Чтение онлайн

Он огляделся и уточнил:

— Гудвин? — А после моего утвердительного кивка скомандовал: — Зайди! — И уже эльфам: — Вас пригласят!

Кабинет оказался просторным и светлым, во главе стола для совещаний аж с тремя телефонными аппаратами сидел ничем особо не примечательный мужчина в мундире с погонами майора, компанию которому составлял светловолосый эльф в кремового оттенка костюме, бежевой сорочке и серебристом галстуке. При моём появлении он оторвался от бумаг и смерил пристальным взглядом, чему я нисколько не смутился.

— Здрасте! — поприветствовал всех разом, попутно решив, что пригласивший меня в кабинет молодой человек наверняка инспектор уголовного розыска, а этот модник из следователей. Так оно и оказалось.

— Присаживайся! — разрешил майор и разговора начинать не стал, закурил.

А только я подошёл и плюхнулся на стул, эльф вроде как в шутку предложил:

— А давай мы тебя в прокуратуру трудоустроим?

Нет, он совершенно точно шутил, только вот взгляд остался серьёзным и цепким — собеседник с места в карьер взялся взвешивать меня, оценивать и просчитывать.

— Образование не то, — качнул я головой.

— Да? А дело сшил на загляденье!

— Это от высокой социальной ответственности! — парировал я и выложил на стол удостоверение дружинника. — И активной гражданской позиции!

— И в самом деле считаешь, что детская шалость тянет на пять лет строгого режима?

— Суд разберётся!

— До суда тут как до луны! — отрезал следователь и уточнил: — Помогал кто заявление составить?

— Нет, уголовный кодекс в библиотеке взял почитать.

— С какой целью?

— Незнание законов не освобождает от ответственности! — выдал я чеканную формулировку.

Майор Ермилов хмыкнул, вдавил сигарету в пепельницу и попросил:

— Ближе к делу, пожалуйста.

— Парнишку бил? — тут же выстрелил вопросом следователь.

— Нет.

— Свидетели утверждают обратное!

Я ухмыльнулся.

— Свидетели — это подельники обвиняемого? Так говорю же: организованной группой лиц по предварительному сговору!

— Не подельники, а знакомые. И не обвиняемого, а потерпевшего!

— Одно другого не исключает. И у меня тоже свидетели имеются!

Эльф покачал аккуратно подстриженной головой.

— В деле присутствует медицинское заключение о сотрясении мозга!

Беседа явно пошла куда-то не туда, но я изначально отдавал себе отчёт в том, что просто не будет, поэтому пожал плечами беспечней некуда.

— Содержимое черепной коробки обвиняемый мог встряхнуть при попытке нанести мне телесные повреждения путём удара кулаком в лицо.

Представитель прокуратуры вздохнул.

— Он? Тебе?

— Непуганый, ля! — развёл я руками.

— И каким образом тогда потерпевший получил травму? — уточнил эльф.

— Разрешите! — Я взял со стола чистый лист, скомкал его и подкинул, после чего лёгким волевым усилием отправил бумажку в дальний угол кабинета. — Второй пси-разряд!

— Подними и выкинь в корзину для бумаг! — ворчливо потребовал майор.

А следователь покивал.

— Допустим, допустим… — Он сделал в своих записях пометку и попросил хозяина кабинета: — Иван Фёдорович, а пригласите пси-эксперта. Есть тут неувязочка, нужно проверить.

Майор Ермилов снял трубку с одного из телефонных аппаратов, покрутил диск и велел кому-то зайти, а стоило только мне выкинуть скомканный листок в корзину для бумаг, и эльф выложил перед собой бланк допроса, вооружился ручкой, потребовал предъявить паспорт.

Я развёл руками.

— Сдал на прописку.

Эльф страдальчески закатил глаза, и майор Ермилов тут же заверил его, что мои установочные данные ему предоставят. Следователь кивнул и уже безо всяких лирических отступлений взял показания касательно событий вчерашнего дня.

Раздался стук в дверь, в кабинет заглянул уже знакомый мне сотрудник горотдела — тот самый эксперт, который опрашивал под медикаментозным гипнозом при прошлом посещении отдела по контролю экстрасенсорных проявлений.

— Вызывали, товарищ майор? — уточнил он, заметил меня и кинул быстрый взгляд на левое запястье. — На половину шестого же назначено…

— Зайди! — потребовал хозяин кабинета, уточнил у следователя: — Вы уже закончили? — И распорядился: — Гудвин, подожди пока в коридоре.

Я подписал протокол и вышел, а взамен меня в кабинет пригласили сына и отца Коробейниковых. Последний небрежно дёрнул дверь за ручку, прикрывая её за собой, и я воспользовался экстрасенсорными способностями — чуток притормозил, не дав захлопнуться. Увы, по коридору беспрестанно сновали сотрудники горотдела, и не было никакой возможности приникнуть ухом к оставшейся щели, поэтому большую часть беседы разобрать не удалось, начал различать слова, лишь когда разговор пошёл на повышенных тонах.

Вероятно, поначалу следователь снимал показания у младшего Коробейникова, поэтому слышался только приглушённый бубнёж, а вот как дошло до неудобных вопросов, так папенька оболтуса и взвился.

— А почему я должен был выстаивать очереди в травмпункте? Почему не мог обратиться в ведомственную больницу? У меня сына избили! И заведующий отделением терапии куда компетентней рядового хирурга! — И после недолгой паузы: — Нет, я категорически против повторных обследований! Вы не имеете права не доверять официальному заключению! И почему преступник до сих пор не арестован? Я буду жаловаться!

Наверное, ему сказали что-то вроде «ваше право!», но ответа я не расслышал, а дальше открылась дверь, и оперативник в штатском потребовал:

— Зайди!

Следователь на меня даже не взглянул — впрочем, не глядел он и на парочку поморских эльфов, вместо этого сосредоточенно ровнял бумажные листы.

— Товарищ Коробейников, — скучным голосом произнёс представитель прокуратуры, — на текущем этапе ещё не поздно решить дело примирением сторон. Поскольку речь не идёт о тяжких телесных повреждениях, только от вас зависит…