? – Мэлис криво усмехнулась. Похоже, удержание контроля не составляло для не никакого труда. – Тогда он имеет полное право считать себя подонком и трусом.

–Пси большое, – Рингил уставился на свои пальцы. – Я чуть не начал его оправдывать.

Честность – лучшая политика. Когда можешь себе ее позволить.

–Родственники, Рингил, это большая головная боль... или мигрирующая. Ты не его оправдываешь, ты считаешь, что он хороший, чтобы не беспокоиться о своем внутреннем мире. А на самом деле энергоматрицы [ 3 ] двух демонов могут серьезно отличаться, даже если они – близнецы, – Мэл излагала то, что в большинстве компаний сочли бы прописными истинами. – А если учесть то, что все братья твоего отца прошли коррекцию, о чем ты мне сам рассказывал...

–Да, – взгляд поднять так и не удалось. Наверняка у Мэл появилась еще одна причина презирать мальчишку по имени Рингил Джайнис. Может быть, не стоило так категорично решать насчет образования? Ему еще и десяти нет... А во «Врата» принимают в двенадцать. Для вундеркиндов скидка... Нет, на гения он не тянет, скорее на клинического кретина, значит – придется выждать еще два года. И идти не во «Врата», а в «Путь», уж слишком осчастливленный тем фактом, что его стены покинула старшая сестра Рингила.

Нет, это глупо. До двенадцати лет он просто не доживет. Возможно, эта авантюра – последняя. Хотя Мэлис вряд ли позволит ему погибнуть от рук разъяренной Алары и ее несостоявшихся женихов. А с непредельщиками она ловко управляется – пока их не слишком много и пока среди них не попадаются высокоуровневые в опасных количествах.

Хотя – а какое количество для Мэл может считаться опасным? Такое число сейчас еще существует?

Рингил прикрыл глаза, зная, что это сейчас незаметно. Нет, он ни в чем не подозревает Мэлис. Она – идеальный хейтер и идеальный демон. И глупо думать, что она именно сейчас планирует свою смерть.

На внутренней стороне век при желании можно было увидеть привычные контуры изображения, так часто приходившего во сне. Тропа определенно приближалась к обрыву – хотя год назад казалось, что он ближе, чем сейчас. Ложная тревога. Опять – ложная.

–Так чего ты от них хочешь? Есть такое смягчающее обстоятельство, оно же клеймо – «жертва эксперимента». Нам, жертвам, отвечать незачем – у нас всегда есть на кого свалить все свои грехи. Допивать будешь?

Рингил кивнул и принял початый стакан. Мэлис – тоже вампир, но не циклится на этом. Хотя от хорошей охоты никогда не откажется... наверное. Один раз не отказалась. Тогда не удалось – жертву случайно обратили... После такого облома, да еще формально по своей вине, вполне можно охладеть к подобным развлечениям...

Дневник Алары. День 19 год 9

Если я не обсчиталась, то прошло около трети времени, отведенного на тренировки. Дни уже начинают выпадать из календаря, а я хочу домой... И это правильно, так как хотеть мне придется до конца года.

Все-таки сдала досрочно эту Контерову, то есть святую, магию. В сумме с иллюзиями получается не так уж и плохо, может, раз в жизни смогу уехать вместе со всеми... Поправка, второй раз в жизни – на седьмом курсе у меня хватило наглости и везения все-таки сдать с группой, но потом директору жаловались на нервный срыв почти все. А я не виновата, что в стрессовой ситуации веду себя неадекватно. По счастью, в этом году на стресс всем плевать прицельно, а из досрочной сдачи сделали чуть ли не норму. Преподы бесятся, директор безмолвствует, а мы пользуемся ситуацией, пока в этот муравейник не сунут головню первого проигрыша.

По-моему, я – единственная, у кого вообще есть шансы на победу. Поэтому я должна проиграть, иначе слишком собью баланс. И проиграть мне придется красиво, потому что я хочу закончить год с отличием.

Следующий год моего обучения будет последним. И мне придется искать для себя новую постоянную нагрузку. Надеюсь, это все же будет аналитический отдел.

«Совершенная, ваши инструкции будут исполнены», – отчитался в моей голове голос Галиара. Я почти не лгала Рингилу – его дядей я действительно управляла. Но для этого не нужно было применять специальных навыков.

Прикоснувшись к разуму брата Пейнджела, я не обнаружила там ожидаемой грязи. Скорее всего, она была аккуратно убрана под многочисленные блоки, но меня все равно приятно удивило отсутствие чуть ли не обычной для моих подчиненных мешанины мерзких в своей редкой гениальности мыслей. Галиар вежливо приветствовал меня, не спрашивая о цели визита Совершенной на территорию, самозахваченную хейтером, и предложил любую возможную помощь.

В сущности, мне с ним серьезно повезло. Дядя Рингила оказался одним из сотрудников, подчинявшихся напрямую моей бабушке – причем с охотой сообщил, что перешел под командование Эанис после того, как его перестали устраивать методы работы Дэз. О моем существовании и реальном положении дел он знал достаточно, чтобы не удивляться моему желанию сыграть в героя хейтерского пространства. Вообще, как мне показалось, у него были какие-то подозрения на тему того, что я хочу исподволь ликвидировать хейтерскую проблему как факт, но эти мысли он тоже старательно спрятал.

Галиар был преданным непредельщиком. В некоторой степени идейным. В организацию его привело нечто личное – а, может быть, просто неприглядное, в любом случае эту информацию мне тоже не удалось увидеть. Я и не стремилась. О сотрудниках не обязательно знать все – достаточно быть уверенной, что они не подведут.

Дядя Рингила подводить не стал бы. Во всяком случае, не свою повелительницу. И еще мне очень понравилась его нелюбовь к лишним вопросам.

Насчет отношения к племяннику я тоже не солгала – Галиар очень хотел бы знать, что рядом со мной делает мелкий член его семейки, причем настолько сильно, что этот вопрос блокировки не выдержал. Я сообщила максимально обтекаемую причину, особо перенеся упор на тот факт, что Рингилу ничего не грозит. И, похоже, угадала – именно это и хотел услышать его дядя. В принципе, я понимала чувство вины, которое он вполне мог испытывать – в какой-то степени, разумеется. И была рада, что Галиар на такие ощущения способен. Это автоматически делало его в моих глазах кем-то действительно особенным. И повышало мое мнение о моих подчиненных в целом. Конечно, я уже давно не оценивала их как сборище садистов и ненормальных, но время от времени мне приходилось играть в хейтершу – и осадок оставался.