Чтение онлайн

– Позвольте, я вас провожу?
– предложила смуглая женщина мужчине с большим животом.

– Да, спасибо.

И они вышли из комнаты. Из коридора слышались их голоса. Мужчина рассказывал индуске о том, как прекрасна и великолепна его мелодия.

Я снова сел, еле сдерживая свое любопытство. Похоже, Ричарда забавляло мое состояние.

– Не волнуйся, дружище, еще чуть-чуть осталось.

Я хотел было ответить, но в глазах потемнело, и я провалился в темноту.

IV

Музыка, подобно которой я ни разу не слышал за всю свою жизнь, словно нить Ариадны, вывела меня из лабиринта темноты и забытья.

Я открыл глаза и обомлел, потому что не только слышал музыку, но и видел её. Цветовая гамма нот, гармонически переплетаясь между собой, обволакивала меня в виде кокона.

Мелодия проникала в самые глубинные участки моего сознания и выводила наружу давно забытые воспоминания.

Вот моя ссора с отцом, после которого я не общался с ним почти год, и не успел помириться, потому что он умер. Вот мать, которая винила в смерти отца меня, так как он очень переживал и скучал по мне, а я был к отцу жесток.

Мелодия зазвучала громче, а цвета музыкальной радуги стали ярче.

Вот я у постели умирающей матери, которая просит у меня прощения за то, что обвиняла меня в смерти отца.

«Он сказал, что ты не виноват в его смерти, - прошептала она.
– Он ушел, потому что пришло его время».

А потом ушла и она.

Мои щеки стали мокрыми. Я слушал божественную мелодию, смотрел на игру радуги, заново переживая моменты своей жизни, и плакал, потому что, несмотря на слова матери, не перестал винить себя. Но сейчас почувствовал, что пришло время себя простить. И только после этого я ощутил умиротворение. Мелодия перестала звучать, а разноцветная радуга рассеялась, словно дым.

Я поднялся. Оказалось, что я лежал в кровати. В комнате кроме меня была красивая зеленоглазая женщина в голубом сари с блестками на ткани, а также мальчик восьми лет, который сидел за роялем.

– Здравствуйте, Сэм, - сказала она с акцентом.

– Добрый день, - встал я с кровати.

– Я Лилавати, - представилась женщина и, указав на мальчика, добавила: - А это мой сын Баларама.

– Он и есть целитель?
– удивился я.

– Да, - женщина нежно улыбнулась мне.

Точно также в детстве улыбалась мне мама.

– Как восхитительно он играет на рояле, - сказал я, глядя на смуглого мальчишку с карими глазами. Его черные волосы торчали ежиком.

– Я не слышала вашу мелодию, Сэм, - сказала Лилавати.

– Как это?
– удивился я.

– У каждого человека своя мелодия. Мелодия души, ноты которой из-за неправильных действий, негативных мыслей или неверного выбора человека, сбиваются, что приводит к различным болезням.

– И вы не видели той красоты, что витала в воздухе, когда играл ваш сын?

– Нет, - ответила женщина. Её зеленые глаза наполнились нежностью.

Она подошла к сыну, и погладил его по голове, сказала:

– Баларама тоже не слышал вашу мелодию.

– Но как такое возможно?

– Подойдите, Сэм.

Я подошел.

– Нажмите любую клавишу.

Я так и сделал. Но ничего не произошло.

– У этого рояля нет струн, - сказала она.

Глядя на мое недоумение, Лилавати ответила:

– Мой сын пережил клиническую смерть, после которой потерял дар речи, но обрел дар расставлять по местам спутанные ноты мелодии души человека, - несмотря на акцент, слушать её мне было приятно.
– Баларама через этот бесструнный рояль как бы подключается к вашей душе, начинает видеть ноты мелодии вашей души и начинает играть их правильно, возвращая им былой строй. Но слышите эту мелодию и видите только вы.

– Слышать музыку привычно, но вот видеть - для меня это что-то новое.

– Каждая нота имеет свой цвет, как каждая болезнь имеет свои причины.

– Удивительно, как семь нот способны творить такую божественную мелодию, - сказал я, понимая теперь восторги людей, выходивших из комнаты.

– Двенадцать, - сказала Лилавати.

– Что?

– Двенадцать нот.

– Но как?

– Вы знаете, что такое октава?

– Смутно помню.

– Покажите мне.

Я зажал пальцами ноту «до» и «си».

– Правильно, - сказала она, - что вы видите помимо белых клавиш?

– Черные, - сразу же ответил я.

– Сколько клавиш теперь?

– Двенадцать, - ответил я.
– Но ведь это не совсем ноты, а полутона.

– Но они есть, - сказала Лилавати.
– И отрицать их нельзя. У радуги тоже двенадцать цветов, а не семь. Как и год состоит из двенадцати месяцев. Или день из двух периодов по двенадцать часов.

– Я как-то не задумывался об этом, - сказал я и, отойдя от рояля, сел на край кровати.
– Если Баларама сыграл мелодию моей души правильно, то, получается, я теперь здоров?

– Получается, так, - Лилавати улыбнулась.

– Но ведь это чудо! Почему бы не рассказать об этом всему миру? Скольких людей можно спасти. Тогда и врачи будут не нужны.

– Не все так просто, Сэм, - сказала Лилавати и присела рядом со мной. Я почувствовал легкий цветочный аромат, исходящей от нее.
– За врачами стоит целая система, которая не позволит разрушить то, на что ушли миллиарды денег. То, что сейчас целителей считают шарлатанами, это работа той самой системы. И потом есть еще и карма.

– Да, я знаю о ней, но причем тут это?

– Я вам говорила, что у каждой болезни есть своя причина. Одни болеют по карме, это их урок, который они должны пройти. Вторые, своими мыслями или действиями заработали себе болезнь. Но бывает и так, что мысли или действия родителей способствовали тому, что их ребенок заболел. Балараме можно помогать только вторым и третьим.

– А как вы узнаете, кто болеет по карме, а кто из-за другой причины?

– Судьба сама приводит их. Вас привел друг. Вы приведете кого-то, кто заслуживает второго шанса, - она положила свою руку на мое плечо и добавила:

– А теперь вам пора, Сэм. Нам из-за того, что вы потеряли сознание, пришлось пропустить вас без очереди.

– Да, конечно, - сказал я, - как мне отблагодарить вас?

– Вы отблагодарили меня уже своим присутствием, - женщина посмотрела на своего сына, - помогая Балараме выполнять свое предназначение. Приводите тех, кому, по вашему мнению, судьба хочет подарить второй шанс.

 - Можно я тогда поцелую вашу руку?
– попросил я и встал.

Лилавати поднялась и протянула мне правую руку, которую я с благодарностью поцеловал. Потом подошел к мальчику, поблагодарил и его, пожимая маленькую руку целителя. После чего вышел из комнаты.