Меняя ход событий
Шрифт:
Вскочив от непроизвольного испуга, я тут же услышала за спиной знакомый зловеще-скрипучий голос:
– Отойди в сторону, дальше в игру вступаю я.
Смерив будто из-под земли появившегося Хируко удивленным взглядом, я не сумела сдержать издевки.
– В каракатице своей отсиделся? Это поэтому он тебя не почувствовал?
– Кому сказано – отойди! – клацнула зубами злобная марионетка, и я вдруг ощутила потоки просто неимоверно сильной энергии.
Бросив взгляд на Утакату, мои ноги сами по себе стали пятиться назад.
Джинчурики стал принимать истинную форму биджу. Стремительно вливающиеся потоки бесконечной чакры постепенно перевоплощали его в Рокуби – огромного шестихвостого слизня.
– Вам конец. – яростно выдохнул виртуоз по созиданию мыльных пузырей. – Не жди пощады не ты, не тот, что в кукле.
К горлу подкатило горькое разочарование. А я ведь так надеялась, что обойдется малой кровью и что стихия ветра моего сокола надолго выбьет его из колеи. Ан нет, джинчурики, похоже, выносливые люди.
– Это мы еще посмотрим. – скрежетнул зубами Хируко, размахивая своим хвостом.
Ладно, раз уж теперь я вне игры, то позволю себе просто немного понаблюдать.
Отойдя на более менее безопасное расстояние, я увидела как двое из ларца готовятся к взаимной атаке. Выстоит ли Сасори в битве с носителем шестихвостого?
Или кому же я на самом деле желаю победы?
Рот Хируко раскрылся и из него вылетели сотни, наверняка пропитанных ядом, огромных иголок.
Утаката атаку не отразил и позволил изрешетить себя всем до одной. Иголки, однако, не прошли сквозь него. Слизь на теле биджу не позволила им этого сделать и сейчас, вероятно, кислотой, расщепляла острейшие пики.
Следующей попыткой Сасори оказался ядовитый газ, выпущенный из мощной металлической руки его каракатицы.
Но и сейчас джинчурики не сдвинулся с места, позволив гигантскому облаку едкого вещества целиком поглотить себя.
Секунды текли, напряжение все возрастало. Испарения ядовитой смеси Сасори скрыли биджу из поля нашего зрения.
Последний, наверно, подумал, что демобилизовал Утакату, и двинулся было к нему на встречу, как вдруг из зоны невидимости вырвались наружу шесть мощнейших струй с кислотой.
Я и подумать не могла, что с виду такая неповоротливая каракатица может развить такую прыткость! Но от одной, кукольник, все же не увернулся и часть его любимого Хируко почти полностью растворилась атакой шестихвостого.
Сам же мастер остался невредим и сейчас держался в стороне, с сожалением наблюдая как «гибнет» его творение.
«Ну что же ты предпримешь сейчас?» – сама себе усмехнулась я. Ситуация с Хируко меня даже позабавила. Стали любопытны ответные действия красноволосого.
Новая атака Утакаты заставила марионеточника вновь пометаться из стороны в сторону. А потом мои глаза различили самое неприятное. Биджу принялся образовывать гигантский черный шар из чакры – самое страшное оружие этих монстров с поразительной мощностью поражения. Если даже хоть немного зацепит – сразу мгновенная смерть.
– Ах тааак. – протянул мой напарник, доставая какой-то свиток. – Тогда мне не остается выбора.
Я стояла чуть поодаль справа от него и сейчас пыталась прочитать хоть какие-то эмоции на его лице.
– Сакура. – серые глаза неожиданно посмотрели прямо на меня. – Держи себя в руках.
Не успела я ничего сообразить, как изящная рука со сверкающим перстнем на большом пальце развернула заветный для мастера свиток; раздался хлопок, клубы положенного дыма, когда призываешь кого-то и… неожиданная адская боль, оцепенение, ступор, нехватка дыхания, шок, неспособность и нежелание верить своим глазам…
Все эти чувства и эмоции разом захлестнули меня, мои ноги едва не подкосились, а в груди разверзлась огромная рана от вонзенного в самое сердце ножа.
Не в силах поверить своим глазам, я продолжала всматриваться в до боли знакомую, женственную фигуру, длинные черные волосы, родные черты лица.
Перед Сасори стояла Нарин, ее величественный стан и непреклонный взгляд карих глаз ничуть не изменился, вот только живой она уже не была… Вот только стояла сейчас перед ним не живая женщина, а ее марионетка…
«Мы избавились от нее в Оккайдо… Дальнейший путь той мертвой прилипалы мне неизвестен»… – раздались в подсознании слова Кисаме.
Они обманули меня…
Сказали, что продали ее тело… Почему.. почему они не сказали мне правду? Решили пощадить меня? А теперь что? Как мне с этим справиться?
«Мои марионетки… – понесся следующий виток воспоминаний. – Все они сделаны из людей. Которых я убил специально для этих целей».
Волны жгучей ярости стали охватывать и без того пошатнувшееся самообладание. Вся моя выдержка, самоконтроль и благоразумие – все покатилось к чертям. Руки сжались в кулаки, глаза сузились от злости, на лице грозился проявиться самый настоящий оскал.
Убить его, разорвать на куски, расщепить на атомы – это сейчас мое единственное желание, все остальное слишком несущественно.
Я сделала шаг вперед и в ту же секунду мое тело сковали невидимые оковы.
«Сакура, держи себя в руках! – словно сквозь вату донесся голос Итачи. – Я понимаю, тебе больно, но ты должна справиться с собой!»
«Я убью его! – мысленно прорычала я. – Он этого заслуживает, пусти меня!»
– «В сторону!» – одновременно закричали Итачи с Сасори и на меня едва не попала кислотная струя.
Отпрыгнув на безопасное расстояние, я впилась взглядом в спину красноволосого, который спокойными жестами руководил марионеткой Нарин.
Рокуби выпустил, наконец, свой шар из чакры прямо в акацки, который, однако, тут же призвал сильнейший защитный барьер моего сенсея.
Атака биджу не пробилась, и тогда Утаката, не мешкая стал формировать еще один адский снаряд, одновременно обстреливая Сасори кислотой.
Прочно укрывшись защитной техникой Нарин, марионеточник призвал еще одно творение – на этот раз шиноби-мужчину, и что-то мне подсказывало, тоже ранее прославленного воина.