Чтение онлайн

В 1791 году Фредерик-Серафен был назначен послом в Гаагу, но вскоре был отозван. В декабре 1792 года Люси вернулась во Францию, чтобы не лишиться имущества – эмигрантам грозила конфискация.

Франция уже была республикой; шел процесс над королем, закончившийся его осуждением и казнью в январе 1793 года. В марте был арестован отец Фредерика-Серафена; в этот раз его отпустили, но он беспокоился о судьбе сына и настоятельно рекомендовал ему с семьей уехать в провинцию, тем более что Люси снова ждала ребенка. В апреле они с мужем, маленьким сыном и верной Маргаритой уехали в замок Буй неподалеку от Бордо. В августе на замок был наложен секвестр, и Люси с сыном поселилась у знакомых в Бордо. Фредерик-Серафен скрывался у прежних слуг их семьи.

В сентябре 1793 года Люси родила дочь, названную в честь отца Серафиной. Положение в Бордо, где революционный трибунал день за днем выносил смертные приговоры, делалось все более опасным. Благодаря помощи Терезы де Фонтене, подруги комиссара Конвента Тальена, Люси удалось получить для себя, мужа и детей паспорт для выезда в Америку, и в марте 1794 года они отплыли в Бостон на судне «Диана». Плавание продолжалось более полутора месяцев.

Прожив месяц в Бостоне, семья перебралась в окрестности Олбани в штате Нью-Йорк. У них были рекомендательные письма к жившему там генералу Скайлеру, который помог им устроиться на первое время. К зиме они купили ферму, на которой прожили до 1796 года. Люси сама вела хозяйство, готовила, стирала, шила. Их навещали приехавший в Америку Талейран и другие французские путешественники. В Америке они узнали о казни отца Люси и отца ее мужа. В 1795 году инфекционная болезнь унесла маленькую Серафину.

В 1796 году семья вернулась во Францию, добравшись морем до Кадиса, а потом проделав долгий путь через всю Испанию. В замке Буй оставались одни стены, все имущество было конфисковано и распродано, вернуть удалось лишь малую часть. Вскоре после приезда Люси родила дочь Шарлотту, которую при гражданской регистрации записали под именем Аликс.

В сентябре 1797 года вышел декрет, предписывающий всем эмигрантам в восьмидневный срок покинуть Францию, и Люси с мужем и детьми снова пришлось уезжать, на этот раз в Англию, где у них были родственники. Вернулись они только в начале 1800 года. На пути через ганноверские земли Люси родила еще одну девочку, Сесиль. Проведя несколько месяцев в Париже, они вернулись к себе в Буй и там прожили до 1808 года вдалеке от большой политики и высшего света. В Буе в 1806 году родился младший сын Люси Эймар.

В 1808 году Фредерик-Серафен был назначен префектом департамента Диль, и Люси поехала к нему в Брюссель вместе с дочерьми и маленьким Эймаром; старший сын Юмбер к тому времени уже поступил на службу в Антверпене. В 1813 году, когда ее мужа сместили с поста префекта, Люси поехала в Париж, добилась приема у Наполеона и выхлопотала новое назначение в Амьен. Там они встретили Реставрацию.

По протекции Талейрана Фредерик-Серафен де Ла Тур дю Пен Гуверне получил место посла в Гааге и одновременно вошел в состав французской делегации на Венском конгрессе, где определялись судьбы европейских стран после победы над Наполеоном.

Мемуары заканчиваются рассказом о высадке Наполеона. Люси в это время находилась в Голландии. О дальнейшей судьбе ее и ее родных известно в основном из сохранившейся переписки Люси с Фелиси де Ларошжаклен, дочерью Клер де Дюрас. Она прожила долгую жизнь, потеряла старшего сына, погибшего на дуэли, и обеих дочерей, умерших от туберкулеза; сопровождала мужа в его дипломатической карьере; воспитывала внучку. Младший сын Эймар за участие в неудавшейся вандейской авантюре герцогини Беррийской был заочно приговорен к смерти. Ему удалось покинуть Францию, и родители присоединились к нему в эмиграции. В 1837 году Люси похоронила мужа. Сама она умерла в Пизе в 1853 году.

Рукопись матери Эймар де Ла Тур дю Пен завещал своему племяннику Аделену де Лидекерке Бофору, сыну Шарлотты. Сын Аделена Эймар де Лидекерке Бофор, правнук Люси, издал «Дневник пятидесятилетней женщины» в Париже в 1906 году. С тех пор эта книга многократно переиздавалась, была переведена на английский и немецкий. Французское издание, подготовленное в конце ХХ века при участии Кристиана де Лидекерке Бофора, дополнено перепиской 1815–1846 годов, но сам текст мемуаров сокращен по сравнению с первым изданием. Фрагменты, которые издатель предпочел исключить, касаются в основном подробностей частной жизни – возможно, несущественных для «большой» истории, но по-человечески очень интересных. В переводе, сделанном с французского издания 1913 года, эти фрагменты сохранены.

Предисловие Эймара де Лидекерке Бофора к первому изданию помещено в конце книги, поскольку там рассказано о событиях, случившихся в жизни семьи после 1815 года, которым заканчиваются мемуары.

Оглядываясь уже на свою, российскую историю последнего столетия, мы ищем и находим немало сходства с тем, что еще на столетие с лишним раньше происходило во Франции. Жизнеописание Генриетты-Люси Диллон, маркизы де Ла Тур дю Пен – еще одна возможность что-то понять для себя и в той, прошлой, и в нынешней жизни.

Ирина Шубина,

2019 г.

История Французской революции, казалось бы, изучена вдоль и поперек. И сейчас уже французские исследователи изучают ночи Революции, животных Революции и даже, уж простите, пятую точку Революции. Однако тема остается неисчерпаемой. Во-первых, по причине того, что проблематика Революции обросла мифами, штампами и стереотипами. Во-вторых, по причине регулярных интерпретаций и реинтерпретаций темы, «поворотов», происходящих в исторической науке. Поскольку для французов Революция – это матрица современной политической культуры Франции, изменения в ее оценке происходят медленно и болезненно. Однако все, даже противники революции как способа трансформации действительности, согласны с тем, что именно Революция явилась событием, сформировавшим современные политико-правовые принципы, ставшие достоянием не только Франции, но и всего человечества. Поэтому перевод на русский язык воспоминаний современницы Революции Генриетты-Люси Диллон, маркизы де Ла Тур дю Пен Гуверне (1770–1853), трижды издававшиеся во Франции (в 1907, 1913 и 1979 гг.), представляет интерес и для российского читателя, поскольку для нашей страны Французская революция всегда была особой темой.

Мемуары всегда интересно читать, причем как специалисту-историку, для которого это особый вид источника, так и обычному человеку, интересующемуся историей. Тем более это воспоминания, написанные знатной дамой, образованной, наблюдательной, блиставшей при дворе, приближенной к королевской семье и оказавшейся втянутой в революционный водоворот, когда на ее глазах разворачивалась настоящая драма целой страны. Несмотря на то что книга называется «Дневником», это именно воспоминания, поскольку маркиза де Ла Тур дю Пен начала свой литературный труд только в 1820 г. (откуда и название – «Дневник пятидесятилетней женщины»), и предназначался он не читателям вообще, а младшему сыну Эймару, единственному из детей, который ее пережил. Писала свой дневник маркиза на протяжении почти тридцати лет.

Эпоха конца Старого порядка и постреволюционной Франции – это время, когда женщина играла заметную роль в обществе. Речь идет о прославленных хозяйках салонов, объединявших вокруг себя представителей высшего света, интеллектуальную и политическую элиту общества. Можно вспомнить имена герцогини д'Абрантес, мадам Адель де Буань, Доротеи де Дино, герцогини Курляндской, Дельфины де Жирарден. Все они были хозяйками салонов и оставили блестящие свидетельства политической и интеллектуальной жизни той эпохи. Жизнь маркизы де Ла Тур дю Пен была столь бурной, чреватой опасностями, бегствами, что ей было не до светского салона, а ее воспоминания – это прежде всего история семьи и стремление сохранить для сына светлую память о его отце.

Мемуары всегда являются очень субъективным, хоть и очень интересным для исследователя источником, и к содержащейся в них информации надо относиться весьма осторожно. Но в данном случае мы имеем дело с текстом, как уже отмечалось, предназначенным не просто для абстрактных потомков с целью прославить свое имя в веках, а для сына, поэтому это прежде всего семейная история. И пусть имя маркизы де Ла Тур дю Пен не связано с громкими скандалами, придворными интригами, амурными похождениями, что могло бы придать пикантности ее воспоминаниям и усилить читательский интерес, для нас ее дневник – это ценнейший источник по истории семьи, жившей не в романтичную, но страшную эпоху Революции, это история матери и жены, спасавшей свою семью, своих детей, это микроистория, вписанная в историю страны.