Чтение онлайн

Еще щелчок, недолгая возня с ключом, и дверь распахнулась, впуская посетителя. Кириа почувствовал, как теряет сознание, тело плыло, подхваченное мертвыми руками. Мороз отступил - все отступило перед обволакивающим ужасом. Мозг кричал: “Бей и беги! Бей и беги!”, но некого бить и некуда бежать. Волны адреналина разрушали каждую клеточку организма, сушили и жгли сердце. Секунды казались вечностью, обрывки самопальных молитв обращались к небесам с просьбой увести посетителя как можно быстрее прочь. Кириа надеялся, что сейчас щелкнет выключатель, шаги удалятся и снова загремит дверь, разделяя пленника и невидимую угрозу. Но тот продолжал стоять, не двигаясь, словно рассматривал помещение.

Мысль о том, что единственное движение выдаст живого среди мертвых, свела мышцы судорогой. Навернулись слезы, и через пелену Кириа увидел, как лицо напротив распахнуло глаза. Заорать пленный не успел. Дверь с грохотом захлопнулась и разразился до боли знакомый хохот.

– Ты таки повелся!
– сквозь смех проговорил Рамфоринх. Веки сбросили слезы, и Кириа увидел, что мертвец лежит без изменений. Он не открывал глаз, не просил о помощи, как примерещилось живому в приступе паники. Пленный стек на пол и с ненавистью уставился на врача.
– Ну хотя… был ли у тебя выбор?

Хотелось схватить готовое изделие и забить им Рамфоринха до смерти. Жаль, плеер слишком мал и непрочен… Правда, если запихать его в глотку…

– Тебе хочется убежать? Уйти? Разорвать меня в клочья?
– врач все хохотал и не мог остановиться, словно участвовал в шутке века. Наконец, он утихомирился и серьезно добавил: - Ты перемазался в крови.

– Ах, не провоцируйте меня, я человек слабой воли!
– к удивлению Кириа, это сказал он сам, умудрившись поместить в дрожащие обертоны каплю сарказма. Улыбка Рамфоринха стала обескураженной, а брови слегка приподнялись. Непонятно, о чем он подумал, но Кириа буквально впился глазами в счастливое лицо, словно пытался прочитать по нему, что будет дальше. Вслух-то врач точно не скажет.

– Я знаю, не нравлюсь тебе, - спокойно сказал Рамфоринх, навалившись спиной на дверь. Он скрестил на груди руки и открыто встретил взгляд своего узника.
– Но ты не думай, на самом деле я умею нравиться людям.

– Почему же не пользуетесь этим умением?

– Я не дурак.

Кириа не совсем понял, о чем они говорили и до чего договорились. На его бессмысленный, сбитый с толку взгляд Рамфоринх вытянул руку в требовательном жесте. Через несколько секунд в ладонь легла плоская маленькая коробочка. Пока врач разглядывал ее, бережно поворачивая в тусклом свете, Кириа стоял рядом, выжидая. Собеседник не торопился двигать события дальше. Хотя после пережитого ужаса пленный имел право не на пару ампул, а на целую цистерну итариума. Так ему упорно казалось.

– Ты правда веришь мне?
– спросил вдруг Рамфоринх.
– Веришь, что я возьму и пойду на кражу? Проникну на склад и уведу провизию для офицерского состава?

Кириа не ответил - гадал, очередное ли это испытание нервам или мучитель отказывается выполнять свою часть договора.

– Смешно то, что они трясутся над каждым граммом редких препаратов, - продолжал врач.
– Тогда как срок годности немилосердно истекает, и сыворотка жизни превращается в яд. Но и в самый последний день этого срока я не имею права отдать лекарство крысе.

На “крысе” кулаки Кириа непроизвольно сжались. Резкая речь, сказанная мягким голосом, шла, похоже, к трагическому выводу. Дыхание участилось, картинка перед глазами поплыла. “Он не знает, как включать плеер!
– крутилось в голове.
– А до тех пор, пока не властен над управлением, не посмеет от меня избавиться. Надо выйти наружу, там я смогу что-нибудь придумать!”

Быть может, сейчас его отведут в барак, сунут в карман ампулы… А может быть, пристрелят посреди очередного язвительного предложения… нет! Нет, это не похоже на Рамфоринха. Он не станет отказывать себе в удовольствии поизмываться над жертвой. Будет крутить пистолетом у виска до тех пор, пока Кириа не рехнется… или скальпелем. Пленный сглотнул - он понял, что прямая дорога из крематория упирается в операционную, где чудовище в бордовом халате разделает его с пристрастием.

Какие уж тут ампулы…

– Послушайте… Я много пережил, может, хватит?
– с ужасом Кириа понял, что произносит слова вслух. Врач усмехнулся и схватил пленного за рукав серой робы.

– Плохо выглядишь, - сказал он с мрачным оскалом. И тут же сменил тему: - Как пользоваться этой штукой?

Ну и как не ответить человеку, готовому прихлопнуть тебя в любой момент? Сохранить техническую интригу? Сказать: “Сообщу, как только вернете меня в барак!”? Рамфоринх настоятельно дернул рукав.

– Замкните контакты, и будет играть. При условии, если найдете к нему батарейки или соорудите питание от сети. Понадобятся некоторые приспособления, вроде изолированной медной проволоки. Разберетесь. Я могу идти?

– Погоди, мне нужно проверить, - Рамфоринх больше не смотрел на свою живую игрушку, полностью посвятив внимание плееру.

– Если что-то не так, вы знаете, где искать меня.

– А вдруг ты завтра подорвешься, интеллигент? Или тебя пристрелят… Пойдем-ка.

Кириа внутренне запаниковал, но его уже потянули из крематория наружу. Рывком дверь вышла из косяка, впуская в помещение новую волну свежего воздуха. Кириа встретило ночное небо и подмигивающие звезды. Утро еще не наступило… На улице оказалось теплее, но радости от этого было немного - Рамфоринх подтолкнул Кириа в сторону медблока, посмеиваясь и тихо бормоча нечто, что казалось ему дико смешным. Пленный уже ничего не слышал и не воспринимал.

Через пару минут Кириа окружили заляпанные стены операционной.

========== 4. Откуда берется эталон мелодий? (2) ==========

Кириа без того посещал операционную каждую ночь в кошмарах, когда удавалось заснуть. Не так уж много времени он провел в лагере, но, казалось, уже вечность вокруг истощенные люди, голод и постоянный страх. Правда, метафизический ужас перед лагерным врачом несравним с тем, что Кириа испытывал сейчас. Стол перед ним оказался покрыт размытыми пятнами, о происхождении которых гадать не приходилось.

– Чего остолбенел?

Кириа обреченно глянул в окно - глубокая ночь. Медблок пуст, а это значит - вокруг нет ни единого уха, в которое можно выкрикнуть: “Я сделал для Рамфоринха плеер! Рамфоринх пошел на сговор с врагом! С гением-радистом!” Да, это не спасло бы его, возможно, даже, растянуло последние минуты в часы, но так страстно хотелось уволочь Рамфоринха за собой… или хотя бы на грамм ухудшить положение врача.

А тот спокойно шуршал сзади, меняя халат. Новый не выглядел чище, казалось даже наоборот - больше крови, больше темных пятен, дыр, прорезанных когтями пациентов. Кириа представил бледные руки, беспорядочно цепляющиеся за все вокруг. За халаты… врач так увлекся застегиванием креплений, что позабыл улыбаться, сосредоточенно пыхтел над поломанными застежками.

“Соберись, тряпка!” Кириа огляделся в поисках инструментов. Незаметно сунуть в рукав металлический продолговатый предмет с острым концом, как их обучали за пять минут до высадки в горячую точку, а потом… Потом воткнуть в горло ненавистной твари. Любишь обнажать шею, подчеркивая бесстрашие перед пленными? Получи!

Он незаметно подошел к препараторскому столу, и по телу прошла очередная волна холода. Кириа даже не сразу понял, почему. Инструментов на металлической поверхности не оказалось, зато лежали фотографии.