Чтение онлайн

Крячко и Балашов ничего не поняли, но действительно поспешили подняться по лестнице в актовый зал. Зал был полон. Полковники остановились возле выхода и огляделись. Крячко сразу заметил Гурова. Тот сидел на сцене в президиуме, рядом с директором «Агронавта». Губернатор занимал трибуну. Его выступление, похоже, достигло своего эмоционального пика.

– Мы надежно перекрыли дорогу импорту некачественного мяса! Мы не позволим травить наших граждан! – гремел он. – Мы создали производство отечественной продукции, заложили основу благоденствия и независимости нашей родины. Что такое убийство товарища Фердыщенкова, который пал жертвой за дело продовольственной независимости? Что такое поломка холодильника на складе тринадцать? Это самая настоящая диверсия, дело грязных рук наших врагов. Врагов не только нашего агрокомбината, «Ассоциации отечественных производителей» или жителей нашей области, а врагов всей страны, всего нашего народа. И враги эти пляшут под дудку Запада.

– Ну ты и залупил! – в наивном восхищении громко произнес кто-то из зала.

– Именно, – удовлетворенно отметил губернатор. – И это особенно важно в эпоху нанотехнологий.

– А при чем тут нанотехнологии? – осмелев от поощрения, осведомился все тот же голос из зала.

– Хороший вопрос, я его ждал, – скромно признался губернатор Комиссаров. – Как при чем? Вы разве не слышали, что товарищ президент призвал нас всячески развивать нанотехнологии? Но для того чтобы качественно, с полной отдачей, нанировать, надо сперва хорошо пожрать. На голодный желудок никакого нанизма не напасешься!

Зал ответил рукоплесканиями и громовым смехом.

Крячко и Балашов тоскливо переглянулись.

– Где бы тут руки помыть? – со вздохом спросил Станислав.

– Пошли. Мне тоже умыться надо.

Балашов вывел гостя в коридор и направился к туалету.

Полковники не стали возвращаться в зал, а спустились вниз и вышли на улицу.

– Ну что, теперь едем в гостиницу? – спросил Крячко.

– Не спеши. Если не очень торопишься, то давай сначала в управление заглянем.

Крячко уловил в тоне Балашова раздражение и решил расставить точки над i.

– Слушай, полковник, я тебя уже чем-нибудь успел обидеть и даже этого не заметил? – в упор спросил Станислав. – Нет? Тогда почему ты на меня глядишь, как Павлик Морозов на отца родного?

Начальник мясниковской милиции сделал такое лицо, будто лимон разгрыз. Потом нехотя ответил:

– Ладно, хочешь начистоту? Ну, так получи. Тут работать некому. Нам не проверяющие нужны, а оперативники. Сыщики! И желательно толковые. А контролировать и нос совать – своих дармоедов хватает.

– Неужели совсем работать некому? – с сочувствием поинтересовался Крячко.

– А ты сам посуди. Опытные кадры, профессионалы, свалили в службу безопасности «Агронавта». Там зарплаты с нашими не сравнить. А действующий личный состав чуть ли не весь в командировках. Жалованье тут получают, а службу тащат на Кавказе. Остались либо оборотни – есть у меня сладкая парочка, Пыжов и Дынин, – либо «студенты» типа Вити и Мити. Ты их всех увидишь. И с кем прикажешь работать?

Крячко приосанился и расправил плечи.

– Я, между прочим, тоже сыщик. И, говорят, не самый плохой.

Балашов оживился.

– Да? А как фамилия? Ты первый сыщик, кого мне в проверяющие прислали. А то все чиновники да партейцы. Функционеры, блин.

– Моя фамилия Крячко, – сказал Крячко. – Мог бы не полениться и в сопроводиловке прочитать.

Балашов не обиделся, наморщил лоб и принялся вспоминать.

– Крячко, говоришь? Нет, не слыхал. Я ведь когда-то с Петром Николаевичем работал, с Орловым. Давно только. Вот это голова!

Станислав вспомнил начальника и невольно улыбнулся.

– Он теперь генерал, сам убийц не ищет.

Балашов спорить не стал.

– Это понятно, что сам не ищет. Я слышал, там у вас в Москве у Орлова какой-то Гуров есть. Говорят, очень толковый сыскарь. Вот его бы сюда. Ты с ним случайно не знаком?

Станислав не то чтобы обиделся, но немного взгрустнул.

– Гуров? – переспросил он. – Нет, первый раз слышу.

Балашов поверил.

– Ну, понятно, его сюда не пришлют. Поди, он и в Москве нарасхват. Ну ладно, ты, говоришь, тоже сыщик? И то хлеб. Поработаем.

Работа, как и полагается, началась с производственного совещания в узком кругу. Балашов пригласил следователя Загорскую, капитана Пыжова и «студентов». Остальные опера были в разгоне, в горячих точках или занимались другими, не менее важными делами.

Крячко познакомился с коллегами. Откровенно говоря, кроме Светланы Загорской, никто ему особенно не понравился. Пыжов целиком оправдывал прозвище Оборотень, а молодежь просто пугала своим непонятным энтузиазмом.

Балашов с ходу устроил гостю сюрприз.

– Собственно, работа уже сделана. Преступники задержаны. Завтра везем в суд, получаем санкцию на арест и сдаем в областную следственную тюрьму. Дальше – не нашего ума дело.

– А поподробнее нельзя? – нахмурился Крячко. – Сам понимаешь, мне ведь перед Петром Николаевичем придется отчитываться. Перед генералом Орловым. А у него халтура не прокатит.

Балашов не обиделся на недоверие москвича. Он сразу приступил к изложению фактов:

– Значит, дело такое. Убийство господина Фердыщенкова совершили сотрудники склада Иннокентий Филимонов и Анатолий Катин. Оба законченные алкоголики.

– А мотивы?

Балашов встал с места, подошел к окну, закурил и выпустил дым в форточку. Станиславу он этим напомнил Гурова. Крячко с трудом удержался, чтобы не рассмеяться. Балашов вернулся к столу.

– За мотивами далеко ходить не надо. Иннокентий Филимонов был фермером. Когда Фердыщенков создал агрокомбинат, многие фермеры разорились, и Филимонов в том числе. Толян… прошу прощения, Анатолий Катин вернулся после очередной отсидки и попытался заняться вымогательством. Наехал и на Фердыщенкова, но получил по соплям. Грозился отомстить, это многие слышали.

– Многие – это не свидетели, – возразил Станислав.

– Будут свидетели, – заверил Балашов.

Крячко перебил его:

– Но почему они оба хотели отомстить именно Фердыщенкову, а, скажем, не директору комбината Зайцыну? Или Фердыщенков был владельцем «Агронавта»?

Балашов покачал головой:

– Ни то, ни другое. Кстати, мы в свое время пытались навести справки насчет владельца «Агронавта», но ничего не получилось. Только кличку узнали – Мозг. Коммерческие тайны у нас хранятся надежнее, чем государственные. Так что владельцем может быть кто угодно – Фердыщенков, директор Зайцын, губернатор Комиссаров, Ксения, Кудряш. Но, скорее всего, владелец находится где-то в Москве. А Фердыщенков был организатором и исполнителем. Все в городе считают, что именно он и создал комбинат.