Мелким не место в жизни баскетбола
Шрифт:
— Новая подружка?! Что с твоим лицом, Максимилиан?! — спросил он, гневно рассматривая сына.
— Это Ле-е-ера, — протянул Макс, целуя меня в щеку, я покраснела и потупила взгляд вниз, соображая, как можно уладить сложившуюся ситуацию.
— Валерия, ну что ж, мое имя Виктор Игоревич, я отец этого оболтуса, прошу пройти в дом, — жестом указал мужчина на входные двери.
— Благодарю, но я лучше поеду домой, — промямлила я под пристальным взглядом зеленых глаз.
— Нет, ты останешься со мной, — заявил Макс, прижимая меня ближе к себе.
Я неосознанно закатила глаза, чем вызвала еле заметную улыбку на лице Морозова старшего.
— Проходите в дом, далее разберемся.
Виктор Игоревич развернулся и пошел в сторону дома, Макс потащил меня за руку за ним. Мы вошли в обставленную со вкусом гостиную, мужчина сел в шоколадного цвета кожаное кресло, взял в свою руку бокал с виски и сделал из него глоток. Движения, манера поведения, даже речь — все было фактически идентичным у отца и сына.
— Мы идем спать, я устал, завтра поговорим, — бросил Максим и повел меня к лестнице на второй этаж.
Я бросила удивленный взгляд на Морозова младшего, заметила заинтересованный взгляд Морозова старшего, мои щеки стали гореть, и, повинуясь, я пошла за Максимом наверх. Открыв двойные двери, парень впустил меня вперед себя, я оказалась в большой комнате, напоминающей гостиную с бильярдным столом и небольшим баром с внушительным техническим оснащением. Далее Макс повел меня в соседнюю комнату, которая служила спальней. Обставленная со вкусом комната была идеально убранной, без каких-либо изъянов. Никогда бы не подумала, что у парня может быть такая чистая и ничем не захламленная комната. Отлично, и что дальше? Я посмотрела на парня, стянувшего с себя легкий свитер и бросившего его на пол, оставшись голым по пояс. Лучше бы он этого не делал: я просто по-свински стала пялиться на его фигурно вылепленное мышцами тело. Заметив мой взгляд, Морозов ухмыльнулся и направился в соседнюю комнату. На этот раз это была ванная комната, по центру которой располагалась джакузи, и рядом непринужденно покоилась полупустая бутылка виски. В этом доме живут одни алкоголики? Сколько можно пить? И как при этом можно быть таким восхитительным спортсменом? Я явно не улавливала многих вещей. Макс стал расстегивать ремень и грубо выматерился. Я уже собиралась вылететь из этой комнаты и преспокойненько отправиться домой, но, увы, не судьба.
— Лера, — позвал Максим, подходя ко мне, — помоги.
Я вздернула вверх бровь.
— Помочь с чем? С ремнем? — уставилась я на него, изображая полную дуру.
Парень согласно кивнул и подошел вплотную ко мне.
— Морозов, ты охренел?! Мало того, что выдернул меня из постели самым что ни на есть наглым образом, после чего притащил меня к себе, а теперь ты еще просишь расстегнуть тебе ремень, совсем уже? — возмущенная его наглостью, спросила я.
Макс зажал меня у стенки, настойчивый запах алкоголя с примесью одеколона парня окутал меня до невозможности. Я уперлась руками в его оголенную грудь, чувствуя бурлящий жар его тела, моим лицом снова завладела краска, и я снова бесстыдно стала рассматривать его идеальный торс. Облизнув верхнюю губу, я пристально посмотрела на парня.
— Стой смирно и убери руки так, чтобы я их видела, — скомандовала я.
— Окей, — ответил парень с довольной ухмылкой на лице.
За что мне все это?! Волкова, а ну соберись немедленно! Нет тут ничего сложного, нужно всего-то расстегнуть ремень брюк жутко сексуально парня перед тобой. Я потянула ремень на себя и стала расстегивать его, чувствуя, как ткань брюк расправляется над набухающим дружком Морозова. Черт! Черт! Я на это не подписывалась!
— Кажется, он тебя хочет, — хихикая, произнес парень.
Я бросила на него испепеляющий взгляд.
— Морозов, ты пьян!
— Мой организм работает как часы, несмотря на то, в каком я состоянии, — гордо произнес парень, зажимая меня у стенки ванной комнаты.
— Смотри-ка, как это ты смог такое сложное предложение целиком произнести? — с сарказмом произнесла я в лицо ухмыляющемуся Морозову.
— Ты неисправима, мелкая, — парень, шатаясь, отошел от меня и скинул брюки.
Мои глаза расширились, я медленно направилась к выходу.
— А поцеловать?
Я обернулась и посмотрела на довольного собой парня.
— Меня не привлекают ребята в хлам.
— А когда я буду трезв, поцелуешь?
— Нет.
— Нет?
Морозов вплотную подошел ко мне, я провела пальцами по его рассеченной брови, на которой уже засохла кровь.
— У тебя есть, чем обработать боевые ранения?
— Найдется, если ты поцелуешь меня.
— Морозов, это тебе нужно, а не мне, так что где перекись и пластырь, желательно еще и бинт?
Парень нахмурился и сложил руки на груди.
— Сначала поцелуй.
Честное слово, как ребенок, еще и в позу встал, я нахмурилась.
— Когда будешь трезв, тогда и поцелую, — твердо произнесла я.
— Точно? — с прищуром спросил парень.
— Да, где медикаменты?
— В тумбочке под раковиной, — искренне улыбаясь, ответил Макс.
— Отлично.
Я подошла к тумбочке, извлекла необходимое мне и вернулась к парню. Его полуголый вид меня, честно говоря, смущал, но, собравшись с силами, я запретила себе замечать его оголенное тело и как-либо реагировать на это. Встав перед ним, я обработала его бровь, губу и костяшки пальцев.
— Ну вот, совсем другое дело.
— Думаешь? Мне даже полегчало.
— Тебе бы поспать.
— Ага, и тебе.
— Я дома посплю.
— У меня дома.
Изумрудные глаза Максима стали серьезными.
— Нет, у себя дома, — четко сказала я и направилась в который раз к выходу.
— А чем тебе не нравится мой дом? — крикнул следом Макс.
— Тем, что он твой.
Черт, это было грубо. Я захлопнула дверь и выбежала из его комнаты. Спустившись вниз по лестнице, я наткнулась на отца Морозова.
— Вы так быстро уходите? Обычно девушки моего сына остаются с ним до утра, — как бы невзначай бросил он грязный намек в мою сторону.
Отлично, его отец принял меня за очередную девочку на ночь, что меня основательно задело.
— Я учусь с Максимом в одной академии, и кроме совместной пары физкультуры два раза в неделю нас с ним ничего не связывает, — чеканя каждое слово, произнесла я.
— Вы мне нравитесь, — с улыбкой на лице произнес Морозов старший, — хотите что-нибудь?
— Нет, ваш сын прервал мой сон, поэтому единственное мое желание — оказаться дома.
Я услышала шорох позади себя и обернулась. На лестнице стоял Макс в одних спортивных штанах.
— Максимилиан, твоя девушка возмущена твоим поведением, как видишь, не один я недоволен твоими манерами, — как бы невзначай произнес Виктор Игоревич.
— За своими бы манерами проследил, отец, — грубо произнес Макс.
Я почувствовала себя крайне не комфортно, являясь свидетелем перепалки между отцом и сыном, но меня никто не спрашивал. Глаза обоих Морозовых стали чернее ночи, они оба в момент напряглись и просто прожигали друг друга взглядами, ведя невидимую борьбу.