Чтение онлайн

Он запустил в короткий ежик ладонь:

– Ну, выходит, волосы мне подстригли. Только я не помню где и как.

Я уставилась на его обновленную прическу. Шикарных золотых прядей как не бывало, однако новый образ, как ни странно, по-своему ему шел. И теперь я могла любоваться его мужественной шеей и красивыми ушами.

– Ты ведь тоже уже не очень походишь на саму себя.

Я в панике вознесла руки к волосам.

Все на месте, и длина вроде бы как была, только… Я вытянула одну прядь.

– Они русые! – изумилась я. – Совершенно другой цвет. Меня перекрасили!

– Да. Но на этом, похоже, изменения нашей внешности прекратились. Скажи, ты чувствуешь свою чакру? Если ли у тебя какие-нибудь силы?

– Чувствую, – с диким облегчением сказала я. – До этого момента ее не было, но прямо сейчас по телу идет мощный поток. Я оживаю!

– Очень хорошо. Потому что после того как я очнулся, я еще был слишком слаб. Спасительная энергия вернулась уже под водой, поэтому я смог вытащить нас и справиться с лодкой.

Я посмотрела на полузатянутое облаками, однако, вполне оптимистичное небо и практически утихомирившиеся волны. Шторм начался, едва начавшись, но его хватило, чтобы перевернуть нашу ненадежную деревянную лодку. Когда и куда они нас высадили, я даже не представляла, равно как и о том, знали ли они, на какой риск нас обрекают. Быть может, Цунадэ думала, что мы скоро придем в себя, и сразу появится чакра? Похоже, что из нас просто высосали всю энергию, когда готовили замену тел и безопасную транспортировку из Конохи.

Все ли получилось, в живых ли Конан, и, если да, где они ее оставили, я не знала, но дико надеялась, что наш с переломами план удался, и мы все сумели выйти сухими из воды. Правда, не в буквальном смысле. И, похоже, внезапный приход акацки (а все ли было с ним так просто или это очередной ход Итачи?) смог нам невероятно подсобить.

Ибики-сенсей меня не убил, он просто разыграл тех агентов, и полумертвых бывших нукенинов, видимо, отнесли в укромное место, где не дали умереть, и изменили внешность. Но если бы джонин подал хотя бы один знак, что не собирается лишать меня жизни!

Я бросилась к Дейдаре и крепко его обняла.

Слезы душили горло и текли непрекращающимся потоком из глаз, но осознание счастья и свободы делали этот плач одним из самых желанных в мире.

Муж тоже меня обнял и прижался своей щекой к моей. Я почувствовала легкие покалывания щетины и зарыдала еще пуще, отчаянно сжимая его спину и плечи.

Все закончилось.

Мы свободны.

…

Совсем скоро мы уже видели пустынный берег и, проигнорировав два привязанных к бортам весла, с помощью чакры встали на воду и понеслись к суше.

Лодку мы, на всякий случай потопили.

На земле, отдышавшись, стали копаться в одежде, надеясь найти хоть какой-нибудь указатель о нашем местонахождении. Одеты на нас были простые удобные костюмы шиноби и вскоре Дейдара вытащил из потаенного кармана непромокаемый пластиковый конверт. Я также сунула руку за пазуху и вытащила точно такое же послание.

Внутри оказались деньги, мои бриллианты, документы и записка с одним-единственным словом: «Наги».

Остров Наги, к которому нас высадили был не так далеко от страны Огня, поэтому, памятуя о словах Пятой: «Вы должны затеряться в самых отдаленных уголках этого мира», мы направились в столицу, чтобы сесть на какой-нибудь корабль и отплыть в забытые края.

По пути мы купили пару маскировочных вещиц типа солнечных очков, накладной бороды для Дея, упаковки с различными линзами и головные уборы. В Наги проживало не так много шиноби, поэтому местные газеты лишь в конце осветили события четырехдневной давности:

«Двадцать девятого сентября в столице страны Огня состоялись похороны убитых нукенинов из организации Акацки за нарушения правил, установленных МС*». И кратенькая статья с упоминанием наших прежних имен.

Теперь нас звали Аэрин и Леон Келли, и мы планировали отправиться на Родину наших имен – островную страну Рандо, где хотели создать наше первое пристанище.

Денег в конверте было очень много, в три раза больше суммы, подаренной на свадьбу. Дейдара сказал, что там были так же его нерастраченные сбережения, которые он на всякий случай носил с собой, но часть средств он потерял в тайнике, который находился в Аме, куда мы никогда ни при каких обстоятельствах не собирались возвращаться.

Третьего октября (в тот же самый день) мы купили одни из последних билетов на пассажирский теплоход «Катрин» и в девять часов вечера стояли на залитой закатным солнцем палубе, готовые с последним, объявляющим отплытие гудком окончательно попрощаться с прошлой жизнью.

Глядя на темно-синие, разбивающиеся о корабль волны, я дала себе слово больше не плакать по дому и навсегда отпустить прошлое, все еще прочно державшее меня стальными тревожными нитями.

«Она обещала, что скажет им. – утешалась я. – Когда-нибудь они узнают и перестанут страдать. И Конан тоже жива, просто Цунадэ отправила ее в другое место».

Тридцатого сентября мне исполнилось восемнадцать лет, и мы с Деем, а точнее с Леоном заказали в каюту праздничный ужин и попытались как можно радостнее отметить мой день Рождения.

– Мы плывем к счастью и покою, Аэрин. – он поднял бокал с вином, провозглашая тост. – Все закончилось и мы, наконец, начнем долгожданную новую жизнь.

– Да, – ответила я, стараясь привыкнуть к теперешнему имени. – Мы начинаем ее с этого самого момента!

Я подняла свой бокал, и хрустальный звон провозгласил первую строчку на чистой странице нашей будущей книги.

Отпивая вкусное вино и глядя в искрящиеся глаза своего мужа, я вдруг с опозданием поняла, что это наш первый вечер наедине после поистине сумасшедшей свадьбы.

Четыре года спустя

Солнечный луч слишком настойчиво слепил глаза и вынуждал сказать миру «доброе утро».

– Ну ведь воскресение! – тихо чертыхнулась я и перевернулась на другой бок. – И кто открыл шторы?..

На меня вскарабкалось тяжеленькое тельце.

– Вставай! – произнесли не терпящим возражения тоном.

Я вздохнула и посильнее зажмурилась.

– Вставай же!

Маленькие ручки уцепились за одеяло и потянули его на себя.

Я положила руку на оголенное плечо, как бы укрываясь, и приоткрыла один глаз.