Чтение онлайн

Сквозь сумрак мне подмигивают фонари на соседних зданиях. Разглядывая чужие окна, замечаю молодую пару, которая мило усаживается за столик ужинать. Они ставят на стол свечи, садятся друг напротив друга и начинают попеременно кормить друг друга с вилки едой. Мило до противности.

Тут я вспоминаю, что в выходные приглашена к Бернарду (своему начальнику) на благотворительный ужин. Чёрт! Совсем вылетело из головы. Прежде я бы получила удовольствие от шумного празднества, пусть и чужого, но не в этот раз. Настроения веселиться совсем нет. Отказаться тоже не получится. Бернард частенько устраивает подобные мероприятия с целью приобретения новых партнеров по бизнесу.

Погрузившись в раздумья, закрываю шторы, отгораживаясь от чужого тепла и уюта. На душе становится ещё более тоскливо. Не хочется никуда идти, ни с кем общаться. Хочется забиться в угол и спрятаться от целого мира. Но я знаю, что этого делать нельзя. Нужно взять себя в руки и идти вперёд, несмотря ни на что.

Достаю из шкафа нарядное платье, которое припасено специально для подобных мероприятий. Прикладываю к себе, но оно кажется мне унылым и безжизненным. Не хочется надевать. Но нужно. Ведь Бернарда я не могу подвести.

Сжимая пальцами пульсирующий висок, откидываю платье, делаю глоток из бутылки, а потом ставлю её на подоконник, пытаясь отогнать мысли о Филиппе и дурацком письме. Только сейчас осознаю, какую совершила ошибку. Теперь-то они с Элеонорой вдоволь поглумятся.

Воспоминания, как призраки прошлых грехов, всё же не отступают, вызывая легкую тошноту и мигрень. Беру с себя обещание с завтрашнего дня не думать о Филиппе Тейлоре. Вычеркнуть его из сознания.

Навсегда.

Сегодня он для меня умер.

Никакого раскаяния.

Сожаления.

Печали.

Прохладный ветерок, дующий из окна, ласкает кожу, вызывая мурашки. Он освежает настолько ощутимо, что невольно ежусь от порыва ветра, влетевшего в раскрытое окно. Обнимаю себя за плечи. Где-то вдалеке уличный музыкант наигрывает мелодию, полную томления и печали. Звуки проникают сквозь открытое окно и вьются вокруг, словно призраки прошлого, но на этот раз они несут не боль, а умиротворение. Закрываю глаза и вдыхаю пропитанный осенним дождём ночной воздух, надеясь, что мелодия очистит мою душу от накопившейся боли и разочарования.

Внезапно музыка обрывается. Открываю глаза. Музыкант исчез, оставив меня наедине со своими мыслями. И хотя боль всё ещё ноет в груди, чувствую, как понемногу отпускаю прошлое. Больше нет смысла цепляться за то, что я не силах изменить. Хочу жить настоящим, будущим. Быть счастливой.

Допиваю оставшееся в бутылке вино. Не знаю, что ждёт меня завтра, но я готова принять это с распростертыми объятиями. Пришлось пройти через многие жизненные трудности, и теперь ничто не сможет меня сломить.

Смотрю на бескрайнее небо, усыпанное звездами, и загадываю желание, чтобы прошлое больше никогда не преследовало, а настоящее стало светлым. Загадываю женского счастья. Пусть оно будет таким же безграничным, как звёздное небо.

По сравнению с прохладным воздухом снаружи, температура внутри квартиры приемлемая. Старуха домовладелица не скупится на отопление.

Кстати, мисс Розалинд довольно необычная женщина. Тут же вспоминается её хрипловатый голос, театральные жесты, аляпистое платье ниже колен и жемчужные бусы, доходящие до пупа… Мисс Розалинд. Кто бы сомневался! Произнося имя вслух, становится страшно. Допускаю, именно по этой причине во всем доме царит полная гармония и тишина. При заселении, мисс Розалинд интересовало моё происхождение и кем являлись мои предки больше, чем оплата за полгода вперед. Мир полон чудаков. Мисс Розалинд – отдельный случай. Сварливая старуха преклонного возраста с энергией двадцатилетней девушки знает вся и всех. Такой пронырливой надо уродиться. А может, данное качество приобретается с годами? Мисс Розалинд знает каждого жильца в лицо и мало того, знает всех его родственников до десятого колена и их любовниц, если таковые имеются. Она обладает отменной памятью, что в её возрасте весьма хороший показатель. При первой встрече я чувствовала себя неуютно. Тёмные глаза под обрамлявшими глубокими морщинами жгли насквозь. Старухе было необходимо узнать о жильце как можно подробнее при заселении, особенно ценились грязные тайны. Их она хранить умела, отчего чувствовала себя хранительницей судеб. Когда обстоятельства требовали, она доставала из своего сундука тайные секреты и ловко ими манипулировала.

На сегодня хватит размышлений. Пора спать. Закрыв кухонное окно, я вернулась в гостиную. Усевшись на диван, стала тупо пялиться в монитор ноутбука. Вивьен не закрыла страничку чата с Филиппом. Мне бросается в глаза, что отосланное сообщение ещё не прочитано. Я тихонько выругалась. Нельзя думать о проклятом сообщении. Если позволить мыслям вновь глубоко пустить корни, они пышно расцветут угрызениями совести. А за последний год я на собственной шкуре испытала последствия: ночные кошмары, пробуждение в холодном поту, бессонница, паника, истерика. В общем, вы поняли. Весь спектр затяжной депрессии.

Вивьен в мои периоды обострения настаивала на походе к психологу, но пока мне удавалось оставить подобную затею. Хотя я периодически подумываю об этом, когда посещают мысли о суициде. Регресс на лицо. Я стремительно двигаюсь к последней стадии.

Потные ладони и паника несовместимы с работой архитектора. Пока мне не очень удаётся скрывать подавленное состояние от коллег. Атмосфера становится более напряженной. Не могу толком сосредоточиться, сфокусироваться и вникнуть в детальность поставленной задачи. Каждый день стараюсь абстрагироваться от окружающих, уйти в себя, чтобы не отвлекаться на внешние факторы и посторонние проблемы. Выходит скверно. Попытки остаются тщетными, словно я пытаюсь плыть против течения в бурной реке.

Каждый новый день начинается с раздражения, как только я слышу визгливый голос Джеки – секретарши, которая, кажется, наслаждается способностью выводить меня из себя. Её постоянные перерывы на кофе и громкие телефонные разговоры нарушают хрупкое равновесие моего разума. В команде есть и другие личности, которые вызывают бурю негативных эмоций. Кевин с его снисходительным тоном и склонностью перекладывать ответственность на других, будит во мне желание сжать кулаки и разбить его самодовольную улыбку. Сара с вечными сплетнями и завистливыми комментариями, которая висит невыносимым бременем на моём плече, как младший специалист. Благо, у неё сейчас отпуск.

С каждым днем сдерживать гнев становится труднее. Вспышки агрессии возникают внезапно, словно лавина, сметающая всё на пути. Я могу сорваться на подчинённых, коллег, бросаю папки с проектами на пол и даже однажды ударила ногой по столу, когда Джеки прервала меня в самый разгар важной презентации. Понимаю, поведение стало неприемлемым, но я не могу контролировать его. Это похоже на яд, который медленно отравляет разум, разъедает изнутри. Боюсь, что если позволю себе окончательно сорваться, то потеряю работу. У меня перспективная должность, которая открывает заманчивые возможности. Не могу позволить себе их упустить. Тем более на горизонте не маячит никаких других предложений.

Нахожусь в отчаянии. Кажется, жизнь превратилась в бесконечный цикл разочарования и гнева. Больше я не тот талантливый архитектор, которым когда-то была. Я стала тенью себя прежней. Измученной, на грани нервного срыва стервой, с разрушенной личной жизнь.

Ноутбук по-прежнему стоит передо мной и светит экраном. Гулкая пустота квартиры подчеркивает одиночество. Превосходно! Именно такое место я и искала, чтобы скрыться в «своей раковине». Максимум, что здесь требуется – игнорировать единственного призрачного соседа.