Меняя ход событий
Шрифт:
В этом мире нет горя более невыносимей, чем потеря близких людей. И путь ниндзя Саске полностью оправдан.
…
– А она еще неплохо держится после вашего Цукуёми, Итачи-сан. – нестандартный голос Кисаме неприятно давил на барабанные перепонки. – По идее, девчонка вообще должна была загреметь в больницу, а тут просто мучается от головных болей.
– Я не погружал ее в мир совершенного гендзюцу, – возразил спокойным тоном брат Саске. – Я лишь позволил ей наблюдать со стороны.
– Вот оно что, – протянул его напарник. – А зря, надо было проверить – выдержит она или нет.
– Приказа не было, – бесстрастно отозвался Итачи.
Я, сидя в кресле напротив от них, медленно плавилась от бушующей внутри меня ярости.
С момента «пытки» прошло около двух часов. Я так и осталась лежать на холодном полу, терзаемая непрекращающимся потоком кошмарных картин истребления клана в моем сознании. Через несколько минут я отключилась, а затем кто-то перенес меня в другой зал. Гораздо меньший по размеру, где было собрание всех Акацки. Посреди помещения стоял массивный овальный стол, к нему были придвинуты десять неожиданно очень удобных кресел. Вероятно, тут они проводят свои заседания. Некто, кто забрал меня из комнаты Итачи посадил меня в одно из них. Когда я очнулась, рядом никого не было, а спустя минуты две пришли Учиха старший и Кисаме.
Голубой акацки был прав – меня мучили головные боли. Причём создавалось ощущение, что не прекратятся они еще очень долго.
– Что ты такого собиралась сделать Итачи-сану, что он применил против тебя свой мангекё? – обратился ко мне владелец огромного меча.
– Итачи-сану, – передразнила его я. – Ничего.
Акульи глаза сначала малость растерялись, а затем в них блеснул нехороший огонек.
– Думаю, выводы уже можно сделать и сейчас. – задумчиво протянул он. – Без вас ведь тут не обойтись, как думаете?
Он повернул голову к Учихе.
– Пейн скажет, что делать, – безразлично ответил он.
Наступило молчание.
Спрашивать их о чём-то, продолжать «разговор» у меня не было ни малейшего желания.
Из-за тревоги, всё сильнее накапливающейся в душе, вдобавок заболел еще и желудок. Что там происходит с моими друзьями? Имею я, чёрт возьми, право вот так сидеть и ничего не делать?!
Дверь скрипнула, в комнату медленно «вплыла» тёмная фигура.
Лидер занял центральное кресло, положил руки перед собой на стол и взглянул на меня с выражением какой-то непонятной удовлетворенности.
– Как себя чувствуешь?
Я отвернулась.
Послышался смешок Кисаме.
– Сакура, в твоих интересах начинать сотрудничество.
Потерев ледяными пальцами виски, чтобы хоть как-то прекратить чувство дикой боли в голове, я задала свой главный вопрос:
– Зачем я здесь?
Пейн откинулся на спинку кресла.
– А ты как думаешь?
– Никак я не думаю, – в бешенстве выдохнула я. – А спрашиваю затем, чтобы знать!
– Полегче, – протянул акулий мутант. – Эк тебя всю перекрутило.
Я смерила его яростным взглядом.
– У тебя… кое-что есть для нас. – голос главного заставил вздрогнуть.
– Что?? – я обернулась к нему.
– А ты не догадываешься?
– Вам ведь не нужен медик? – скрипнула я зубами.
– И это тоже пригодится.
В растерянности я тоже откинулась на спинку, и только сейчас поняла, насколько сильно затекла моя спина от невыносимого напряжения, захватившего меня с первой секунды, как я только здесь появилась.
– Так зачем?...
Браслет на руке Пейна вдруг запикал.
– Новости от Дейдары и Сасори? – поинтересовался Кисаме, меня обдало жаром.
Я вцепилась пальцами в столешницу и уставилась на лидера. Тот лишь немного сузил глаза, нажимая что-то на своем передатчике, а потом спокойно произнес.
– Они возвращаются ни с чем. Джинчурики удалось уйти.
Волны огромного облегчения, казалось, затопили меня с головой. Боли ушли куда-то на задний план, дышать стало легче, сердце радостно забилось в эту самую счастливую для меня минуту.
Почувствовав на себе пристальный взор обладателя шарингана, я воинственно вскинула подбородок и встретилась с ним взглядом.
Глаза Итачи хранили какое-то таинственно-холодное выражение и в глубине их черноты я с удивлением заметила искорку удовлетворения.
Он доволен? Но чем?
– Тебя что, эйфория накрыла? – противный голос Хошигаки резанул по ушам, возвращаясь в реальность. – Не радуйся так, не схватили сейчас, захватят потом. А после Казекаге придет черед и твоего ненаглядного Наруто.
Вспышка чудовищного страха пронеслась в моем сознании подобно молнии. Не осознавая, что делаю, я стремительно подалась вперед, намереваясь вцепиться ему в горло.
От непонятной силы, сковавшей меня и не дающей продвинуться даже на миллиметр, я замерла над столом в расстоянии всего лишь каких-то сорока сантиметров от человека, которого я в данную минуту ненавидела больше всего.
Глаза Кисаме расширились от удивления, а затем на губах появился кровожадный оскал.
– Успокойся. – глухой голос лидера хлестанул по оголенным нервам и в то же мгновение меня пригвоздило к креслу.
Получается, он может изменять гравитацию?
– И что это ты хотела сделать? – жадно спросила «акула».
– Хватит, Кисаме, оставь ее в покое.
Неожиданные слова Итачи застали врасплох и его, и меня.
– Да, довольно. – произнес Пейн. – Не надо забывать, кем они для нее являются. Должно пройти немало времени до той поры, когда она всё забудет. А пока что терпение.
Он выразительно посмотрел на владельца меча, а я словно перестала воспринимать окружающую действительность.
Забудет?...
Как же, что это значит?
– Ну хорошо, хорошо, – словно сквозь вату донесся голос Кисаме. – Разбирайтесь с ней сами.
– Сакура, – низкий баритон лидера заставил перевести на него глаза. – Идем со мной.
Он поднялся.
– Итачи, будь наготове, если понадобится, я вызову тебя.
– Понял. – ответил Учиха.
Пейн подошел ко мне. Кое-как поднявшись с кресла, я на мягких ногах направилась к двери, чувствуя спиной прожигающий взгляд брата Саске.