Чтение онлайн

— Эть! — я кинул в Гио одеяло. — Разрешаю обратиться! Срам прикрой и дуй на корабль…

— Вася, что происходит? — опять заладила своё Станислава Витальевна.

— Ничего пока, — ответил я. — «Клуб» на тебе, а мы временно уезжаем. Миша! Ты в самую первую очередь едешь, и не спорь! Настю и детей бери с собой, потому что… потому что!

— Понял, — кивнул Кудыбечь и рванул искать своих.

— Санюшка!

Решение трудное, но принять его было просто необходимо. Я подошёл к рыжему, который после схватки сперва с ниндзей, а потом и с огромным волчарой пребывал под сильным впечатлением. До сих пор отдувался после бега, бешено вращал глазами и истово, прямо-таки изо всех сил нихрена не понимал.

— Теперь ты шеф, — сказал я Санюшке, похлопав по плечу. — Не благодари.

— Чо?

— Ты справишься, я в тебя верю. Все остальные! На борт!

Под остальными я подразумевал братьев Байболотовых и Агафоныча. Солнцев куда-то запропастился, — не видел его сегодня на пляже, — но так оно даже лучше. Охота на Яков Саныча не ведётся, и на берегу он мне будет куда полезней.

— Вперёд-вперёд-вперёд!

На борту «Ржевского» до сих пор не было мебели, еды и воды. В остальном можно сказать, что эвакуация прошла успешно. Да и хрен с ним! Сейчас надо просто отплыть, а разбираться будем позже. Последними на борт вместе со своими родителями поднимались Ярик, Владик и Ростик Кудыбечь.

Вроде бы всё… Вроде бы никого не забы…

Ах, да! Точно! Есть один упущенный момент!

Попросив Ержана с Мансуром приглядеть за бабушкой, я вернулся на нос «Ржевского». И если раньше я ещё немного сомневался, то теперь уверен на все сто — за время моего отсутствия зинфандель продышался как надо. Так что я молча сел напротив Кати, молча же разлил нам по бокалу, салютовал и залпом опрокинул в себя бокал.

— Итак, на чём мы остановились?

Даже за период столь короткого знакомства, я уже понял, что Буревая та ещё оторва, — взять хотя бы её поведение во время волейбольного матча, — но тут даже она потерялась окончательно и бесповоротно. Сидела, хлопала своими карими глазищами, и до сих пор не находила что сказать. Переваривала. И кипишь на берегу, и мой внешний вид, и вообще… всё.

— Кхм-кхм. Мясо, — наконец сбила с себя оторопь Буревая. — Оно остыло. Я уж было подумала, что ты меня кинул, ноо-о-о… Слушай, а ты всегда так на первом свидании развлекаешься?

Ай ты ж моя умница! Чувство юмора явно что на месте. Ту-у-у-ууу! — в тот же самый момент загудел теплоход и «Ржевского» дёрнуло в сторону.

— Василий, а куда мы плывём?

— Туда, — ответил я, махнув в неопределённую сторону и начислил себе второй бокал.

— Понятно…

— Выходим в Учинское водохранилище через несколько минут, — сказала Катя Буревая, разглядывая карты. — Решай, Вась, потом поздно будет…

Итак…

Совет племени мы держали в зале-ресторане, потому что тут хотя бы было на что сесть. Голый Гио в одеяле, Агафоныч, Мишаня, мадам Сидельцева со своими израненными парнями, Байболотовы, Катя и я. Ох и набилось же на «Ржевского» народищу!

Это ещё не считая баб Зою и семейство Кудыбечь, которых пока что отстранили от «решения вопросиков». И вот кому сейчас хорошо. Мишкины пацаны от внезапной речной прогулки впали в неописуемый детский восторг, — носились по палубе, лазали по пустым каютам, иногда с разрешения Еремея Львовича гудели в гудок и устраивали матросам блиц-опросы на самые неожиданные темы. Настя, как и полагается матери, за ними следила, а баб Зоя…

От внезапного стресса, её психика врубила защитные механизмы. Ну… во всяком случае мне так показалось.

Во-первых, она как будто бы впала в детство и присоединилась к мальчишкам в их играх. Пускай немного не по размеру для детской головы, но шлем космодеса теперь гулял по рукам, — от Ярика к Ростику, от Ростика к Владику и так далее.

Ну а во-вторых, под впечатлением от этой троицы Зоя Афанасьевна возжелала от меня продолжения рода. Причём срочно.

— Вася! — тормознула она меня, перегородив лестничный пролёт. — А ну-ка стой! Тебе сколько лет?!

— Девятнадцать, бабуль…

— Ну!

— Что «ну»?

— То «ну»! — сощурилась Зоя Афанасьевна. — Я надеюсь, ты не собираешься впасть в ересь чадородия, м-м-м? Ветви нашего рода не должны засохнуть в безмолвной пустоте! Ты просто обязан даровать мне потомков, чтобы душа моя не сгинула в утробе Хаоса!

— Бабуль, мне кажется, момент неподходящий…

Но бабушка уже окончательно вошла в образ. Один сжатый кулак прижала к груди, другой воздела к небу.

— Правнуки! — прокричала она. — Воины света и правды, коих я взращу в страхе пред бесчестьем и любви к моим пирожкам! Не лишай меня священного права нянчить новобранцев для Вечной Войны, Василий! Слышишь?! И ты!

— Я? — крякнула Катя Буревая, всё это время стоявшая у меня за спиной.

— Образумь Василия и приступай к зачатию!

— Ой…

— Немедля!

От такого натиска Катя явно потерялась. Но учитывая её многолетнюю нежную заботу о Еремее Львовиче, спорить со старшими она не привыкла. Поэтому кареглазка не нашла ничего умнее, чем ляпнуть:

— Хорошо, — затем густо покраснела и бочком прошла мимо баб Зои наверх.

Не… ну… чо? Забились, получается?

Я, признаться, похохотал. Не так, чтобы прям в голос орать, но эта щепотка сумбура хоть немного разрядила обстановку. Нервишки после приключений у горящего «Дворика» у меня были натянуты дальше некуда. К тому, что всё в моём житье-бытье постоянно становится с ног на голову и обратно я уже привык, но нынешний «вот-это-поворот» выбивался из ряда вон. Слишком уж он был экстремальным.

Но к делу!

Расклад следующий: Сидельцев новый областной папочка… или как там это правильно у них называется? На что он способен — пока неясно. Кто у него в союзниках, а кто во врагах — тоже непонятно, но игнорировать такую угрозу всё равно нельзя. Мало того что мы подрезали у него серьёзную сумму денег, так тут ещё и личных мотивов примешалось более чем достаточно.

Гио понятно почему нужно убить: всему виной шаловливый грузинский… м-м-м… назовём это «нрав». Риту нужно грохнуть по той причине, — тут вообще не обсуждается. Меня же предстоит убить в благодарность Марине Марковне Орловой — таков был уговор. А вот Мишу можно было бы не убивать, если бы он согласился расстаться с ножом, но… явно не выйдет. Бородатый всю жизнь мечтал о встрече с Фурфурией или кем-то из её племени. Семья сейчас вместе с ним, так что надавить не получится.

Итог: мы в жопе!

Сидельцев отморозок. Отморозков просчитать нельзя, от них можно только избавиться, по прошлой жизни знаю точно — все рассуждения на эту тему считаю пустым. Но силёнок у нас для конфронтации не то, что маловато, их вообще нет. Мы же, блин, не боевое подразделение. Мы рестораторы.

После последнего разговора с Волконским, обращаться к нему желания нет никакого. Разочаровал. Когда человек сводит опальных принцев с Императорами, вывод о величине его фигуры напрашивается сам собой. И если этот же человек отказывается надрать жопу какой-то дворовой шпане, это значит, что он просто не хочет. Недосуг ему. Впадлу, некогда или просто лениво. В рамках своей жизни вертел Волконский и пляж, и меня, и мои проблемы. Задротским языком выражаясь, я для него непись из побочного, вообще необязательного к прохождению квеста. И думать иначе — наивняк как он есть.

Понять-то князя можно. Вот только не хочется; мне это вообще зачем? Для душевного спокойствия? Кармического, типа, равновесия? Да ну нахрен.

Единственное, что можно сделать — попросить князя усилить охрану Безобразова; возможно даже за часть моей доли от клуба. Единственный позитивный момент этой истории заключается в том, что Орлова продешевила и не условилась насчёт Геннадия Витальевича. А ведь могла бы. Но теперь этот поезд ушёл, и Сидельцев не будет аки джинн исполнять все её желания. Думаю, он с ней вообще общаться не станет; точек соприкосновения нет. А ежели вдова станет излишне назойливой, так себе же на беду…