Чтение онлайн

Желающий узнать, что творилось на душе у Менно перед его выходом из католической церкви, может прочесть его "Размышления над 24-м псалмом". Эта работа отражает душевные страдания человека, недовольного своей нерешительностью и греховной жизнью. Брошюра была опубликована несколько позже, в 1539 году, и отчасти напоминает признания отца церкви Августина, в которых тот свидетельствует о глубокой душевной боли. В устах Августина песнь Давида, этого царствующего арфиста, превращается в страстную молитву о прощении.

При воспоминании о тех волнующих днях душевная скорбь вновь охватывает Менно. Его бедное сердце судорожно сжимается от боли, когда перед его глазами проходят события прошедшего года и его слишком безмятежная жизнь. "Господи, меня пугает множество грехов моих; я не знаю ни одного злодеяния, не совершенного мною. Я был как Каин зол, самонадеян и нечист как Содом, как Фараон жесток, как Корей непокорен, как Зимри развратен, как Саул непослушен; поклонялся идолам как Иеровоам, лицемерил как Иоав, много мнил о себе как Навуходоносор; был нетрезв как Навал, надменен как Сеннахирим; клеветал как Рабсака, жаждал крови как Иродиада, лгал как Анания. Как король Манасия восклицаю: "1 меня больше грехов, чем песка на берегу моря и звезд на небе". Менно стыдно, что в своем заблуждении он годами преклонялся перед иконами: "Я преклонял колени перед резными и литыми статуями и говорил: "Спаси меня, ибо ты мой бог!" Я искал света у слепых, жизни у мертвых и помощи у тех, кто и сам не в состоянии защититься от всякой нечисти. К слабому преходящему творению, из земли выросшему, на мельнице молотому, на огне печеному, которое я жевал и переваривал в желудке — к куску хлеба я говорил: "Ты спас меня", как Израиль к золотому тельцу: "Вот, бог твой, Израиль, который вывел тебя из земли египетской!"

Менно ни о чем не умалчивает! Ничего не скрывая, он простирает свою жалкую жизнь перед Тем, Кому известны отчаяния сердца и мысли: "Я был подобен прекрасно выстроенному могильнику; снаружи, для постороннего глаза — скромен, благовоспитан, кроток, никто не мог сказать что-либо плохое обо мне; изнутри же я был полон мрази, гнили и нечисти. Снаружи бокал мой был чист, изнутри же полон мерзости… Я не боялся ни Бога, ни дьявола, ни закона, ни Евангелия, ни ада, ни неба. Ничто не могло вывести меня из состояния покоя. Я не почитал ни Тебя (о Боже!), ни Твое Слово; я преуспевал в греховности, я искал только дружбы и любви мира сего".

Менно вдруг понял, что он грешник, что он блудный сын. "Его сознание вины и греха было очень сильное, почти болезненное", — пишет Кран. Возможно это замечание несколько преувеличено, однако оно подтверждает, что Менно истинно, в библейском понятии обратился к Богу. Это звучит совсем иначе, чем у С. Крамера, который полагал, что Менно обратился не из-за того, что Бог во Христе готов был простить грешнику, а из моральных побуждений, самоотречения, стремления к Божественной правде. Если бы это было действительно так, то Менно был бы гуманистом, проповедующим мораль, а не евангельским христианином. Из "Размышлений над 24-м псалмом" совершенно очевидно, что Менно изменил свою жизнь так, как этому учит Библия, как написано в Новом Завете. И в рассматриваемой нами брошюре речь идет не только о виновности и о грехе, но и, в первую очередь, о восхвалении Бога, любящего и милосердного: "Кто искал Тебя и не смог найти? Кто ждал помощи и не получил ее? Кто молился о милости и получил отказ? Кто взывал к Тебе и не был услышан?" Так говорят верующие, а не моралисты. Менно знает, что Бог выполняет свои обещания. Поэтому нет места подавленности и унынию. Не грех, не вина, и не суд скажут последнее слово. Так учит Господь, и Менно может это подтвердить: "Ибо Слово Твое учит меня Твоему милосердию, милости, благоволению и прощению грехов во Христе, возлюбленном Сыне Твоем, нашем Господе". Кто смог так написать, тот познал сердце Евангелия, тот находится в полном свете, спасен и свободен! И обязан дальше распространять эту радостную весть. Менно Симонс говорит об этом в течение девяти месяцев с кафедры приходской церкви Витмарзума. К сожалению проповеди его не сохранились, в отличие от Лютера или Кальвина. По-видимому они были утеряны или сожжены. Лишь в одной из своих брошюр Менно упоминает о своей службе евангельского проповедника. Эта небольшая работа, известная под названием "Выход или обращение Менно Симонса", была впервые опубликована в 1554 г. как составная часть полемической книги, направленной против Гелиуса Фабера. После смерти Менно это произведение выходит отдельным изданием и несколько раз переиздается. Простыми словами рассказывает Менно, как он открыто обращался к прихожанам с призывом к покаянию: "Именем Господа я начал с кафедры учить Слово об истинном покаянии, указывал людям узкий путь к спасению, боролся с грехом и неверием, идолопоклонством и лжерелигией". Однако довольствоваться этим он не мог и не хотел. Его задачей было указать людям, в чем заключается истинное служение Богу, и объяснить им значение крещения и преломления в соответствии с Новым Заветом. Менно не уклоняется теперь от ответственности. Мужественно и убежденно несет он свою весть "по мере благодати, данной мне моим Богом", — как он скромно замечает. Он предостерегает людей от ужасов Мюнстера, от земного царства, многоженства и применения силы. Проходит несколько месяцев, и решение, наконец, принято. В воскресенье 30 января 1536 года, после длительной внутренней борьбы, он слагает с себя обязанности пастора. Отказавшись от благ прежней жизни, Менно берет на себя крест Христа. Почему же он не сделал этого раньше? Еще десять лет назад он пришел к своим убеждениям о мессе, и минуло более четырех лет, как Зикке Снайдер своей мученической смертью подтвердил ему, что Священное Писание не знает крещения младенцев. Возможно страх перед преследованиями мешал ему порвать с католической церковью раньше. А может быть, ему нужно было сначала осознать всю свою ответственность перед Богом и людьми и выстрадать свое решение? Сам Менно ничего об этом не говорит. Возможно, что вначале он надеялся на обновление всей церкви. Как было бы хорошо, если бы высшее духовенство — епископы и кардиналы с Папой Римским во главе — поняв необходимость проведения коренной реформы, само потребовало обновления церкви! Однако вскоре Менно, видимо, понял, что эти надежды несбыточны и что молодое вино нельзя вливать в ветхие мехи. И тогда он избрал свой путь и уже не сворачивал с него. "Тут мы узнаем в нем бескомпромиссного фризского крестьянина", — пишет Кран. Сразу же после выхода из церкви Менно Симонс покидает родной Витмарзум. В те времена с отступниками разговор был короткий, и пастор из фризского села не был бы исключением. По преданию он некоторое время продолжает проповедовать в крестьянских сараях и других укромных уголках в округе.

В прошлом веке, неподалеку от Витмарзума, был поставлен обелиск в память о Менно Симонсе, Раньше на этом месте стоял молитвенный дом, в котором на протяжении многих лет собирались крещенцы Витмарзума. Предполагают, что и здесь Менно проповедовал несколько раз перед своими единомышленниками. Известно, что однажды вблизи от этих мест он переночевал в доме у Геррита и Германа Яне. Властям было этого достаточно, чтобы 24 октября 1536 г. арестовать гостеприимных хозяев. Если верить преданию, то в этом же доме произошло другое важное событие — венчание Менно и Гертруды. Она была дочерью Германа Гойеса, жителя Витмарзума. Возможно, что до замужества Гертруда была монахиней в близлежащем Олденклостере; если это действительно так, то Менно, как и Лютер, взял себе жену из монастыря. О Гертруде нам почти ничего не известно. Она подарила жизнь нескольким дочерям и одному сыну — Яну. Почти двадцать лет ей с мужем и детьми пришлось скитаться по свету.

Некоторое время после выхода из католической церкви Менно провел в Гронингене; здесь он мог спокойно жить и работать. В городе царит дух мирного сосуществования, и ощущались остатки влияния Весела Гансфорта и общества Адуардов. В начале 1536 г. Грониген был еще владением герцога Карла фон Гелдерн, и первое время Менно имел здесь относительную свободу передвижения. Позднее в том же году город и страна были переданы Карлу V, во власти которого Фрисландия находилась уже двенадцать лет. Далее нам известно, что Менно жил в восточной Фрисландии, где он был гостем Ульриха Фон Дорнум, главы села Олдерзум. Во время своего пребывания в восточной Фрисландии Менно в 1536 г. крестил Питера Янса из Бланкенгама\ Последний объясняет 14 июня 1540 года, что примерно четыре года назад он принял крещение в Олдерзуме от "священника по имени Менно". Кого еще он мог иметь в виду, как не бывшего пастора из Витмарзума?

А сам Менно? Принял ли сам он уже крещение? Был ли он сам в то время крещением? "Нам не известно, когда и кем Менно был крещен", — говорит Бастиан более ста лет назад. Герардус Николаи, реформаторский проповедник в Эмдене и молодой современник Менно, сообщает, что тот принял крещение от Оббе Филипса. При совершении этого обряда выливали горсть воды на голову крестящегося, не погружая его в воду. Так и Менно крестил своих единомышленников, несколько сот человек за все это время. В своих брошюрах он никогда не упоминает о своем крещении. Ведь он принял крещение от Оббе Филипса, а тот в свою очередь от посланцев Яна Маттайса. Если бы Менно официально заявил, что был крещен Оббе Филипсом, то его недруги не преминули бы исказить правду и обвинить его в симпатии к мюнстеранам. Он не хотел попасть под подозрение, что был заодно с людьми Яна ван Лейдена, так как на самом деле не имел никакого отношения к событиям в Вестфалии. Когда и где Менно Симонс принял крещение установить не легко. Во всяком случае это было до того, как он в Олдерзуме в восточной Фрисландии совершил крещение над Питером Янсом. Скорее всего это произошло летом 1536 г. или ранней осенью, потому что, когда 24 октября арестовали Германа и Геррита Яна, в обвинении говорилось, что они в своей квартире предоставили убежище "Менно Симонсу бывшему пастору Витмарзума, принятому в общество перекрещенцев". Сам Менно был неуловим. Он переносит свою деятельность в другое место.

К началу 1537 года, примерно через год после выхода Менно из католической церкви, Гронингену пришлось признать власть императора Карла V. Сторонники герцога фон Гелдерн после 22-х летнего властвования отступили, и во главе войска в город вошел наместник Фрисландии Шенк ван Тотенбург. От имени императора он начал наводить в городе прежний порядок.

В этих условиях Менно призывают на служение пастырем и пресвитером братства. В то время, как он где-то между Эмсом и Лауверсом изучает Библию и пишет свои первые книжки, к нему приходит группа руководителей крещенцев во главе с Оббе Филипсом. Они спрашивают Менно, не согласен ли он взять на себя руководство и принести, таким образом на службу людям данные ему от Бога дары, ведь он так убедительно осудил Яна ван Лейдена. Как им известно, он хороший проповедник и признан в народе. Совсем недавно Оббе крестил его и уверен, что никто лучше не сможет справиться с этой задачей. Не согласится ли он сжалиться над бедным притесненным народом и стать их добрым пастырем?

Менно решается не сразу. Он не переоценивает своих способностей и знает, что недостаточно образован. И здоровье у него не такое уж хорошее. И это не удивительно. Годы внутренней борьбы держали его в постоянном напряжении — какой же организм перенесет все это без ощутимых последствий! Кроме того он немного робок. Он неохотно подвергает себя опасности; жестокость властей вселяет страх в его сердце. С другой стороны — дети Божьи блуждают как овцы без пастыря. Они страдают от голода и бедствий. Имеет ли он право отказаться? Может ли он взять на себя ответственность перед Богом? Он предлагает: "Пусть они и я будем некоторое время молиться Господу. Если это Его… святая воля, чтобы я служил Его чести…, пусть Его отцовская милость даст мне рвение в сердце и твердый характер. Если же это не Его воля, то пусть Он помешает этому". Когда же братья продолжают убеждать его, он начинает чувствовать угрызения совести. "Я душой и телом отдался Господу", — признается он. Вскоре после этого в Гронингене Оббе Филипс торжественно рукополагает Менно на пресвитерское служение. Теперь он может начать свой длительный и благословенный труд среди крещенцев. В 1537-39 гг. Менно Симонс издал четыре книжки, которые стоит здесь упомянуть. Они были написаны на голландском, а не на фризском языке, как это можно было бы ожидать. Через два года после рождения Менно, Фрисландия потеряла самостоятельность. В 1524 году, когда он стал викарием в Пингюме, фризам пришлось присягнуть на верность Карлу V, после чего фризский язык утратил свое прежнее значение. В 1540 г. был написан последний официальный документ на фризском языке. Отныне официальные бумаги пишутся только на французском и голландском языках. Когда первые трактаты Менно были опубликованы, его самого уж не было в Фрисландии; он перенес свою деятельность в Гронинген и места, расположенные восточнее реки Эмс. Там фризское наречие еще раньше было вытеснено саксонским. Целый ряд последующих книжек Менно пишет на этом диалекте, впоследствии он даже переводит написанные им на голландском языке книги (специально для крещенцев северной Германии) на этот северо-восточный диалект.

Но вернемся к 1537 году! В этом году вышла книга Менно под названием "О духовном воскресении". Это прекрасное произведение со всей серьезностью и теплотой возвещает о библейской правде. Опираясь на Откровение Иоанна 20,6, Менно Симонс различает здесь два воскресения: воскресение тела и духовное воскресение. Тело воскреснет "в конце дней". Тогда откроются могилы и мертвые воскреснут. Тогда Господь Бог вынесет приговор и живым и мертвым. Духовное же воскресение или возрождение происходит уже здесь на земле, когда человек обращается к Богу и принимает спасение во Христе. Такой человек будет стремиться к святости и во всех своих делах будет верным последователем Христа.

Другая книга под названием "О новом творении" вышла в свет в 1538 году. В ней Менно обращается ко всем христианам, и в первую очередь к католикам. Церковь вытеснила Христа, говорит он; обедни, церемонии, таинства и соборы заменили Его. Однако в Божье Царство войдут только истинно верующие, ожидающие все только от Христа. Будь ты император или царь, папа или монах, богат или беден, мужчина или женщина, раб или свободный гражданин, все это ничего не значит. Бог не взирает на лица; те, кто не интересуется Им и Его заповедями, предстанут перед Божьим судом. Он уже столько раз говорил им, чтобы они изменили свою жизнь, стали новыми людьми, чтобы Христос был в них и они во Христе. Только во Христе можно стать новым творением. В 1626 г. в Лионе в переводе Виржила де Ласа, вышло Французское издание этой книги. Мы уже упоминали "Размышления над 24-м псалмом". Эта книга Менно, пожалуй, "самое лучшее произведение автора", написана в форме молитвы, и поэтому часто сравнивается с исповеданием Августина. Издание 1539 г. содержит латинский эпилог, который отсутствует в полном собрании сочинений Менно 1681 г. издания. Эта книга много раз переиздавалась и переведена на многие языки, в том числе и на Фризский.