Меняя ход событий
Шрифт:
Я и осмыслить ничего не успела, а он уже взмыл в воздух – плавно, словно был какой-то пушинкой, поднялся высоко-высоко над полуразрушенной Конохой и широко развел в стороны обе руки.
С трудом различая его на фоне едва проблескивающего сквозь черную тучу неба, я хотела что-то прокричать, но внезапно поняла, что потеряла голос.
Меня объяло дыханием вездесущей смерти, а слух уловил, казалось, четыре последних слова в этой жизни:
– Миру – боль. Шинра Тенсей.
Следующим мгновением стало ослепительно-яркое белое сияние и последующий за ним жуткий гул уходящей в ад земли.
Мое тело припечатало к перепаханному грунту, а из центра деревни поднялся огромный вал разрушения и краха.
Ошеломительная волна техники отражения в какие-то секунды сметала со своего пути все, что по крупицам возводилось целыми поколениями прославленных коноховцев.
Огромные давящие массы энергии и несущееся вперед земляное цунами могли бы раздавить меня на месте, если бы за миг до их приближения я не оказалась перенесена в другое тело.
…
…
Секунды, минуты и вот все вроде бы утихло.
Я выбралась из спасшей меня Кацуи-самы и судорожно вдохнула тяжелый, разряженный воздух.
Крупицы пыли моментально попали в дыхательные пути, и я согнулась от приступа изматывающего кашля.
– Сакура-чан, – послышалось откуда-то сверху. – Я здесь, Сакура-чан!
– Наруто, – хотела было сказать я, но из моей груди не вырвалось и звука.
Продолжая кашлять, я поднялась на ноги и вскинула на него удивленно-счастливый взор.
Друг полулежал на сломанных бетонных столбах и с тревогой всматривался в мое лицо. Рядом с ним также находился призыв Цунадэ.
– Ты как? – он вдруг резво вскочил и пошатнулся от резких движений.
Я замахала руками, призывая его успокоиться.
– Наруто-сан, вы точно в порядке? – встревожилась Кацуя.
– Точно! – воодушевленно подтвердил Узумаки. – Последнее что я помню – оглушающий удар того рыжего засранца, а потом этот жуткий гул и ощущение чего-то мягкого и слизкого. Как будто меня в желе окунули!
– Это я накрыла вас собой, чтобы спаси от техники Пейна, – смущенно пролепетала верная помощница Пятой.
– Вот как, – разулыбался блондин. – А я думаю, что меня вдруг такое обволокло..
Внезапно он осекся и огляделся вокруг полубезумным взглядом.
– Что, что, ЧТО ЭТО ЗА ЧЕРТ?!
Последние слова парень проорал так, что у меня по спине поползли мурашки.
– КАК ОН ЭТО СДЕЛАЛ? ЧТО СТАЛО С НАШЕЙ ДЕРЕВНЕЙ?!
– Наруто, – вновь предприняла попытку я, но снова безуспешно.
Ну где же мой голос?!
– Успокойтесь, Наруто-сан, – постаралась образумить его Кацуя-сама. – Сейчас нам надо трезво обо всем рассудить. Не время для криков и вырывания волос.
– Где этот Пейн? – заметался на обломках Конохи друг детства. – Где он? Где? ГДЕ?!
– Я здесь, джинчурики.
Глас лидера послышался сразу со всех сторон, а его реакция – с моей.
Как только он дал о себе знать, Узумаки тут же смело гравитационной волной.
Инстинктивно поддавшись к товарищу, я резко замерла, так как в меня сзади вцепилась
стальная рука.
Долю секунды спустя моего слуха достиг какой-то рвано-притупленный звук, а мгновения после я ощутила теплую жидкость у себя на животе.
Глухая, зазубренная боль почему-то дошла гораздо позже, когда я в каком-то неверии уставилась на торчащий из моего тела железный штырь.
– Сакура-сан! – вскричали оба призыва.
– Как же так, – беззвучно забормотала я, коснувшись рукой окровавленного орудия. – Как же так..
– САКУРА!!! – его вопль заставил соображать быстрее.
Стряхнув оцепенение, я, даже не надеясь, вытянула вперед ладони, призывая Наруто остановиться и не попадаться в его западню.
Узумаки, вопреки ожиданиям, послушался и застыл всего в каких-то шести метрах от нас.
– Немедленно отпусти Сакуру-чан ты, ублюдок, – задрожал парнишка. – Вытащи из нее эту хрень!!
– А, – будто бы опомнился Пейн. – Она же твоя близкая подруга. Наверняка ее страдания причиняют тебе много боли.
Он провернул внутри меня стержень, я схватила ртом воздух, чтобы подавить кошмарный крик.
– Сволочь! Хватит ее мучить!
Ученик Джирайи метнулся вперед, но не достиг своей цели и оказался крепко схваченным будто из ниоткуда появившимися телами Нагато.
«Откуда они? – обреченно подумала я. – Неужели он их оживил? Что было с девчонкой я не знаю, но этот толстяк точно должен быть вне игры».
Наруто сейчас держали девица, отвечающая за призывы и жирдяй, поглощающий ниндзюцу.
– ОТПУСТИ! – рванулся он, но тщетно.
– Смотри внимательно, Узумаки Наруто. – рыжеволосый покрепче ухватил меня за плечо и выдернул проклятый штырь.
Мне показалось, что у меня что-то просвистело в легких. Часть боли вышла вместе с оружием, но оставшаяся будто разлилась по всему телу, не оставляя ни единого места, где не стала бы отдаваться гулкой пульсацией.
Несмотря на еще более-менее удовлетворительное состояние, я почему-то медленно опустилась на колени и едва не упала лицом вниз, если бы лидер не поддержал меня за подбородок.
«Что с его стержнем? Чем он его пропитал, что меня моментально покинули все силы? Или это просто уже мой предел? Я даже вылечить себя не смогу?»
– Сакура! – я услышала свое имя будто через вату.
– Ты ведь однажды уже терял ее, верно? – а голос Пейна звучал для меня очень отчетливо. – Она и была потеряна для тебя до этого дня. Но сегодня ты обрел ее снова. А теперь..
Я почувствовала как его пальцы берут меня за нижние скулы лица.
– А теперь ты потеряешь ее окончательно и безвозвратно. – вынес свой приговор главный из Акацки. – Так смотри же, Узумаки Наруто. Смотри в последний раз в ее глаза. Почувствуй ее боль.
Секунда и холодная ладонь свернула мою шею.
.
.
.
.
.
.
.
.
.
.
.
.
.
.
.
Упав на острые камни я уже не ощущала боли от раны.
Не ощущала струящейся по телу крови.
Не видела действий Пейна и Наруто, и не слышала неистовые крики последнего и грохот разверстывающейся земли.
Я упала и провалилась в черноту с одной-единственной мыслью об ужасном, несправедливом моменте бесславного конца.