Чтение онлайн

— нельзя беспокоить людей, которые выиграли от эльвириных чудес. Кроме того, что выяснение и раскрытие правды нарушает права человека, право личности на приватность, охрану персональных данных, кучу других законов, это станет жестокой травмой для замешанных лиц… Ну, вот каково будет, к примеру, жене знать, что муж бросил любовницу в результате искусных манипуляций, а не потому, что раскаялся? Внучка, что получила наследство только потому, что ее мать заплатила, чтобы на старушку повлияли в выборе наследника, обойдя других, может испытывать жестокое чувство вины, хотя вины нет… И тому подобное…

— еще бережней нужно отнестись к пострадавшей стороне — они ведь не знают, что они пострадавшие. Эти люди пережили и отстрадали свои потери, живут дальше. И каково им будет узнать, что случилось, если статус кво вернуть уже все равно невозможно?

Поскольку каждый индивидуальный случай рассмотреть невозможно, то, в интересах, всех участвующих в деле лиц, суд постановил запретить огласку данного дела полностью. Потерпевшие не знают, что они потерпевшие, и не нужно им этого знать.

Дело развалилось полностью. Это была идеальная афера.

Блудница вавилонская, в порфире и багрянце, на звере с семью рогами с чашей нечистот людских в руках своих, промчалась над полицейским участком и прокуратурой, огнями дьявольскими оставляя на ночном небе записку: “Хрен вам, а не мое агентство!”

Единственный вопрос, что остался у сдавшейся полиции — почему мадам Эльвира, при такой юридически идеальной схеме, лучших адвокатах и очень подготовленном кризисном плане, бесследно исчезла, в течении нескольких часов за бесценок продав всю свою недвижимость и прочее имущество. Ей, при ее юридической поддержке, несложно было бы выпутаться, как было уже не один раз.

И куда делся бумажный архив агентства, который, как показал персонал, много лет хранился в подвале. Что-то тут не то…

Макс старательно играл роль борзого мальчика по вызову, который чавкал жвачкой и разваливался на стуле, а на самом деле очень боялся. Не смотря на многократные репетиции допроса, выученные назубок ответы и крутого адвоката. Макс боялся, что спросят про то, что он делал на режимном объекте, про ручки эти. Про военного…

“Помни, Максик, что ты жиголо и никто больше. Не умничай, как ты любишь, будь проще, эти мальчики только одно обычно умеют… С мальчика по вызову никакого спроса”.

Вышел из участка уверенной походкой. Все тетки-полицейские пялились на его зад — остановился, элегантно им поклонился. Помнит, в самом начале Эльвира хореографа приглашала — элегантный поклон тренировать. “Это сделает из тебя джентльмена, Максик!”

…Ну, и что дальше? Что ему делать? Адвокат сказал, что подписку о о невыезде пока еще не сняли, еще придется на допросы походить, нужно вести себя скромно, ничего не нарушать и все будет хорошо… Нет, вряд ли агентство восстановит свою работу.

— И что мне теперь делать? — несчастным голосом спросил Макс

Адвокат сдержанно улыбнулся:

— Мадам Эльвира просила вам передать, что вы уже большой мальчик и справитесь без няньки, еще о и малявке обязаны позаботиться, — подвез Макса до дому и уехал.

Про ручки на режимном объекте полиция не спросила. Про военного дядьку, на этаже которого творилась странная кутерьма, тоже. Но вдруг спросят… Что ему отвечать? Чтобы не подставить себя, чтобы не подвести Эльвиру. Даже прима-балерина не может работать без сценария. С кем ему посоветоваться? Адвокат вряд ли в курсе этих дел, иначе он сам бы сказал… Бригадир пропал, да и Эльвира не хотела, чтобы он знал про эти ее дела, иначе не лезла бы сама в чей-то дом. С кем ему посоветоваться? Ну, как он раньше звонил “номер два” и она направляла его. Он, Макс, не может быть старшим…

Блин! Тренер! Тренер из какого-то закрытого спортклуба, приятель Эльвиры, умеющий драться, чтобы убить и драться, чтобы обмануть, как никто другой…

Отправился к секретарше. А почему нет, в протоколе записано, что она его девушка, вот он к ней и ходит, дело молодое… Секретарша однажды звонила тренеру, переносила тренировку, в парке дождь был. У нее должен быть его номер!

Да откуда! Это год назад было, столько в истории телефона звонки не хранятся. Может, в телефонной компании… Но она даже не помнит, когда звонила.

Когда это было, когда это было?…Помнит, с парнями ходили после той первой тренировки в бар, там показывали футбол… Кто играл? Блин! Он так плохо разбирается в футболе. Одну команду только помнит. Но бригадир хвалил игрока из другой, типа, результативный…. Где футбольный сайт?…Вот они, вот эта игра! Есть дата.

Поволок секретаршу(ведь звонили с ее номера!) в телефонную компанию. Отказывались предоставлять такую услугу, не обязаны. Долго пришлось убеждать, рассказывать сказки, что вопрос жизни и смерти, улыбаться и заглядывать в глаза, выталкивать вперед зареванную секретаршу — пожалейте девочку… Короче, получил он тот номер. Позвонил с нового телефона.

— Добрый день! Это… это звонят из… — блин, как бы представиться, чтобы не подставиться, — из балета бегемотов. Я тот, который антилопа… Ну, помните, вы нас тренировали?

На том конце молчали. Кто ж вспомнит антилопу из балета бегемотов, подумает, что телефонные хулиганы шалят…

— Как же, — сказал тренер, — помню, помню, способный парень… Вы по поводу тренировок? Я тут занят, перезвоню позже, — и прервал звонок.

Макс вздохнул. Понятно, конечно, что общаться не хочет, но попытаться стоило. Но скоро тренер позвонил с другого номера.

— Раз у тебя хватило ума найти мой номер, значит стоит тебя выслушать, сынок. В чем дело?

— Тут такое случилось…

— Я знаю, — прервал тренер, — Тебе что нужно?

— Ну, это… я совсем один. Я не знаю, что мне делать…

— Ты беспокоишь незнакомого человека, чтобы поныть? Что тебе нужно?

— Я боюсь, что меня в полиции спросят про ее дела… это самое… немагические ее дела. А я не знаю, что отвечать, чтобы себя не подставить и ее не подвести… Вот, послушайте! Когда вы тогда нас тренировали, она велела мне…

— Стоп! — очень быстро сказал тренер, почти закричал, — Не нужно мне об этом говорить, мне неинтересно… Если тебя спросят об этом в полиции — хотя вряд ли, то ты без адвоката даже не раскрывай рот, вообще ничего не говори, а если спросят не в полиции….

Ох! Это где еще?

— …а вот, если не в полиции, то никакого другого варианта, кроме того, как сказать правду у тебя нет. Довольно глупо будет выкручиваться, если ты к этому не готов, гораздо лучше сотрудничать. Нужно извлечь правду и ее предоставить…