Чтение онлайн

Я подумал про Хали, тринадцатого стража, но демон все так и ждал моего ответа. Это меня удивило — получается, ни Мэйнард, ни этот Вотан не могли читать мысли. Или они у меня закрыты…

— Не закрыты, — усмехнулся Вотан, — Мне понадобилось время. Понимаешь, силы уже не те…

— Ищу, — недовольно ответил я.

— Я тоже искал. Вот вроде только найдешь, спасешь! И тут… — демон даже всплеснул рукой, такой обычный жест возмущения, — выясняется, что это не тот тринадцатый, а есть еще другой. Тринадцатый правитель, тринадцатый наследник, тринадцатый храм…

Я сразу же вспомнил о Хильде Дикой. А ведь я тоже сначала подумал, что «тринадцатый» — это она, со своим лишним местом в совете. Но потом выяснилось, что ангел Халиэль…

— Огненная Плеть? — демон непроизвольно потер шею, будто ему что-то там мешало, — Да, ее кнут я буду долго помнить. Так она сейчас томится в Чистилище?

— Да, — со вздохом ответил я.

У меня мелькнула надежда, что этот демон может знать способ, как вернуть ее оттуда. И не придется тащить голову приора этому Эзекаилу…

— Эзекаил жив? — демон все же поднялся, и только сейчас я заметил, что он прицеплен к трону тонкими ауритовыми кандалами.

Меня это удивило, ведь я всегда думал, что аурит только убивает демонов, блокирует их силу. Вотан, заметив мой взгляд, потер тонкий золотой браслет, и кивнул:

— Да, убивает. Но, ты же знаешь, все лекарства — это яды в малом количестве, — Вотан потер красный подбородок, — Эта тварь жива, значит.

— Отец, какая тварь? Одно слово…

— Сын, Эзекаил только спасибо тебе скажет, если ты к нему приведешь армию.

— Что же делать тогда? И кто такой этот Эзекаил? — Мэйнард выглядел растерянным.

Его можно было понять. Привел странного первушника к отцу-демону, и те разговаривают едва ли не на равных.

— Как там Эзекаил сказал про Зигфрида? — спросил Вотан, и я почуял ворошение его силы в своих мыслях, — За деяния предков надо отвечать…

Он медленно сел, уже не падая от бессилия. Чувствовалось, что эта новость его обрадовала.

— Сын, тебе надо будет отправиться на этот перевал, — задумчиво сказал демон, — Эзекаил думает, что я мертв и предал его. А я думал, что это он предал меня. Сдается мне, кто-то нас обоих обвел вокруг пальца…

Вотан расплылся в счастливой улыбке. Как больной, которому сообщили, что произошло чудо — он идет на поправку, и динамика положительная.

— Как зовут тебя? — спросил вдруг демон, потом сам же ответил, — Марк. Вместе мы сможем многое.

Я хмыкнул. Кажется, я становлюсь тут популярным. Вот только подозреваю, что этот демон захочет вернуться к себе домой. А значит, там наверняка будет какой-то обряд, куда надо будет засунуть меня…

Кажется, мастер Женя хочет именно этого, поэтому ищет мою девочку-первушку Грезэ.

— Не путай меня с обрядовой чернью, глупец. Что мне делать в нашем мире? — нахмурился Вотан, внимательно глядя на меня, а потом повернулся к Мэйнарду, — Сын, выясни про первушку по имени Грезэ. Ее привели от Зеленых Скорпионов.

— Отец, чтобы я, третий перст, тратил время на обычную…

— НАЙДИ МНЕ ДЕВЧОНКУ! — Вотан рявкнул так, что под сводами заиграли красные отсветы, а Мэйнарда в грудь толкнула незримая волна.

Рыцарь отступил, пораженный.

— Отец, откуда такая сила… — тут он осекся, а потом кивнул, — Найду, отец.

Я рванулся:

— Не трогайте ее!

Меня сразу же перехватили под локти, и Вотан усмехнулся:

— Никто и не собирается, я лишь хочу помочь тебе. Мы ведь будем союзниками, Марк. Ты поможешь мне достичь истинного величия.

— Так чего ты хочешь-то? — прорычал я, — Я так и не услышал от тебя.

— Власть, — демон стукнул древком копья, и под сводами прокатилось звонкое эхо, — Сила!

— Посмотри на себя, — процедил я сквозь зубы, — Того и гляди, коньки отбросишь, подземыш…

Вотан резко дернул ладонью, останавливая Мэйнарда. Тот уже замахнулся мечом, собираясь покарать меня за дерзость.

— Нет. Запомни, сын — ты будешь править другими только тогда, когда сможешь править собой.

Рыцарь опустил серебристый клинок, подарив мне уничтожающий взгляд, и со вздохом ответил:

— Да, отец.

Вотан снова посмотрел на меня:

— Ты прав, Марк. Я уже мало что могу, но не оставляю надежду. Если не могу возвеличиться я, то я подниму своего сына. Свою кровь.

— Как так вышло-то? — я кивнул в сторону рыцаря, — Ты — демон, а он человек.

Прикрыв глаза, Вотан ответил:

— Когда я был третьей мерой, я был правителем в Инфериоре. Но всего лишь приором. Меня всегда прельщала большая сила, но я уже тогда знал, что ангелы запечатывают меру людям.

— Запечатывают?

— Да. Прецептор не сможет стать ангелом, если только сверху не решат, что он достоин. А если уж прецептор не достоин, то что говорить о других? — с горькой усмешкой произнес Вотан.

— Барьер? — спросил я, вспомнив про Рычка.

Волчонок ведь тогда прорвал родовой барьер, поставленный Зигфридом на его род.

При этой моей мысли Вотан открыл глаза, внимательно глядя на меня.

— Да, барьер, — кивнул демон, — Весь Регнум так устроен — сильные боятся, что слабые обретут силу. Только жалких нулей никто не боится, — Вотан засмеялся, поднял копье и ткнул им в еще одного распятого.

Крик ужаса, рев пламени — и только пепел осыпался на однорогого демона. Меня передернуло — пусть я стал сильнее, и пусть законы Инфериора мне не изменить, но убийство невинных жертв не оставляло меня равнодушным.

— Хотя, если верить в то, что ты выбрался из нулевой меры, — Вотан задумчиво потер подбородок, — Получается, и нулей надо бояться.

— Барьеры можно прорвать, — сказал я.

— Можно. Но переход из меры в меру и сам по себе очень опасен. А если еще и барьер надо рушить — это верная смерть.

— Ты стал ангелом?

— Нет. Человек — хозяин Инфериора не просто так. Ему дана власть над зверями и всякими гадами, и у человека есть выбор. Я достиг седьмого перста, но не стал рвать барьер. Я склонил голову перед Бездной, — Вотан усмехнулся, — Так я стал демоном.