Чтение онлайн

Я попрощалась с этими частями и тем закончила трансформацию. Моя семейная жизнь после этого стала меняться — проходить трансформацию в реальности. Теперь мы можем говорить о равных, партнерских отношениях, об уважении к пути и интересам друг друга. Мы с мужем — две самостоятельных личности, отношения которых строятся на свободном выборе, любви и взаимном интересе, а не на социальных программах и больных детских образцах. Мне думается, что так и должно быть, это норма.

В чем особенность последней работы и отличие ее от более ранних? Эта трансформация достаточно зрелая: в подавляющее большинство «больных» образцов уже внесены изменения, шелуха снята. Благодаря этому внутренний мир стал довольно гармоничным, в нем уже сформировалось некое пространство доверия, где части могут брать ответственность за свои решения на себя. Если раньше роль сознательной части можно было определить как «ведущий», то теперь это скорее посредник, который общается с другими частями с большим пиететом и уважением к их мнениям и решениям.

На то, чтобы убрать из внутреннего мира весь наложенный туда за жизнь (а может, и за несколько жизней) программный мусор и увидеть, наконец, себя во всей естественной красе, лично мне понадобилось около трех лет. Не так много по сравнению со всей жизнью, не так ли? Та степень свободы, которую я в начале своего пути могла представить разве что в самых смелых мечтах, теперь находится в моем полном распоряжении. Я делаю то, что я хочу. Только то, что хочу. И вы знаете, никого вокруг это не калечит и не травмирует. У меня по-прежнему есть друзья и близкие. Странно? Ничуть. Еще Иисус Назаретянин (реальный исторический персонаж, кстати) говорил: «Спасись сам, и тысячи вокруг тебя спасутся». А я бы перефразировала: «Стань счастливым, и тысячам людей заметно полегчает». Чего и вам желаю.

Ну и наконец, обещанные примеры работы с детьми. Вы можете без труда проделать подобную работу со своим сыном или дочкой, ведь дети имеют очень хороший доступ к подсознанию.

В некотором роде этот доступ и есть фантазия. Некоторые не слишком мудрые взрослые считают, что фантазирование отнимает у их драгоценных чад время, которое они бы могли потратить на обучение и развитие ума. Но я позволю себе с ними в корне не согласиться. Фантазируя, дети, даже не осознавая этого, решают множество своих психологических проблем, больших и маленьких. Но надеяться, что ваш ребенок так вот спонтанно решит их все, все-таки не стоит, тем более, что у вас уже есть знание, как ему помочь.

Мне не раз задавали вопрос, не опасна ли трансформация частей личности для детской психики. Я вас уверяю - для детей трансформация еще менее опасна, чем для любого взрослого. Как правило, взрослый много лет защищался от травмы, которую вы так или иначе затронете во время трансформации (я уже говорила в начале книги, что большинство образцов несут функцию защиты от страха, и прежде всего от страха смерти). Поэтому то, что «вылезет», предугадать в принципе невозможно. У моих клиентов бывали и истерики, и приступы глубокого уныния, и много-много злости... Это потом проходит, особенно если не останавливаться на достигнутом, но все равно довольно неприятно.

А вот дети воспринимают информацию как игру - поигрался в обществе тетки со странным названием психолог, и пошел дальше - играть в другие игры. Однако я вам советую не работать по этому методу с дошкольниками, их психика еще не готова к концентрации внимания, которая нужна для результативной работы. Лучше использовать рисуночные методики, например, методику, описанную в книге Натальи Александровой «Коррекция судьбы с помощью рисунка». Ее методика подходит и для детей, и для взрослых, но ориентирована в основном на детей. Хорошая методика, очень четко выводит на проблематику, помогает разрешить ее без «загрузки мозгов». Я испытала на себе, осталась довольна.

Однако вернемся к нашим баранам. Своим методом я работала с мальчиками семи и девяти лет, у обоих - головные боли, у первого сопровождающиеся сильной слабостью и запорами, у второго, так сказать, в чистом виде.

Итак, Саша, 7 лет. Симптомы в общем тяжелые, влияющие на общее качество жизни. Но! Приступы головных болей, за которыми тянется хвост симптомов, начинаются только тогда, когда Саша пообщается некоторое время с бабушкой и дедушкой. Если не видится с ними месяц - то месяц не болит голова.

Родители сначала не увязывали пребывание у бабушки и дедушки с головными болями, но когда ситуация стала регулярной, пришлось признать, что такая связь есть. Родители стали думать и гадать, выдвигая различные гипотезы.

Думали поначалу, что виной всему тихий алкоголизм дедушки, который вызывает у ребенка стресс, но вовремя вспомнили, что дедушка летом возил ребенка в санаторий и ничего, все было в порядке. Потом предположили, что у Саши зажим сосуда в шее из-за какой-нибудь травмы (ну мало ли, на горке упал), пошли по врачам, и оказалось, что у ребенка вся сердечно-сосудистая система работает через пень-колоду, причем хирург травму как причину этого состояния решительно отверг.

Снова вернулись к идее психосоматики, тем более невролог тонко намекнула именно на этот вариант. Вспомнили, что у Саши есть парализованная прабабушка, к которой регулярно ездит дедушка, и решили, что имеет место энергетический вампиризм с ее стороны. Вампиризм, кстати, при биоэнергетическом обследовании ребенка подтвердился, однако основной причиной являлся все-таки не он.

Истинную причину головных болей мы смогли выявить только после работы по трансформации соответствующих образцов. Сейчас я опишу работу, а затем мы поговорим и о причине, потому что, я считаю, эта причина очень распространенная в российских семьях и ее стоит обсудить.

Когда я попросила Сашу увидеть ту часть, которая больше всех связана с головной болью, он сказал мне, что видит большую черную собаку, которая стоит на улице и лает. Лает громко.

Я велела Саше стать этой собакой и спросила ее:

– Почему ты лаешь?

Именно этот вопрос показался мне в тот момент самым важным. Собака ответила:

– Потому что я боюсь.

– Ты боишься, и поэтому защищаешься? Лаешь для защиты?

– Да.

– А от кого?

– От всех здесь.

– Здесь - это где?

– На этой стороне.

Я попросила ребенка на минуточку выйти из части «собака» и описать то, что он видит вокруг. Вокруг оказалась затрапезная старая деревенька с покосившимися домами и обязательными лавочками у ворот. На лавочках сидели старички и старушки.

За спиной собаки была оживленная автомагистраль, причем ни светофора, ни подземного перехода в зоне видимости не было.

Я сказала Саше, чтобы снова становился собакой, и стала расспрашивать ее дальше.

– Ты живешь, как я поняла, не здесь? А где?

– На той стороне. За дорогой.

– А как же ты сюда попала, ведь нет ни перехода, ни светофора?

– Да вот... Полюбопытствовал, что это за дорога такая, попал в поток, метался-метался между машинами. Выскочил на этой стороне. Обратно прорываться боюсь, и так чуть не задавили.

Опа, да наша собака оказывается кобель. Мужчинка! А я-то думала...